Искусство Игры - Скотт Макбейн

Она уже начала копаться в прошлом соперников. Последние несколько недель регулярно забрасывала невод в океан Сети, выискивая что-нибудь об Эндрю. Добыла пару интересных фактов. В свое время он бросил преподавание в университете и поступил в военную американо-европейскую организацию, осуществляющую надзор за торговлей оружием. Потом стал консультантом миротворческих сил ООН и побывал во многих горячих точках. По заданиям Колледжа тесно контактировал с наемниками. Человек с таким прошлым мог легко убить Рекса, если бы захотел.

Вот именно, если бы захотел. Таня разговаривала с Эндрю всего пару раз. Он показался ей добрым и даже немного застенчивым. Этот человек совершенно не похож на убийцу.

Следующий на очереди Горан. Затем Себастьен, который сейчас так мило играл с ее кошкой. Копать надо. Обязательно. Это страховка.

Она повернулась на бок и прислонилась к Себастьену.

— Ты сказал, что первый результат, вероятно, будет завтра. Что это значит?

— Сам не знаю. — Себастьен улыбнулся. — Подождем до завтра. Провидение порой преподносит удивительные сюрпризы.

— Себастьен? Это вы? Звонит Даг Салливан, управляющий «Банком США». Извините, что беспокою вас в воскресенье. Вы можете говорить? Не заняты?

Себастьен сел в постели и приложил палец к губам, приказывая Тане молчать.

— Нет. Все в порядке. Пожалуйста, говорите.

— Плохая новость. — Даг Салливан замялся. — Тэд в больнице. Избили грабители, когда он вчера вечером возвращался из гольф-клуба. Бедняга.

— Не думал, что здесь тоже грабят.

— А как же! Гангстеры везде водятся. Тэд сообщил, что их было четверо. У него ушиб головы, поранена нога. В больнице сказали, что он поправится через пару недель.

— А возможно, и дольше, — с сочувствием произнес Себастьен. — Лечение требует времени. Мой знакомый, инструктор-горнолыжник, представляете, перед прыжком с трамплина лыжу надел не на ту ногу. Перепутал. В результате упал и сильно поломался. Хорошо, что я находился рядом и отвез его в больницу. Если повезет, будет снова ходить.

— Да… — протянул управляющий. — Тэд, наверное, пролежит и месяц. — Он тактично не упомянул, что ему предстояло также пройти курс лечения от алкоголизма. Это Себастьена не касалось.

— Да, бедный старина Тэд, — вздохнул Себастьен, лаская кончиком пальца грудь Тани. — Я искренне огорчен.

— Я тоже. Тэд — наш ведущий специалист. И выбыл из строя сейчас, когда так много работы. Себастьен, у меня к вам просьба. Не могли бы вы временно взять на себя обязанности шефа отдела срочных вкладов? До выздоровления Тэда. Вместе со мной будете оформлять номерные вклады. Разумеется, жалованье вам повысят.

— Конечно, — проговорил Себастьен, — я готов помочь.

— Вот и чудесно! — обрадовался управляющий. — Не сомневаюсь, вы быстро во всем разберетесь.

— Постараюсь.

Себастьен положил трубку.

«Браво, Тэд. Только зачем преувеличивать? Что значит четверо гангстеров? Вздор. Я заплатил лишь двоим».

— Что случилось? — спросила Таня.

Себастьен поцеловал ее в щеку.

— Да тут с Тэдом случилась беда. Разумеется, он сам виноват. Как обычно, надрался в баре гольф-клуба и свалился с табурета. Как-то неудачно. Говорят, сильно повредился.

Через неделю Себастьен посетил один дешевый бар в квартале красных фонарей Панамы. Из колонок неслись пульсирующие звуки сальсы и румбы. Сквозь завесу табачного дыма едва были видны посетители за грубыми деревянными столами, обсыпанными пеплом и уставленными бутылками с пивом. В основном иностранные моряки и разная местная шваль. Они пьяно шумели и тискали юных проституток. В зале было сумрачно. Маломощные лампочки под металлическими абажурами давали мало света. В дальнем углу мерцал стробоскоп. Не обращая внимания на посетителей, Себастьен заказал двойной ром и сел за стол спиной к стене.

— Эй ты, наш бар только для постоянных клиентов!

Себастьен посмотрел на вышибалу, на его мускулы, напрягшиеся под плотной кожаной курткой, и уткнулся взглядом в свой бокал.

— Эй ты, — повторил вышибала, повышая тон, — я с тобой говорю, приятель! — Он вскинул руку. Можно было не сомневаться, что в ней скоро появится нож.

— Я жду Хуана, — спокойно произнес Себастьен.

— О… тогда все в порядке. — Вышибала подобострастно улыбнулся. Не приведи Господь рассердить Хуана. Схлопочешь пулю. А в двадцать один год умирать очень не хочется.

— К тебе можно присесть? — Возле Себастьена остановилась молоденькая девушка лет восемнадцати в обтягивающем красном платье, которое снова надела, наверное, несколько минут назад. Худенькая, лицо измученное, щеки впалые. Себастьен пожалел ее. Она тут и года не продержится. Погибнет от передозировки или прирежут.

— Садись. Хочешь выпить?

— Ром, пожалуйста.

— Как тебя зовут?

— Кларита.

— Местная?

— Из Колумбии.

— Давно в Панаме?

— Пять месяцев.

— Я вижу, у тебя компания, — раздался голос из полумрака.

На стул рядом с Себастьеном тяжело опустился Хуан. Коренастый, плотного сложения латиноамериканец, лет сорока, с глубоким шрамом сбоку на лбу. В углу рта торчала гаванская сигара. Черная кожаная куртка была такого же фасона, что и у вышибалы, только качественнее. С шеи свисал серебряный медальон с рельефным изображением Богоматери, на запястье красовались большие золотые часы «Ролекс». Он расцеловался с Себастьеном и улыбнулся Кларите. Она встала и отошла.

— Как тебе бар?

— Бар как бар, — ответил Себастьен. — Не думал, что ты обосновался здесь.

Хуан рассмеялся.

— Хватит мотаться по свету. Пора вспомнить о корнях.

Себастьен кивнул. Хуан был бандит и подонок безотносительно к корням. Но с такими тоже полезно поддерживать контакты.

— Как дела?

— Нормально. — Хуан велел официанту принести ром. — Выпьем?

Ему нравился Себастьен. Надежный, всегда вовремя расплачивался и хорош в компании за столом.

Они пили всю ночь. Уже под утро, когда оба были изрядно пьяны, Хуан ухватил Себастьена за рукав и проговорил заплетающимся языком:

— Ты слышишь, на следующей неделе я собираю друзей. Желаю как следует повеселиться. — Он взмахнул руками, словно желая охватить пространство. — Слышишь, как следует. У себя на родине. Лучшем месте на земле. И я хочу, чтобы ты пришел, Себастьен. Повеселишься с нами. Обещаю тебе, моему лучшему другу, не пожалеешь. У нас самые красивые женщины в Латинской Америке. — Он поднес пальцы к опухшим губам и неуклюже поцеловал. — Кра-са-вицы… Понял?

— Не могу. У меня на следующий уик-энд назначена встреча.