Пленники рая - Ирина Молчанова

На чердаке никого не оказалось. Под пристальным взглядом Полины Алиса обшарила каждый уголок — ни души. Девушка оперлась о коробку с кухонной утварью и вздохнула.

— Чертовщина, не понимаю, ведь только что тут кто-то был!

Полина с сомнением посмотрела на нее.

— А надо ли понимать?

— Ты не думаешь, что тут происходят странные вещи?

Девушка рассеянно скользнула взглядом по противоположной стене.

— Думаю.

— И все? — разочаровалась Алиса.

— Тут происходят странности, но я предпочитаю о них не думать, так проще.

— Но ведь…

— Зачем нагнетать обстановку?

— Я встретила в лесу девушку.

— И что?

— По моим соображениям, это Тамара.

— Тамара?

— Да, женщина Саванчука.

— Прирожденный Шерлок Холмс, — Полина насмешливо улыбнулась. — Она сама представилась и сообщила о своих амурных связях с Олегом?

— Нет, но…

— Тогда это лишь догадки.

— В дневнике Сусанны есть записи про Тамару.

— И что же? Почему ты решила, что Тамара именно тут, а не в городе?

— Потому что девочка писала о ней в тот момент, когда они с отцом были тут.

— Не понимаю, ты увидела в лесу девушку и с ходу решила: «это Тамара, она спит с Саванчуком». У нее на лбу это написано?

Алиса рассмеялась.

— Знаю, звучит глупо. Девушка беременна, и она от кого-то пряталась, а меня просила не выдавать ее «ему». Странно ведь? Если бы она не была уверена, что я понимаю, о ком речь, она бы так не сказала.

— Местный народ вообще странный, не стоит о нем судить по себе. Они тут думают не так, как мы с тобой.

— Меня не покидает ощущение, что за мной кто-то наблюдает. А дети? Почему Саванчук сказал, что тут нет детей?!

Полина удивленно вскинула брови:

— Сколько мы тут находились, ни разу не видели детей.

— Но как же, помнишь, когда мы ходили за елкой?! Я гналась за ребенком в куртке моего брата, но так и не догнала, а вчера я видела этого же ребенка у нас под окном!

— Насколько мне известно, кроме дочери Саванчука, тут никого из детей давно уже нет.

— А где же они?

Девушка наклонила голову набок.

— Откуда же мне знать, старуха что-то болтала про духов невинных, но я мало что поняла. — Полина соскочила с коробки и обхватила себя руками. — Холодно, пойдем отсюда.

Алиса разочарованно огляделась, хотелось еще немного побыть тут, выговориться, быть может, услышать, что все ее соображения лишь плод буйной фантазии, а быть может, дождаться того, кто своим пением заставил их подняться на чердак.

— Ты идешь?

— В который раз мы сюда поднимаемся и ничего не находим, — медленно заговорила Алиса, — и в который раз звуки заставляют нас сюда возвращаться… Ты веришь в привидения?

Полина замерла возле люка и посмотрела на нее.

— Тут нет никаких привидений.

— Я спросила, веришь ли ты.

— Почему бы и нет.

— Может, это привидение?

Полина замахала на нее руками.

— Ерунда, никакие это не привидения! Бред!

— А что, если привидение…

— Нет! Нет, это не привидение!

— А что, если оно зовет нас на чердак неспроста, а хочет, чтобы мы что-то нашли! Может, оно хочет что-то показать?!

— Ха, показать! Эти вонючие коробки оно нам хочет показать?! Лучше уж я поверю в слуховые галлюцинации, чем в привидение, которое нам хочет что-то показать. Не о том ты думаешь. Не там ищешь. — Полина принялась спускаться, и Алисе ничего не оставалось, как последовать за ней.

— Ты сказала, не там ищу? — переспросила Алиса, когда они очутились в коридоре.

— Не то я сказала! Сейчас говорю: оставь ты эти загадки, просто отдыхай, не думай о всяких глупостях.

— У соседа в сарае я видела кровь, а до этого оттуда были слышны крики человека, я не могу не думать!

Девушка болезненно поморщилась.

— Твое любопытство принесет много неприятностей.

— Может быть такое, что Саванчук никуда не уехал, а где-то тут поблизости?

— Алиса, Саванчук нормальный, такой как ты, я, он не маньяк, он не сумасшедший, у него все дома, он любит свою дочку, и поверь мне, не бегает вместе с ней по лесу, чтобы попугать тебя.

— Когда он увидел Никиту, сказал, что мы так не договаривались, он запретил ходить на чердак под предлогом, что там прогнившие доски!

Они дошли до комнаты Полины и остановились.

— Хорошо, про Никиту могу объяснить. Саванчук, скорее всего, испугался за мальчика. Местные жители плохо относятся к его дочери.

— Плохо?

— Я не знаю всех подробностей, но они сторонятся ее, а однажды всей деревней поймали и хотели что-то там сделать, но Олег вовремя подоспел. А почему он сказал не ходить на чердак, я не знаю, нам он ничего такого не говорил. Может, подумал, что вы можете что-нибудь украсть? — Девушка взялась за ручку. — Я пойду, а ты выкинь из головы эту ерунду, осталось несколько дней, проживи их спокойно.

Алиса осталась одна. В голове творился сумбур, казавшиеся раньше понятными слова и поступки вдруг превратились в ту самую ерунду, которой их окрестила Полина. Девушка никогда не относила себя к числу сильно мнительных людей, но тут, в этой странной заброшенной деревеньке, ей в каждом шкафу чудился скелет. Она устала за считанные дни, как не устала за всю жизнь, хотелось одного — вернуться домой, в Петербург, упасть в постель и спать, спать, пока не уйдет тяжесть, не сотрутся из памяти ссоры друзей, не забудется ледяное дыханье леса и пока она не отогреется. Со дня приезда ей постоянно было холодно и даже ночью, под одеялом, не удавалось нормально согреться.

Девушка побродила по дому. Из окна столовой понаблюдала за Ильей и Кириллом. Ребята увлеченно играли в снежки и даже ее не видели. Ни Риты, ни Ксюши, ни Дениса она не нашла. Глядя на веселого раскрасневшегося Илью, она думала о том, что произошло или не произошло утром в его с Ритой комнате. Сколько ни пыталась себя уверить, что друг не мог такого сделать, обвинителем тут же выступали слова Полины о криках, которые та слышала через стену.

«Неужели он солгал, когда сказал, что не видел Риту со вчерашнего дня? — спрашивала себя Алиса. — Неужели не понимает, что правда все равно всплывет?»

Захотелось сейчас же пойти к Рите и признать, что верит ей, пожалеть, извиниться за жестокость Ильи и за свою, что не поверила, не поддержала.