Лицо страха - Дин Кунц

Айра Предуцки стоял спиной к госпитальному окну. Низкое вечернее солнце обрамляло его мягким золотым светом.

— Прайн говорит, что они хотели начать расовые войны, религиозные, экономические...

Грэхем лежал на боку в кровати, подушки поддерживали его. Он говорил немного медленно из-за раны, причинявшей ему боль.

— Итак, они стремились добиться власти впоследствии.

— Именно об этом он и говорит.

Конни, сидевшая на стуле около кровати Грэхема, сказала:

— Но ведь это безумие. Разве кучка психопатов Чарльза Мэнсона не убивала людей по тем же самым причинам?

— Я упомянул о Мэнсоне, — сказал Предуцки. — Но Прайн говорит мне, что он — ничтожный человечишка, мразь, шпана.

— А Прайн, надо полагать, сверхчеловек.

Предуцки печально покачал головой:

— Бедный Ницше. Он был одним из самых блестящих философов, когда-либо живших — и к тому же неправильно истолкованных.

Он нагнулся и понюхал букет цветов, которые стояли на столике у окна. Когда он снова посмотрел вверх, то промолвил:

— Извините меня за вопрос. Это не мое дело. Я знаю. Но я любопытный человек. Один из моих недостатков. Но... когда же свадьба?

— Свадьба? — переспросила Конни.

Смутившись, Грэхем произнес:

— Как же вы могли узнать? Мы говорили об этом только сегодня утром. Между собой, и были только вдвоем.

— Я же детектив, — пояснил Предуцки. — Я собрал кое-какие улики.

— Например? — спросила Конни.

— Например, манера, как вы смотрите друг на друга сегодня.

Наслаждаясь тем, что он может поделиться новостью, Грэхем вымолвил:

— Мы собираемся пожениться через несколько недель после того, как я выйду из госпиталя и снова наберусь сил.

— Которые ему понадобятся, — добавила Конни, озорно улыбнувшись.

Предуцки обошел вокруг кровати, посмотрел на Грэхема:

— Каждый раз, когда я думаю обо всем, что произошло в ночь с пятницы на субботу, я удивляюсь, как вы оба смогли выбраться живыми из этой истории.

— Это было нетрудно, — сказала Конни.

— Нетрудно? — переспросил Предуцки.

— Нет, правда. Не так ли, Ник?

Грэхем улыбнулся и почувствовал себя совсем хорошо:

— Совсем нетрудно, Нора.