Загадка шотландского браслета - Анна Штерн

Вика в тот момент еще не могла говорить и только покачала головой. Она была рада этому возникшему из ниоткуда незнакомцу, спасшему ее от возможной смерти.

– У вас приступ астмы? Может, вызвать скорую? – не унимался мужчина, обошедший к тому времени скамейку и стоявший напротив девушки.

– Нет, – наконец прохрипела Виктория, – все хорошо. Спасибо.

– Вы совсем промокли. Уж не подхватили ли вы простуду? У вас есть куда идти?

Видимо, из-за жалкого и испуганного вида девушки, а также ее промокшей к тому времени одежды, прохожий принял ее за бездомную.

– Да, я только отдышусь немного и пойду домой. Здесь недалеко, – сказала Вика, но слова дались ей с трудом.

– Может быть, выпьете пока чаю? Я живу совсем рядом. Заодно согреетесь и обсохните, а к тому времени и дождь пройдет, – предложил мужчина.

Виктория с недоверием посмотрела на него и снова вспомнила все предостережения ее близких о том, чтобы она не смела идти на встречи с незнакомцами и уж тем более заходить к ним в дом.

– Спасибо, но не стоит беспокоиться, – ответила она, решив, что лучшим для нее окажется просто побыстрее покинуть этот парк и отправиться домой к Брюсу.

«А что, если он уже вернулся? – пронеслось в голове у девушки, – не хочется мне сейчас сталкиваться с ним».

– Извините, я забыл представиться. Я местный викарий Джеймс Робертс. Я как раз прибирал в церкви, когда увидел, как вы шли к скамейке. Еще подумал, что в такую погоду только весьма отчаянные особы могут совершать прогулку, а когда я уже закрыл двери церкви и направлялся домой, то заметил, что вы задыхаетесь, и решил помочь.

– За что я вам очень благодарна, – искренне поблагодарила его Виктория.

– Возможно, вы все же согласитесь на чашку чая? Мой дом вон там, – указал мужчина на симпатичный рядный домик, находившийся в примерно пятистах метрах от церковного парка.

Сама не понимая почему, но Вика начала испытывать симпатию к этому невзрачному, но судя по всему, доброму человеку и, подумав несколько секунд, согласно кивнула. Не похоже, чтобы мужчин врал, к тому же, приглядевшись, девушка заметила на нем характерный для священнослужителей Англии воротничок.

– Вот и отлично, – викарий протянул девушке руку и она, опершись о нее, встала и последовала за мужчиной.

– У меня нет с собой зонта, а не то обязательно одолжил бы вам, – сказал Джеймс.

– Ничего страшного. Я и так уже мокрая с головы до ног.

– У вас интересный акцент. Откуда вы? – поинтересовался священник и с любопытством посмотрел на девушку.

– Из России.

– Из России? Вот это да! Всегда интересовался этой страной. У вас так много прекрасных писателей и поэтов: Пушкин, Достоевский, Толстой. А сколько художников и работников балета!

– А вы неплохо осведомлены о моей стране, – ответила Виктория, удивившись интересу мужчины к русской культуре. За свое пребывание в Великобритании она не так часто встречала людей, знавших о России что-либо кроме «вечной зимы», «медведей», «русской мафии» и «матрешек».

Путь до дома викария занял совсем немного времени и, подойдя к входной двери, мужчина несколько замешкался в поисках ключа, по забывчивости положенного в нагрудный карман черного жилета, а не в задний левый карман брюк.

– Дамы вперед, – сделал пригласительный жест священник, открыв дверь и пропустив Вику вперед.

Домик викария оказался очень просто, но весьма уютно обставлен. Современная техника, как дома у Брюса, отсутствовала, но в то же время и запустения, как у Эвана, не наблюдалось. На подоконниках стояли глиняные горшки с цветами, на окнах висели кружевные шторки, а деревянный пол покрывали ковровые дорожки, почти как в некоторых российских квартирах, где приходилось бывать Вике. Показавшаяся ей в чем-то родной и близкой обстановка дома тут же расположила девушку к себе, и Виктория перестала беспокоиться о том, что зашла в дом к совершенно незнакомому человеку.

– Присаживайтесь возле радиатора, я сейчас его включу, а пальто давайте повесим над электрическим камином, – предложил мистер Робертс, как только они прошли в гостиную, обстановку которой, не считая обогревателя и электрического камина, встроенного на место настоящего, составляли только два старых кресла, журнальный столик и шкаф с книгами.

Вика села в одно из кресел и вытянула ноги поближе к начинавшему разогреваться радиатору.

– Как хорошо, – в блаженстве сказала девушка, – спасибо вам!

– Пустяки! Желаете чаю? – поинтересовался Викарий.

В любом другом случае Виктория постеснялась бы соглашаться еще и на чай, но в тот момент ее недавно сдавленное кем-то или чем-то горло саднило так сильно, что она не устояла и с радостью приняла предложение викария, поспешившего тотчас на кухню.

Пока мужчина заваривал чай, девушка наконец задумалась о том, что произошло с ней буквально несколько минут назад. Сидя в небольшой гостиной викария, она не ощущала страха, а только какую-то непонятную ей самой растерянность и беспомощность. Словно глубоко в душе она прекрасно понимала, что к чему, но пока что не могла в этом разобраться.

Размышления Вики прервал улыбавшийся викарий, принесший в гостиную две кружки горячего чая. Вика тут же потянулась за напитком, но тут заметила, что в обе порции мужчина добавил молока. Помедлив несколько секунд, девушка все же взяла кружку и сделала пару глотков. Непривычная на вкус теплая жидкость показалась на этот раз не такой противной, как обычно (Вика несколько раз до этого пробовала чай с молоком по совету Брюса, но каждый раз только разочаровывалась в этом напитке), или, возможно, девушка слишком замерзла и перенервничала, чтобы обращать внимания на такие мелочи.

– Все в порядке? Вы выглядите несколько растерянной, – поинтересовался священник, сев в кресло напротив.

– Все хорошо. Просто я не привыкла пить чай с молоком, – честно ответила девушка.

– Ах, вот оно что! Я как-то не подумал. Давайте, принесу вам новую кружку.

– Нет-нет. Не стоит беспокоиться. Сейчас я могу пить чай в любом виде, главное, чтобы он был теплым.

Викарий усмехнулся и сам сделал несколько глотков чая. Морщинки вокруг карих глаз придавали его лицу мягкое и доброе выражение, а приподнятые уголки рта наводили на мысль о добродушном и веселом нраве этого англичанина.

– Не знаю, как вы, а я жутко устал после Рождества, – решил начать разговор Джеймс.

– Представляю, у вас ведь столько работы в эти дни.

– Да, разумеется. А ваше Рождество ведь в январе, если мне не изменяет память?

– Верно. Вы первый человек из тех, кого я встретила в Англии, кто знает об этом, – заметила девушка.

– Ну, мне положено по статусу. Это ваше первое Рождество в Англии?

– Да, правда, отмечали мы его в Шотландии. Только вчера вернулись.