Второй шанс - Эндрю Гросс

Мы всю ночь не спускали глаз с отеля «Уильям Саймон», но Кумбз так и не вышел оттуда. Правда, утешало то, что я знала, где он находится, и могла арестовать его в любую минуту. Но для этого нужно было завершить дело, собрать доказательства и представить их окружному прокурору для получения ордера.

К счастью, именно сегодня утром Джилл появилась на работе и могла оказать мне необходимую помощь. Я сразу же направилась к ней в кабинет, чтобы ввести ее в курс дела и посоветоваться насчет дальнейших действий. Около лифта я неожиданно встретилась с Клэр, которая, видимо, шла к Джилл с теми же проблемами.

— Интуиция нас не подвела! — весело воскликнула она. — Мы думаем об одном и том же.

— Да, но у меня есть серьезные новости, — сказала я и поведала о событиях последнего времени, включая, естественно, обнаружение Кумбза.

Мы постучали в дверь помощника окружного прокурора и вошли в кабинет, не дожидаясь приглашения. Джилл сидела за столом и находилась не в самом радостном настроении. Перед ней возвышалась груда неотложных дел, с которыми ей предстояло разобраться в ближайшее время. Увидев подруг, она оживилась, вскочила, чтобы обнять нас, и мы сразу заметили, что ее движения не столь быстрые и энергичные, как прежде.

— Джилл, не вставай, — попыталась я остановить ее, но бесполезно.

Мы обнялись и некоторое время молча смотрели друг на друга.

— Ничего, все нормально, — успокоила она нас. — Сердце разбито, живот растерзан, но в остальном все хорошо. Я по-прежнему активна и стараюсь скорее забыть о неприятностях, что для меня очень важно.

— А ты уверена, что это лучший выход из положения? — озабоченно спросила Клэр.

— Для меня — да, — отмахнулась она. — Просто нет другого выхода. Клэр, я действительно в полном порядке, — улыбнулась она. — И не убеждайте меня в обратном. Все уже позади, забудем об этом. Если вы хотите, чтобы я пришла в нормальное состояние, не напоминайте мне о прошлом, договорились? Давайте займемся неотложными проблемами, которые, собственно, и привели вас ко мне.

Мы с Клэр скептически переглянулись, но не стали спорить с Джилл.

— Мне кажется, я наконец нашла убийцу, — заявила я без предисловий.

— Ну и кто же?

— Химера, — выпалила я.

Клэр вытаращила на меня глаза, словно не понимая, о ком идет речь.

Джилл кивнула:

— Так, так, похоже, вы не теряли времени зря, пока я отлеживалась в клинике.

— Не надо иронизировать, Джилл, — недовольно проворчала я и пересказала подругам события последнего времени. Они слушали меня очень внимательно и заволновались, когда я сообщила про Фрэнка Кумбза.

— Кумбз, — пробормотала Джилл, — да, да, я помню это дело... Я изучала его еще в университете... — Она умолкла, а мы увидели знакомый блеск в ее глазах. Точно так же она реагировала на самые интересные расследования в прошлом, которые требовали от нее максимальной концентрации сил. — Ну конечно, Фрэнк Кумбз, тот самый коп, который задушил какого-то парня.

— А ты уверена, что это именно он? — спросила Клэр и машинально поправила бинт на шее.

— Да, уверена, — сказала Джилл и решительно добавила: — Да, уверена на все сто процентов.

— И ты уже задержала его? — продолжала допытываться Клэр. — Могу ли я навестить его в тюремной камере? Линдси, надеюсь, ты понимаешь, насколько это для меня важно?

— Нет, еще нет, — откровенно призналась я, опустив голову. — Я знаю, где он находится, но пока, к сожалению, не могу арестовать его без санкции прокурора.

Все молча смотрели на меня, а я повернулась к Джилл.

— Что скажет наш помощник прокурора? Я хочу схватить этого подонка и допросить его.

Джилл медленно встала и склонилась над столом.

— Хорошо, а что у тебя есть на него?

Я попыталась соединить все известные мне звенья в логическую цепочку: убийство троих человек из огнестрельного оружия, снайперский опыт Кумбза, его ненависть к чернокожим, судебный процесс, многолетнее тюремное заключение... Однако чем больше я говорила, тем мрачнее становилась Джилл. Я видела, что мне никак не удается убедить ее.

— Джилл, послушай, — промолвила я, — вернувшись из тюрьмы, он наведался к старому приятелю и взял у него револьвер тридцать восьмого калибра. Три жертвы имеют к нему непосредственное отношение. К тому же у меня есть показания одного парня из тюрьмы «Квентин», который утверждает, что Кумбз собирался отомстить за себя тем, кто засадил его в тюрьму.

— Линдси, знаешь, сколько осталось у полицейских револьверов тридцать восьмого калибра? — усмехнулась она. — У тебя есть данные баллистической экспертизы, доказывающие, что стреляли именно из этого оружия?

— Нет, но Тэйшу Кэтчингс убили там, где двадцать лет назад служил Фрэнк Кумбз...

— У тебя есть свидетели, которые видели Кумбза на месте преступления? — прервала меня Джилл. — Хотя бы один свидетель, Линдси?

Я покачала головой.

— Тогда, может быть, отпечатки пальцев, клочки одежды или что-нибудь, что свидетельствовало бы о его причастности ко всем этим преступлениям?

Я тяжело вздохнула и развела руками.

— Нет.

— Но косвенные улики тоже служат поводом для обвинения, — неожиданно поддержала меня Клэр. — Мы не можем позволить, чтобы это чудовище находилось на свободе и подвергало опасности других людей.

Джилл сердито посмотрела на нас обеих, еще раз продемонстрировав, что осталась прежней суровой женщиной, которая наводила страх на своих подчиненных.

— Вы полагаете, что я не хочу засадить мерзавца за решетку? Думаете, я не понимаю, как близко мы подобрались к нему? Но мне необходимы доказательства, а у вас есть только смутные мотивы. Вы даже не можете толком доказать, что он находился на месте преступления. И если вы ворветесь в его жилище и ничего там не обнаружите, то навсегда потеряете его.

— Кумбз — это Химера, Джилл, — настаивала я. — Я сознаю, что не имею никаких неопровержимых доказательств его вины, но у меня есть вполне ясные мотивы, а также ряд звеньев, позволяющих судить о его причастности к трем убийствам. К тому же у меня имеется одно внешнее свидетельство, что он действительно замышлял эти преступления.

— Да, свидетельства заключенного той тюрьмы, в которой сидел сам Кумбз, — недоверчиво хмыкнула Джилл. — Линдси, в наши дни присяжные просто засмеют тебя.