Охота на лис - Майнет Уолтерс

Когда Нэнси вернула тарелки на место, она заметила маленькую отметину в форме сердца в слое пыли, покрывавшей буфет, там, где они стояли. Кто и когда ее сделал? — подумала она. В этой холодной и мертвой комнате сердечко в пыли показалось ей таким трогательным символом любви, что по телу Нэнси пробежала невольная дрожь, как от какого-то зловещего предзнаменования. Во всем можно прочесть какие угодно символы и знаки, подумала она, бросив прощальный взгляд на улыбающиеся лица молодых деда и бабушки на свадебной фотографии.

* * *

Лис велел Вулфи вернуться в автобус, но вмешалась Белла.

— Пусть остается у меня, — сказала она, прижимая к себе ребенка. — Мальчик волнуется за мать и брата. Он хочет знать, где они, и я обещала ему спросить у тебя.

От ужаса Вулфи задрожал. Белла чувствовала его дрожь даже сквозь пальто.

— Н-н-не н… н… надо, — произнес он, стуча зубами, — Л… л… лис м… м… можете… с… с… казать м… мне по… потом.

Бледные глаза Лиса уставились на сына.

— Делай, что тебе велено, — приказал он холодным тоном, кивнув в сторону автобуса. — Жди меня там.

Иво положил руку на плечо мальчика, чтобы остановить его.

— Нет. Нам всем это интересно, не только ему. Ты выбрал семьи для нашего проекта, Лис, сказал, давайте создадим общину… А где твоя собственная семья? В Бартон-Эдже у тебя была жена и еще один ребенок. Что с ними случилось?

Лис обвел взглядом всю группу и, наверное, заметил что-то такое в выражениях их лиц, что заставило его ответить. Он просто пожал плечами и сказал:

— Она ушла недель пять назад. С тех пор я ее не видел. Удовлетворены?

Все промолчали.

Белла почувствовала, что Вулфи просовывает свою ручонку в ее руку. Она облизала губы и спросила:

— И с кем это она ушла? Почему не взяла с собой Вулфи?

— Откуда мне знать? — отмахнулся от ее вопроса Лис. — У меня были дела, и когда я вернулся, ее и ребенка уже не было. Я ее не просил оставлять Вулфи. Когда я его нашел, он ничего не соображал… и не мог объяснить, что с ним произошло. Ее вещей тоже не было, но по некоторым признакам я понял, что с ней в автобусе кто-то был, из чего я сделал вывод, что она усыпила ребят, чтобы с кем-то потрахаться. Может быть, чтобы получить от своего клиента порцию героина. Она ведь без него не могла долго протянуть.

Белла чувствовала, как шевелятся у нее в руке пальцы Вулфи, и поняла, что он хочет ей что-то сказать.

— И где это произошло?

— В Девоне. В районе Торки. Мы работали на ярмарке. Она пришла в совершенно отчаянное состояние, когда закончился сезон и клиентов совсем не осталось. — Он перевел взгляд на Вулфи. — Каба было легче унести, чем второго, поэтому, я думаю, она успокоила свою совесть тем, что взяла с собой меньшего. — Лис видел, как на глаза мальчика навернулись слезы, и его губы искривила циничная улыбка. — Тебе бы стоило пожить с зомби, Белла. Единственное, что ее по-настоящему заботило, была наркота. Все остальное — дети, еда, ответственность, даже сама жизнь — могло идти к черту. Значение имели только наркотики. Или, может быть, ты никогда не задумывалась об этом? Возможно, твои собственные пристрастия заставляют тебя испытывать жалость к таким типам?

Белла сжала руку Вулфи.

— Мой парень тоже был неравнодушен к наркотикам, — сказала она, — поэтому нечего мне тут нотации читать о зомби. Я все прекрасно знаю. Да, конечно, с мозгами у него было не в порядке, но я искала его каждый раз, когда он пропадал, до тех пор, пока он не вкатил себе слишком большую дозу. А ты, Лис? Ты искал ее? — Она смерила его взглядом. — Нет никакой разницы, как она получит свою очередную дозу, очень скоро она окажется на панели. Ну и что ж, как ты себе это представляешь? Дама с ребенком на руках? Да не успеет она в себя прийти, как ее сцапает полиция или социальные работники. Ты ходил туда? Узнавал?

Лис пожал плечами:

— Возможно, я так и сделал бы, если бы был уверен, что она там, но она ведь шлюха. Кантуется где-то с каким-нибудь сутенером, готовым ее терпеть, пока она доставляет ему героин и бабки. Подобное и раньше случалось. У нее ведь забрали первого ребенка, и с тех пор она хуже смерти боялась полиции и социальных работников.

— Но ты ведь не можешь просто так ее бросить! — возразила Белла. — А как же Каб?

— А что такое?

— Он твой сын?

Он с усмешкой взглянул на нее:

— Боюсь, что нет. За маленького ублюдка несет ответственность кто-то другой.

* * *

Джеймсу захотелось обсудить вопрос о бродягах, и Нэнси обрадовалась, что разговор перешел на другую тему. Девушку совсем не радовала перспектива разговоров о ней самой и ее впечатлениях от фотографий. Несколько раз, обмениваясь взглядами с Марком, сидевшим напротив, она заметила, что его удивил столь сильный и внезапный интерес Джеймса к скваттерам в Роще, и она даже пожалела, что не знает, что они обсуждали во время ее отсутствия. Тему о зверски убитых лисах старик как-то слишком поспешно замял.

— Я не хочу говорить об этом, — резко сказал он.

* * *

— Марк, убедитесь, пожалуйста, что стол достаточно чист. Она очень воспитанная молодая дама. Я не хочу, чтобы она сказала своей матери, что я живу в свинарнике.

— Но он же чистый.

— Я не брился сегодня утром. Это заметно?

— Вы выглядите превосходно.

— Мне следовало бы надеть костюм.

— Вы выглядите превосходно.

— Нет, я совершенно убежден, что произвожу разочаровывающее впечатление. Думаю, она ожидала увидеть кого-то значительно более впечатляющего.

— Вы ошибаетесь.

— Я стал таким старым занудой. Как вы думаете, ее заинтересуют семейные дневники?

— Думаю, что в данный момент нет.

— Возможно, мне следует спросить ее о Смитах? Я не совсем осведомлен относительно того, что в подобных случаях требуют правила этикета.

— Сомневаюсь, что на сей счет существуют какие-то определенные правила. Просто будьте самим собой.

— О, вы не представляете, как это сложно! У меня из головы не выходят те жуткие телефонные звонки.

— Вы держитесь замечательно. Вы ей очень нравитесь, Джеймс.

— Вы уверены, Марк? Вы не пытаетесь просто сказать мне что-то приятное?

* * *

Джеймс подробно расспрашивал Марка о законах относительно присвоения ничейных земель, учета земельных участков, права проживания и пользования землей. Наконец он отодвинул в сторону тарелку и попросил молодого человека повторить, что сказали ему о бродягах Дик Уэлдон и Элеонора Бартлетт.

— Очень, очень странно, — задумчиво произнес он, когда Марк упомянул о шарфах, которыми у захватчиков была обвязана нижняя часть лица. — Зачем им так маскироваться?