Братство Камня - Лоренсо Сильва

Дрю сказал в трубку:

— Если у вас будет оружие…

— Я знаю правила, — ответил голос. — Я взял на себя риск позвонить вам. Уважайте мою искренность. Отвинтите болт. Арлен решительно кивнула.

— Хорошо, — согласился Дрю.

Он положил трубку на место. Арлен легла в кровать, подперев спину подушками. Держа маузер наготове, Дрю подошел к общей двери.

Стараясь не шуметь, он отвинтил болт и шагнул к стене, встав так, чтобы при открывании двери его не было видно. Чтобы надежнее обезопасить себя, он придвинулся к углу — на тот случай, если в стену будут стрелять.

Запор с другой стороны двери был снят. Она со скрипом открылась внутрь их комнаты.

Арлен, лежа на кровати напротив этой двери, откинула прикрывавшее ее одеяло, обнажив упругие соблазнительные груди с отвердевшими сосками, лобковый треугольник…

Дрю воспользовался тем, что на мгновение внимание священника было отвлечено Арлен. Ему и нужно было всего несколько секунд. Он распахнул дверь так, что она ударила по стене. С силой прижав маузер к боку священника в том месте, где находятся почки, он профессионально быстро обыскал его.

Тот, согнувшись от боли, стонал, когда дуло пистолета слишком сильно упиралось в него.

— К чему все это? У меня нет с собой оружия. — Он выпрямился. — Я сказал же, что играю по правилам. Я не представляю для вас опасности.

Дрю закончил обыск, проверив даже, не спрятано ли что-нибудь в трусах священника.

— Пожалуйста, — сказал тот Арлен, — будьте добры накинуть на себя одеяло. Я, конечно, священник, но мне также ведомы искушения плоти. Арлен чуть прикрылась.

— Спасибо. — На священнике были черный костюм, черная манишка, белый воротник. Крепкий мускулистый мужчина среднего роста, густые черные усы, в которых, однако, просвечивала седина, густые черные волосы с проседью. Лицо почти квадратное, с широкими скулами, нахмуренное. По-видимому, ему было гораздо больше пятидесяти, но мрачное выражение его глубоко посаженных глаз, более мрачное, чем его одежды, и испещренное глубокими морщинами лицо свидетельствовали о том, что пережитое им сделало его более старым, чем он был на самом деле.

Дрю осторожно отошел назад.

— Как вы нашли нас?

— В приюте вам дали чистую одежду. Сменили ботинки. — Священник ждал, пока Дрю сам придет к правильному выводу.

Дрю нахмурился, раздраженный тем, что ему раньше не пришла в голову эта мысль.

— Жучок?

— В каблуке ботинка. Когда вы убежали из семинарии, я следовал за сигналом. Я обнаружил, где вы оставили машину епископа, кстати сказать, ужасно разбитую. — Священник позволил себе ухмыльнуться. Дрю хотел что-то возразить, но священник поднял руку. — Дайте мне кончить. Я обнаружил, что вы обменяли разбитый “кадиллак” на мотоцикл. Что говорит о вашей находчивости. Я следовал за вами до Конкорда и Лексингтона. Вы там звонили. Оттуда я следовал за вами до Гринвич-Виллидж в Нью-Йорке и наблюдал, как вы пытались наладить контакт с этой юной леди. Вы заставили меня поволноваться, когда сменили ботинки с приводным устройством на горные Рога Сатаны. Но я прикрепил это устройство к вашему мотоциклу. И, — он бросил взгляд на Арлен, — к вашей машине.

С тех пор, как священник вошел в комнату, Арлен впервые вступила в разговор.

— И в это же время, — она, нахмурившись, посмотрела на священника, — вы убили людей, которые…

— Следили за вами? К сожалению, у меня не было выбора. Я не мог позволить им сделать это же с вами. Я уже был связан обязательствами. Вы видите, насколько я откровенен с вами?

— Это вы столкнули человека со скалы? — спросила она. Священник еле заметно кивнул.

— И перерезали горло другому?

— Это было необходимо. Иначе вы не смогли бы сейчас разговаривать со мной.

— Священник, который убивает? — Дрю с ужасом смотрел на него.

— Тот же вопрос я мог бы задать вам, хотя вы не священник, а только брат. Но даже если и так, вы, кажется, тоже не новичок в этом деле? Или я не прав?

Они молча смотрела друг на друга.

Молчание нарушила Арлен.

— То, что он говорит, многое объясняет. С этим жучком он мог находиться на приличном расстоянии от нас, поэтому ты не увидел его машины, когда ждал у обочины.

— Совершенно верно, — сказал священник. — Я соблюдал дистанцию. Но теперь мы наконец вместе.

Дрю снова покачал головой.

— Зачем?

— Разве это не очевидно? Нападение на монастырь.

— Епископ утверждает, что ничего подобного не произошло.

— Ему дали такое указание. После того, как мы уничтожили все свидетельства.

— Мы?

— И довольно быстро.

— Епископ также заявил, что Ход не был убит в приюте. Что на меня никто не нападал.

— Он следует инструкциям. Я некоторое время еще оставался в приюте, чтобы организовать уборку. Семинаристы знают только, что у гостя был нервный срыв. Все было сделано как нельзя лучше.

Дрю в ярости стукнул кулаком по стене.

— Я не могу больше ждать. Я хочу объяснений.

— Разумеется. Но, ради Бога, не нужно драматических жестов. Я ваш страж.

Дрю замер.

— Мой что?

— За мной послали в ту самую минуту, когда вы с отцом Хафером появились у епископа. Я все время был недалеко от вас. Дважды — в церкви и у Рога — я спас вам жизнь.

Дрю почувствовал острую колющую боль в затылке.

— Спасли мою жизнь? Почему? И почему вы не дали знать мне с самого начала, что вы делаете?

— Я не сказал вам этого в приюте, потому что не хотел выдавать себя. Хотел увидеть, что случится, если вы будете думать, что с вами, кроме Хола, никого нет. Как я и подозревал, ваша кажущаяся уязвимость спровоцировала нападение.

— Вы использовали меня как приманку? — Дрю возмущенно покачал головой.

— Это казалось мне подходящим способом выявить ваших врагов.

— Вы должны были предупредить меня!

— Не согласен. Даже такой профессионал, как вы…

— Бывший профессионал.

— В том-то и дело. Я не знал, насколько хорошо вы успели адаптироваться, снова вернувшись в мир. Прекрасно, как обнаружилось потом. Но тогда я задавал себе вопрос, не притупилась ли ваша сноровка после шести лет отшельничества. Допустим, я сказал бы вам, что хочу использовать вас в качестве мишени, чтобы спровоцировать нападение. А если бы вы не смогли вести себя естественно под большим нервным напряжением? Достаточно вам было бы бросить взгляд в мою сторону, чтобы враги почувствовали ловушку. Ведь те двое, что ворвались в церковь, вовсе не были священниками. Они оделись так, чтобы не привлекать к себе внимания в семинарии. Я хочу подчеркнуть, что они не принадлежали церкви.