Портрет Мессии - Крейг Смит

Кейт нашла гениальное решение. Нужно дождаться праздничного фейерверка. Затем, среди сотен лодок, собравшихся в центре озера, подплыть к резиновой плоскодонке, заранее спрятанной среди зарослей, и уже на ней вернуться к обычной лодке. Затопить плоскодонку — и все это до завершения праздника. Обычно на озере собиралось около пятидесяти лодок, и в таком случае полиция начала бы методичный досмотр каждой из них. Но во время летних фейерверков здесь собиралось не менее пятисот лодок. И если речь не шла о национальной безопасности, швейцарская полиция ни за что не стала бы мешать гражданам отдыхать дальше, как бы богат и влиятелен ни был Корбо.

Несколько месяцев они готовились к вторжению на виллу, даже не будучи уверены, что картина вообще существует. Они рисковали своими жизнями, поставили на карту все и победили. Во всяком случае, так им казалось. Корбо удалось узнать, кто они, и теперь за все деньги мира Кейт не спасти. Даже если она там, на вилле, вырвать ее оттуда без боя не получится. Причем на этот раз Итану придется иметь дело не с двумя охранниками и парой доберманов.

Итан наблюдал за виллой часа два и пришел к выводу, что она превратилась в хорошо укрепленный военный лагерь. Он насчитал человек десять, сновавших между главным домом и будкой, но на деле их могло оказаться вдвое больше. Нет, определенно там есть и другие. Постоянно кто-то входил и выходил. С такой армией ему не справиться. Допустим, он сможет пройти на территорию, воспользовавшись бляхой Лутца и удостоверением службы безопасности. Возможно. Но этого мало: надо будет еще найти Кейт и, даже если удастся ее вызволить, перебраться через стену. Это еще не конец. Корбо обратится в полицию, а когда они перекроют шоссе, начнет преследование и догонит их в лесу, между дорогой и озером.

Единственный разумный способ спасти Кейт — это позвонить в полицию и рассказать им все. Но разумно ли это? Ведь там потребуется, чтобы он написал заявление о похищении человека. Стоит ему показаться в полиции, и Кейт исчезнет, а Корбо непременно позаботится о том, чтобы с Итаном произошло то же самое. Итан пытался убедить себя, что полиция в этом вопросе будет придерживаться нейтралитета, но, с другой стороны, он слишком долго прожил в Швейцарии, чтобы поверить в это. Коррупции в полиции не должно существовать в принципе, так считается во всем мире, но влиятельные и богатые люди всегда пользуются ее неофициальной защитой. Их стремление понятно — просто немыслимо, чтобы тебя выставили в средствах массовой информации в числе самых заурядных преступников. Сколь ни забавным это покажется публике, для имиджа страны это плохо: она должна выглядеть безопасным раем для миллионеров и миллиардеров.

Нет, полиция исключается, как и открытое нападение. Что еще хуже — у него есть всего несколько часов для выработки приемлемого плана. Часов, а не дней или недель. И работать он будет в одиночку, вооруженный двумя пистолетами с глушителями и одной запасной обоймой. Легко представить, с какой яростью будет мстить Корбо Кейт. А если попробовать штурмовать главные ворота… нет, попытка эта заранее обречена на провал.

Цюрих

Мэллой вышел в узкий проулок, поднялся по мощенной булыжником мостовой на холм и дошел до ближайшей дороги. Там его ждали Макс и Маркус Штайнер.

— Как условия? — спросил Маркус.

— Грех жаловаться.

Штайнер чуть усмехнулся.

— С учетом репутации твоего гостеприимного хозяина жаловаться просто опасно.

— Чем все закончилось в аэропорту?

— Легенда та же. Преуспевающий американский дипломат, работающий в Париже, приезжает в Цюрих. Он проводит там пару дней перед возвращением на родину и становится мишенью для группы неонацистов, которые ненавидят каждого, кто работает на правительство США. Они его убивают. Времена нынче такие, что никакой особой причины им для этого не нужно. Дело не в этом, Томас. Гораздо важнее понять, как они узнали, что ты будешь в этом поезде.

— Думаю, не обошлось без Роланда Уиллера, у него особый интерес. Что может быть лучше двадцати пяти миллионов долларов? Двадцать пять миллионов, только умноженные на два. Продать вещь, потом украсть ее и снова продать.

— Но как узнал Уиллер?

— Судя по всему, покупатели назвали мое имя. А он установил прослушку моего номера.

— Что ж, вполне возможно. К тому же Уиллер начинал свою карьеру в Гамбурге. А знаешь, кем оказались наши боевики, панки с гребнями? Наркоманами, сидели на героине, промышляли в центральных районах Гамбурга.

— Вряд ли в кругу Роланда водятся такие.

— На них и в берлинской полиции есть материалы. А у Уиллера в Берлине есть клиенты. Кто-то мог свести их.

— Что у тебя есть по пожару в «Бранд букс»?

— Расследование продолжается, но помимо книг в огне, как выяснилось, погибли трое. Пока что причина смерти неизвестна, завтра утром должны поступить отчеты о вскрытии. Возле здания, у задней двери, найден еще один труп. Мужчина с огнестрельным ранением. Похоже, это как-то связано с тем, что произошло внутри. Насчитали три входных пулевых отверстия. Судя по всему, калибр девять миллиметров.

— Надо заняться этим как следует. Если Бранд был связан с Уиллером, возможно, он их и навел.

— Ты что же, всерьез считаешь, что за нападением в поезде стоит Уиллер?

— Он вор, затерявшийся в толпе.

— Может, ты и прав. Он исчез сегодня утром, сразу после встречи. Сотрудники галереи понятия не имеют, где он. Кредитной картой весь день не пользовался, мобильным телефоном — тоже.

— За его домом ведется наблюдение?

— Макс поставил туда двоих свободных патрульных примерно три часа тому назад.

Не отрывая глаз от дороги, Макс заметил:

— Перед тем как заехать за тобой, подъезжал и проверил. Похоже, в доме ни души. Они тоже никого не видели.

— Может, стоит заскочить и посмотреть, что к чему?

— У него сигнализация, — сказал Макс. — И как только подъедет дежурная патрульная машина, наши люди покажут жетоны и объяснят, что мы контролируем ситуацию. А мы тем временем займемся своим делом.

— Проблема в одном, — добавил Маркус. — Нам необходимо что-то найти. В противном случае, сами понимаете… Стоит мистеру Уиллеру обратиться с жалобой в полицию, нашим людям придется объясняться. И если дело дойдет до конфликта между парой полицейских и Роландом Уиллером, будьте уверены, он победит.

— Мне просто нужна информация. Мы же не собираемся ничего выносить из дома.

— А я-то надеялся разжиться Моне, — с ухмылкой заметил Маркус. — Как думаешь, есть у него хотя бы одна картинка, которой не жалко?

Дом Роланда Уиллера находился на восточном берегу озера Цюрих; некогда этот район считался окраиной. Но уже довольно давно городские власти превратили пустырь вокруг виллы в парк, а из окон особняка открывался прекрасный вид на озеро. Сам дом по американским меркам казался не слишком велик, но смотрелся величественно и радовал глаз особым старинным обаянием. Двухэтажное кирпичное здание было отделано известняковыми плитами. Вход украшал большой портик с колоннами, на втором этаже находилась терраса. Пологая шиферная крыша, обычное для этих краев изобилие архитектурных излишеств в готическом стиле. Сад окружала невысокая изгородь. Словом, пробраться на территорию особого труда не составляло. Макс остановил «мерседес» у обочины недалеко от входа, перешел дорогу, поговорил с командой, ведущей наблюдение за домом.