Покрась в черное - Михаил Март

— У меня сложилось впечатление, что ты уже расшифровала их имена. Так?

— Проницательный ты парень, Гриша.

— Я же аналитик.

— Знать не знаю, но догадки есть.

— Стоит проверить, по каким загранпаспортам твои кандидаты в вербовщики выезжают за рубеж, а потом выяснить, что случилось с людьми, на имена которых выписаны эти документы. Наверняка покойники.

— По логике вещей, так и должно быть. Схема себя оправдывает, и главари банды от нее отказываться не станут. Но всего на свете не учтешь. Идеологам кровавой аферы и в голову не могло прийти, что один из вербовщиков начнет собирать письма, авиабилеты, корешки от денежных переводов и с каждой жертвой фотографироваться на память. Может, он таким образом хотел подстраховаться? На случай, если его арестуют. Предъявит всю документацию, написав при этом чистосердечное признание, и тем самым облегчит наказание. А ну-ка, Гриша, прочти это письмо. Оно первое, все отпечатаны на принтере, ни числа, ни подписи.

Гриша взял письмо и начал читать:

«Ваша задача — познакомиться с женщиной, имя которой узнаете позже. Увлекаете ее, ухаживаете и в конечном итоге делаете ей предложение выйти за вас замуж. Когда она даст согласие, вы настаиваете на поездке в Израиль к вашим родителям — они должны одобрить ваш выбор. В Россию вы возвращаетесь один и получаете за работу пять тысяч долларов США. Согласитесь, не велик труд, а с вашим обаянием успех дела предрешен. Выступать вы будете под чужим именем. Сделайте фотографии на внутрироссийский и загранпаспорта. С вами в ближайшее время свяжутся.

Желаем успеха».

— Это письмо он получил четыре года назад, — пояснила Наташа. — В Москве на конференции. Его подложили ему в папку. Шамиль растерялся и показал письмо приятелю — Сергею Пекареву. Скорее всего, сам Пекарев и подбросил ему записку. Пекарев сознался Шамилю в том, что сам давно промышляет тем же и очень доволен результатами. Он убедил Зибирова согласиться и ввел его в курс дела. А теперь поговорим о некоторых деталях. Сергей Пекарев — сын владельца турфирмы «Магда-тур», через которую вербовщики оформляют выезд в Иорданию. Он востоковед. Сотрудники института получают гроши, и молодых парней из состава служащих очень просто соблазнить деньгами. Чем Пекарев и занимается. Конечно, я не думаю, что он сам выполняет работу вербовщика, но все о ней знает. Вот почему стрелки в схеме Охлобыстина ведут к квадрату «С.Г.П.» — Сергей Георгиевич Пекарев. Еще один немаловажный факт. Четыре года назад в Санкт-Петербурге был открыт филиал «Магда-тур», и верхушка синдиката приняла решение вербовать местных курьеров. Тогда же были убиты Эпштейн, Цейтлин и Маркин, в их паспортах были вклеены новые фотографии — Зибирова, Рамазанова, Ткачука. Все сотрудники НИИ «Восток». С этими господами все ясно. Но нам нужно установить имена детей и женщин, отправленных в Иорданию. Возьми любое из писем и прочти.

— Пожалуйста. Вот, к примеру, пятая жертва Зибирова-Эпштейна. Читаю:

«Анна Николаевна Фокина.

Адрес: Московский проспект, дом восемнадцать, квартира три. Двое детей, вдова. Нуждается в опеке. Доверчива, склонна к романтическим отношениям, любит «мыльные оперы», близких родственников нет, носит траур.

Подготовить к выезду не позднее января».

— Лаконично и информативно. Точное задание. Тут никаких вопросов не возникает.

— Возникает, Гриша. Все женщины с детьми. Вот в чем характерная черта всех заданий. Есть в нашем деле очень серьезная деталь, которую мы не можем обойти стороной. А именно: мать Сергея Пекарева заведует отделением в Московском детском реабилитационном центре. Нам необходимо узнать имена и фамилии детей, отправленных с матерями в Иорданию и проверить, не проходили ли эти дети каким-то образом через реабилитационный центр. Я продолжаю считать, что заказчиков интересуют в первую очередь дети, а матери идут в качестве приложения, для нужд арабских притонов. Желательно найти фотографии ребятишек. И еще. Надо собирать полное досье на разбитые семьи. Мы должны установить причины смерти мужей всех вдов, завербованных и переправленных в Иорданию.

— Это нетрудно. Мы получали из МВД ежедневную сводку происшествий, а главная редакция получает сводки с Петровки. Надо установить дни гибели мужчин, и мы сможем узнать подробности в деталях. Это не проблема.

— Объемная работенка, Гриша. У нас в руках семнадцать писем с именами жертв. Это семнадцать семей, о которых мы должны знать все.

— Может, нам привлечь людей в помощь?

— Я уже думала об этом. Только не журналистов. Они слишком любопытны и болтливы. Надо найти частное сыскное агентство.

— Это же бешеные деньги. Сыщики берут по пятьсот долларов за день работы.

— Когда следят за неверными женами и предоставляют доказательства в виде фотографий порнографического толка. Мы закупаем все агентство оптом дня на три, и работа им предстоит не пыльная. Добыть семейные фотографии, где есть снимки детей и отцов, а также медицинские карточки ребят. В конце концов, деньги для нас не имеют решающего значения.

— Ты миллионерша?

— Господь Бог выдал мне кредит на решение поставленной задачи. И я пушу все эти деньги на установление истины и наказание преступников. Лично мне ничего не нужно. На жизнь я себе всегда заработаю своим умом или танцами.

— Танцами?

— Но если не умом, то чем еще! Шутка. Кстати, у меня тоже высшее юридическое образование. Не пропаду, если только не загремлю в тюрьму раньше времени. Этого я позволить себе не могу, пока не доведу дело до конца. А потом хоть на каторгу. Мне не привыкать. А в зоне преступники говорят по-русски, и магаданский климат с его холодом мне ближе, чем тропическая жара.

— Я давно догадывался, что ты знакома с Иорданией не понаслышке. Сама прошла через все круги ада?

— Не будем вдаваться в детали. Сердце начинает покалывать.

— У меня есть идея. Предположим, что мы доведем дело до конца и, может быть, покончим с бандой. Хотя в такое чудо трудно поверить. Но я считаю, что конечная цель нашей работы — это не просто наказание преступников, заслуживающих высшей меры, и урок другим. Мы должны предостеречь наших наивных дурех от глупых, невзвешенных решений. Но как? Если мы пойдем с нашими материалами к следователю или в суд, то дело замнут, а нас посадят. Это же международный скандал. Мы обвиняем не только наших мафиози, но и арабов. Израиль, я думаю, тоже в стороне не останется. Огласки дело не получит. Сто процентов. А потому я считаю, что нужно написать книгу. Документальный роман или роман в документах, где рассказать всю правду без купюр. При хорошем пиаре книгу можно раскрутить и наделать такого шума, что ни одна правовая контора и ни один чиновник не смогут прикрыть скандал. А если еще и киношников подключить к делу, то мы достигнем своей цели в полном объеме.

— Идея интересная. Пиар и раскрутка дело дорогое. Придется внести и эту статью в предстоящие расходы.

— Издатели — народ скупой, они перелистывают страницы рукописи, словно купюры считают, а не текст читают. Если отказаться от гонорара в пользу пиара, это им понравится. Платить никто не любит, зато халяву все обожают.