Антихрист и Русский царь - Алексей Сухаренко

— У меня на этих святых отцов есть некоторый компромат, — поделился Сергей Сергеевич. — Когда я готовился к жеребьёвке в Старославле, собрал всю информацию на иерархов Православной церкви, русской и греческой. На греков компромата больше. Там около кувуклии просто змеиный клубок какой-то. Армяне постоянно лупят греков. Всё никак не поделят доходное место.

— Мне один наш архиепископ, из завербованных ещё в Советском Союзе, тоже кое-чего рассказал о нравах армян на израильской земле, — вставил Дроздов. — Он учился в греческом духовном университете и часто участвовал в застольях с армянскими монахами.

— В чём суть нашей задачи? — перебил его бывший начальник. — Что нам от этих патриархов нужно?

— Не гони галопом, Тихоня, — осадил его Мерзавой. — О деталях операции узнаете в Израиле.

— Тихоня… — хихикнул Дроздов, впервые услышав прозвище своего бывшего начальника.

— А я что, я ж для дела. — Отставной генерал зыркнул на своего бывшего подчинённого так, что тот сразу пожалел о проявлении эмоций. — Может, нужно для задания какие-нибудь дополнительные ресурсы подтянуть. Ну, там бумаги с собой взять из архивов или человечка нужного.

— А что, ты ещё можешь что-то в ФСБ получить? — удивился Мерзавой, полагая, что после увольнения его старый приятель в чёрных списках.

— Обижаешь, Владилен, — усмехнулся Тихоня, — во-первых, там кое-кто обязан мне остался, а во-вторых, в архиве мой человек сидит. Так что, если надо, возьму на контроль агентурное дело любого святого отца и сниму копию с его расписки о сотрудничестве.

— Хорошо, я поменяю планы и расскажу о нашей задаче, — решился Мерзавой.

— У меня есть целое досье о том, что монахи сами поджигают там огонь и никакой он не Благодатный, — радостно сообщил Иванов, словно задача уже решилась сама собой. — Дескать, у них там есть подвижная плита, а за ней источник огня. К этой плите подходит тайный лаз. Вот и вся тайна, оберегаемая Патриархами, чтобы не лишаться огромных доходов от этого шоу.

— Что ж, если так, нам легче будет решить эту задачу, — обрадовался Мерзавой…

…Алёна и Юродивый встретились на следующий день у редакции, откуда их в аэропорт должна была увезти машина. Однако около редакции они увидели машину скорой помощи и полицейский уазик. Вскоре подъехала и машина судебно-криминалистической лаборатории. Водитель главного редактора, который и должен был отвезти их в аэропорт, стоял у входа с мокрыми от слёз глазами, беседуя с работником прокуратуры.

— Что случилось? — подбежала к нему Рощина.

— Главного убили, — зашмыгал носом громадный мужчина, который очень уважал и ценил своего шефа.

— Когда? Как? — оторопела Алёна. — Я же только вчера вечером с ним разговаривала.

— Сегодня утром уборщица обнаружила, — ответил за водителя работник прокуратуры. — Я должен вас допросить.

— Дело в том, что мы сейчас должны улетать в Израиль и можем опоздать на рейс, — вступился Юродивый.

— А вы, собственно, кто? — не понял сотрудник.

Юродивый показал удостоверение царской канцелярии. Прокурорский работник долго вертел удостоверение, но в конце концов уважительно вернул владельцу.

— Ещё не приходилось такого видеть, Александр Никодимович. — Его тон стал подобострастным. — Нет вопросов. Можно отложить и допросить вас по возвращении.

— Я хотел бы пройти на место и посмотреть, что там произошло, — тоном, не терпящим возражений, потребовал Юродивый.

— И я, — подала голос Рощина.

— Вообще-то не положено, — замялся сотрудник. — Но личному помощнику нашего государя, я думаю, мы не имеем права отказать. Ещё я должен предупредить, что зрелище ужасное. За всё время работы такой ужас вижу впервые. Поэтому женщину я с собой не поведу. Хватит уже того, что уборщица, вызвавшая полицию, умерла от инфаркта.

Оставив Алёну с плачущим водителем, Юродивый поднялся в знакомый кабинет и не узнал его. Все стены и окна были залиты кровью. Тело расчленено и разбросано по кабинету. Правда, сейчас все его части накрыли чёрной пленкой, поскольку приглашённые понятые уже несколько раз падали в обморок. Юродивый мысленно поблагодарил работника прокуратуры, что тот не пустил Алёну.

— Такое впечатление, будто здесь не человек орудовал, а потусторонние силы, — услышал Юродивый комментарий своего провожатого. — Я такое видел только в американских ужастиках. «Восставшие из ада», например, вы смотрели этот фильм?

Юродивый не ответил. Он обратил внимание на зеркало, где кровью были написаны какие-то слова.

— «Вчера была троица, теперь остались двое». Мы с трудом разобрали эти каракули. Скорее всего, серийный маньяк, видите, он угрожает ещё двум неизвестным лицам, — сотрудник прокуратуры вздрогнул.

Юродивый почувствовал присутствие в кабинете стороннего наблюдателя. Да, ошибки быть не может, он видел эту невидимую сущность — Изувиля. Он сидел в зеркале, невидимый окружающим. Руки и рот зверя были перепачканы кровью, он хищно скалил свои острые зубы, указывая на надпись, словно отговаривая Юродивого от предстоящей поездки. Мужчина не стал задерживаться и поспешил к Алёне. Женщина ждала его в машине, нервно посматривая на часы.

— Может, не стоит ехать? У меня плохое предчувствие, — произнесла Рощина, когда мужчина сел в автомобиль. — Как вы считаете, Александр Никодимович? Или дядя Юра? Как вас на самом деле зовут?

Юродивый проклял свою невнимательность. Зачем он предъявил удостоверение, в котором было записано его настоящее имя? Хорошо, сотрудник не назвал его фамилию. Но и без этого доверие к нему было утрачено.

— Мы едем или нет? — всхлипнул водитель, у которого совсем не было желания после такого шока куда — либо ехать.

— Нет! Да! — одновременно выпалили девушка и мужчина.

Водитель выключил мотор, предоставляя пассажирам договариваться самим.

— Давайте так, Алёна, мы поедем в аэропорт, а по дороге я попытаюсь объясниться, — предложил Юродивый. — Если вас мои объяснения не устроят, можете не лететь.

— Хорошо, — Рощина тронула водителя за плечо, — поехали, Эдик.

Эдик опять зашмыгал носом, словно напоминая о произошедшей в редакции трагедии.

— Итак, не знаю, как к вам теперь обращаться, — ёрничала девушка, скрывая свою тревогу, — потрудитесь, пожалуйста, объяснить, почему вы представлялись дядей Юрой, а оказались другим человеком.

— Алёна, дядей Юрой я стал для Севки, ему, как ты понимаешь, невозможно объяснить мою должность при государе…

— Почему не своим именем назывались? — прервала его женщина, направляя к главной теме разговора.

— Я — личный помощник государя, выполняю специальные задания, поэтому никогда не называюсь своим именем, — чётко ответил Юродивый.

— А потом, когда уже были у меня дома? — Алёна смотрела испытующе в глаза мужчине. — Вам же никто не мешал назвать своё настоящее имя. Или вы от меня скрываете своё имя по иной причине?