Стена тишины - Трейси Бьюканан

Среда, 24 апреля 2019 года, 19.45.

Мелисса смотрела на Патрика, на его прямой нос и высокие скулы, и пыталась разглядеть в знакомых чертах секреты и тайны.

— У тебя был кто-то после Андреа?

Она вглядывалась в монитор, но так и не заметила никаких изменений.

— Тук-тук, — сказал кто-то. Оторвав взгляд от Патрика, Мелисса увидела Дебби, медсестру. — Я слышала, ты тут. Не против, если я составлю тебе компанию?

— Конечно, не против.

Дебби вошла и чуть помрачнела, увидев Патрика.

— Как он?

— Врачи говорят, намного лучше, — сказала Мелисса. Ком встал в ее горле, а глаза наполнились слезами при мысли о том, что их идеальная семейная картинка теперь разорвана на клочки.

— Ох, милая, — проговорила Дебби, садясь рядом с Мелиссой и обнимая ее. — Он сильный, он справится. И ты тоже сильная, — добавила она, с сочувствием глядя на Мелиссу.

— Правда? — удивилась Мелисса. — Я бы не сказала.

Медсестра, вкатившая в палату тележку, остановилась при виде Дебби.

— Ой, привет. Я думала, твоя смена уже закончена.

— Просто заглянула к любимому пациенту, — сказала Дебби. — Сходи попей чаю, а Патриком займусь я. Мелисса же не против?

Мелисса покачала головой, не сводя глаз с Патрика.

— Уверена? — спросила медсестра с тележкой. — Не торопишься домой?

— А чего торопиться? Гэри на работе. Иди, пока я не передумала.

Медсестра ушла, а Дебби повернула тележку и принялась протирать влажными салфетками руки и ноги Патрика. Мелисса очищала его ладони и вспоминала, как за неделю до всего этого Патрик мылся в ванной и затащил ее к себе в воду, прямо в пижаме. Думал ли он в этот момент о другой женщине? Она ощутила, как слезы обжигают глаза.

— У него красивые ногти, — заметила Дебби. Интересно, подумала Мелисса, слышала ли она, что говорил Грэм?

— Да, — ответила она, — Патрик любит, чтобы ногти были в порядке. Иногда ему делали маникюр Лилли и Грейс.

Дебби рассмеялась:

— Похоже, девчонки обожают это занятие.

Мелисса улыбнулась:

— Еще как обожают! Они даже как-то устроили маникюрный салон. Грейс сделала именные бейджи, а Лилли изображала «маникюршу Шэрон». Даже говорила с акцентом кокни. Льюису было за них так стыдно!

Мелисса вновь ощутила ком в горле.

— Поплачь, если хочешь, — сказала Дебби. — Тебе пришлось столько пережить. Я помню, как ты держалась, чтобы быть сильной ради Джоела. Иногда нужно позволить себе быть слабой.

— Я уже позволила, и вы знаете результат.

Дебби осторожно подняла руку Патрика, чтобы протереть его подмышку. При виде темных волосков и проступающих ребер Мелисса ощутила, как сжалось ее сердце.

— Это случается со всеми, кому приходится круглосуточно заботиться о таких, как Джоел, — сказала Дебби. — Наступает момент, когда они просто упираются в стену усталости и безысходности. Ты держалась гораздо дольше, чем другие.

— Но если бы я держалась и не сдалась, — пробормотала Мелисса, — я была бы рядом, когда он умирал. И если бы я была рядом…

— Послушай, — сказала Дебби. Она сжала руку Мелиссы и посмотрела ей в глаза, — это совершенно от тебя не зависело. Так вышло, что ты позволила себе заслуженный перерыв, и он не имеет отношения…

— Но я оказалась слабой. Я должна была просто терпеть. Я не единственная в мире мать, чей ребенок особенный. Я не должна была делать никаких перерывов, это было предательством по отношению к Патрику.

— Нельзя все вешать на мать, — сказала Дебби, и ее лицо напряглось. — Тебе нужен был этот перерыв. У тебя ведь были еще и близнецы, ты не забыла? Ты же не Патрик, который не занимался им, пока не взял отгул.

Когда состояние Джоела ухудшилось и Мелиссе потребовалось проводить с ним больше времени, Патрик на год взял отгул, чтобы заботиться о нем, предоставив Мелиссе возможность отдохнуть и выучиться на физиотерапевта. Она загорелась этой идеей, восхищенная физиотерапевтами, которые помогали Джоелу.