Сталь - Anne Dar

Ночь обещала быть долгой.

Спиро и Клэр снова отключились на заднем сиденье, перед этим одевшись в кофты. Несмотря на включенную печку, в салоне было очень холодно – щель, образующаяся между моей дверью и кузовом, даже с учётом затыкающего её пледа, выдувала пространство так, что скоро у меня заледенел весь левый бок, хотя за бортом, если доверять барахлящей приборной панели, было пятнадцать градусов тепла.

Мы объехали стороной Копенгаген и Роскилле, но задели боком несколько мелких городов. Один из них был погружён во тьму – ни единого включенного фонаря или горящего окна дома, – ещё в двух мы не заметили ни единого признака жизни, и в ещё одном видели нескольких заражённых, бродящих возле домов с разбитыми окнами. На дороге машин было немного, но, в отличие от Швеции, они здесь встречались. Большинство из них ехали, как ни странно, в сторону Копенгагена. На одной из встретившихся нам машин был закреплён крупный цветастый и светящийся разноцветными огнями баннер со словами: “Анхольт, Лесё, Нордре-Рённер, Орё, Самсё, Тунё* – отправление из Гиллелайе** 03.08.2094 в 06:00”. (*Наименование группы датских островов пролива Каттегат; **Наименование города). Значит, датчане эвакуируются на острова. Мудро. Только и на островах колличество мест, что совершенно очевидно, будет ограничено. Фактически, это идеальная ловушка: в скоплении, в пробках, в давках вирус распространится со скоростью света. Надеюсь те, кто не поленился создать подобный баннер, чтобы помочь как можно большему количеству людей, выживут. Потому что добрые люди должны оставаться в живых. Чтобы мир не заглох.

От Слагельсе до паромной переправы в Корсере было всего двадцать три километра. Слагельсе был достаточно крупным городом, с населением, должно быть, примерно около пятидесяти тысяч человек. Поэтому я не удивилась тому, что небо над ним полыхало огненными облаками. Почти все крупные города, которые мы проезжали, полыхали. Должно быть, взрывались заводы или происходили банальные пожары на обыкновенных кухнях, а пожарников, чтобы остановить пламя, не было, поэтому оно разрасталось и разрасталось, и разрасталось…

Слагельсе мы проехали боком и быстро, и так и не заметили ни одного Блуждающего – только десятки брошенных на обочинах и несколько прямо посреди дороги автомобилей. Все они были в пугающе разбитом состоянии.

Возле причала Корсера мы остановились ровно в 04:33. А в 04:40, за пятнадцать минут до отплытия из порта последнего парома, я узнала, что на борту этого судна не найдётся мест ни для меня с детьми, ни для ещё нескольких тысяч людей, столпившихся на краю причала. То есть фактически я закупорила нас на самом крупном датском острове – Зеландии – из которого, благодаря недавним известным действиям Дорожных Пиратов, перебраться в Европу можно было лишь вплавь. Но других действующих переправ в Зеландии я не знала, а если бы и знала, уверена, что и на них столкнулась бы с той же проблемой – свободных мест сейчас нигде нет.

Прямо передо мной, на фоне горящего города, раскачивался на беспокойных этой ночью волнах Большого Бельта* последний известный мне билет на большую землю (*Пролив между островами Лолланн и Зеландия на востоке и островами Лангеланн и Фюн на западе). Другой я не знала где и как искать. Поиски другого означали для меня только одно: закопаться на отрезанном от остатков цивилизации острове в компании трёх детей и трёхмиллионной толпы Блуждающих.

Застрять в уже поражённой Сталью Зеландии – гарантированный и быстрый конец.

…Это был конец.

Глава 25

Близко к причалу было не подъехать – брошенные машины перекрыли собой не только проезжую часть, но и каждый метр покатых обочин. Люди уверенно бросали свои машины и поспешно двигались в сторону причала, над которым возвышался величественный трехъярусный паром. Больше в порту не было ни единого судна, ни единой лодчонки – это я заметила, когда подошла ближе.

Осознание факта того, что нам необходимо будет не просто выйти из машины, но и, скорее всего, распрощаться с ней насовсем, сжало всё моё нутро. Оказаться в многотысячной толпе на окраине полыхающего города, со стопроцентной вероятностью поражённого Сталью, не обещало нам ничего безопасного. Эта толпа – это уже эпицентр разноса заразы. Даже если Блуждающие всё ещё не добрались до причала, это лишь вопрос времени и, с учётом горящего над Корсером неба, скорее всего, этот вопрос будет разрешён уже в скором времени.

Я посмотрела на Тристана – он уже знал, что именно будет дальше:

– Берите только самое необходимое. Всё, что останется в машине, вы оставите навсегда, так что не забудьте ничего важного, но и лишнее не хватайте, понятно? – Я посмотрела назад, и Спиро быстро закивал мне в ответ. В его глазах читался неприкрытый страх. – Отлично. Тристан, ты возьмёшь Клэр и что-нибудь ещё, я возьму свою дорожную сумку, Спиро…

– Я возьму котёнка, – подала обеспокоенный голосок Клэр.

Котёнок, конечно, как же я могла о нём забыть…

Оказавшись на улице я удивилась сильно нагретому воздуху, но быстро поняла, что ветер дует в нашу сторону со стороны полыхающего Корсера. Значит, опасаться можно не только агрессивной толпы и Блуждающих, но ещё и разбушевавшегося в опасной близости пожара, который, что было совершенно очевидным, обещал уже совсем скоро добраться до причала.

Открыв багажник я взяла свой рюкзак и дорожную сумку, Тристан со Спиро тоже взяли по рюкзаку и по одной сумке. Все пожитки родителей, которые мама так усердно собирала и из-за которых в итоге я потеряла её с отцом, я в итоге оставила запертыми в машине. Из родительского с собой я унесла только отцовский атлас.

Мы двинулись вдоль плотно сомкнутых рядов брошенных, искорёженных и разбитых в хлам машин, в сторону, в которую спешили остальные люди. Было очень жарко и страшно, людей становилось всё больше и больше, и многие из них находились не в самом адекватном состоянии. Наткнувшись на одного пьяного мужчину, я едва не взвизгнула от того, что сначала приняла его за заражённого, и в следующую секунду чуть не огрела его сумкой, тяжесть которой оттягивала её ручки так, что они с болью впивались в мои дрожащие руки.

Обойдя машину пьяного человека по кругу, я не заметила, как перешла с быстрого шага на бег, и дети побежали за мной. Спустя приблизительно сто метров бега проход стал настолько узким, что я решила свернуть вправо, надеясь, что так будет быстрее, потому что бегущих