Роковая связь - А. Р. Торре

Когда они остались в кабинете одни, Фара включила диктофон, а Кевин зачитал права. Хью, казалось, смирился с происходящим и присел на мягкое кожаное кресло, сцепив руки и перекинув ногу на ногу. Фара ожидала, что он позвонит адвокату, но актер не заикнулся о своем праве, а она не собиралась выполнять подсказывать.

— Нолан Прайс написал записку, которая уличает Вас в убийстве Кэрри Пеппер. — Без промедлений начал Кевин.

— Абсурд какой-то. — Хью фыркнул.

— Абсурд, что Прайс оставил записку, или абсурд, что Вы причастны к убийству Кэрри Пеппера? — Фара надавила.

— Ничего не знаю о первом и не имею никакого отношения ко второму.

— Знакомы с кем-нибудь из этих женщин? — Кевин развернул страницу с именами подтвержденных жертв и подвинул по столу.

Хью бегло изучил список, после чего покачал головой и вернул Кевину.

— Вряд ли.

Исчерпывающий ответ. Фара попробовала другую тактику:

— Мистер Айверсон, в хижине были обнаружены видеозаписи с двенадцатью женщинами, которых пытали и убивали. Вы были осведомлены об этих записях?

Он внимательно изучил ее, прежде чем ответить:

— Кассеты в хижине видел. Но не просматривал.

— Вы их снимали? — надавил Кевин.

— Нет. — Отвечал мужчина спокойно и решительно. Будь он обычным простолюдином, Фара была бы уверена, что тот говорит правду. При допросе Хью она не знала, чему верить.

— Вы были на видео?

— Нет. — Он сделал паузу. — Поскольку я их не видел, трудно сказать. Однако если эти видео с каким-либо жестоком поведением, то нет, меня на них нет, и я не принимал никакого участия в их съемках.

И снова измеритель вранья Фары не срабатывал. Из стеклянного шкафа позади сверкнул «Оскар», полученный Хью, как бы напоминая об актерских навыках.

— Так значит утверждаете, что на видеозаписях Ваш брат? Он пытал и убил двенадцать женщин?

Лицо Хью посуровело.

— Если именно это Вы видели на видео, то да.

— Зачем он это делал? — вопросила детективша.

— Несколько дней назад, когда речь шла о женщине в гостевом домике, Вы задали подобный вопрос. Тогда я процитировал Исаию. И сейчас процитирую. Мой брат не стал бы беспричинно кого-то убивать. Не говорю, что причина являлась веской или правильной, но это единственный ответ, который у меня имеется.

— Незадача заключается в том, что Трент не мог совершить эти преступления, по крайней мере, в одиночку. — Кевин выложил первую ловушку.

Хью, опираясь локтем на подлокотник кресла, задумчиво смотрел на Кевина, но молчал.

— Две смерти пришлись на те даты, когда Трент находился на реабилитации или на съемках, — уточнила Фара.

— Ясно. Так в чем вопрос?

— Если Трент не убивал этих женщин, и это не Вы на видео, тогда кто? — Кевин протянул скриншот из видео, на котором была изображена слегка размытая фотография Хью, смотревшего на женщину.

Актер изучил фотографию и перевел взгляд с Кевина на Фару. Откинувшись назад, скрестил руки и заложил их за голову.

— Трент не убивал ни одну из этих женщин, и мужчина на этом видео — не он.

— Мы в курсе, что это не он, — нетерпеливо сказала Фара. — На видео — Вы.

— Нет, все вовсе не так. — Край его рта изогнулся в почти игривой улыбке, будто он знал тайную, которую не ведали они. — На видео Хью.

— Чего? — тупо сказала Фара. — Что Вы имеете в виду?

— Это Хью. На всех записях — Хью.

— Вы что, говорите от третьего лица, или хотите сказать, что Вы не Хью? — спросил Кевин.

— Хочу сказать, что Хью убил всех этих женщин и что я — не он. Я Трент.

ГЛАВА ДЕВЯНОСТО ТРЕТЬЯ

ДЕТЕКТИВ

— Трент? — переспросила Фара.

Признание было нелепым и в то же время вполне себе правдоподобным. В конце концов, братья были однояйцевыми близнецами. Но имелись медицинские свидетельства, доказывающие, что мертвец — это Трент. Так что нет. Нет. Не надо перекладывать вину на других.

— Он самый. — Актер кивнул, и на его губах вдруг расцвела ухмылка — трентова ухмылка, на которую она пускала слюни, точно как девчонка, — такая же сексуальная и нагловатая, как и всегда. Фара уставилась на него, не зная, чему верить, ведь фасад Хью всего две минуты назад был столь убедительным.

— Хотите сказать, что Хью мертв? — уточнил Кевин.

— Ничего не хочу сказать, поскольку так оно и есть. Хью мертв. Видимо, брату наконец стало совестно за свои выходки.

В мыслях Фары затрещала настороженность, что напоминало палящее ружье. Она посмотрела на Кевина; все вопросы, которые они планировали задать, пошли коту под хвост.

Фара заговорила резко, гнев нарастал с каждым произнесенным словом:

— Если это правда, то Вы отдаете себе отчет, что помешали полицейскому расследованию, не рассказав об этом раньше? Потратили впустую десятки, если не сотни часов работы полиции и…

— Пришлите счет. — Мужчина пожал плечами. Теперь он расставил ноги, небрежно развалившись в кресле. Он менялся прямо на глазах. Как она могла только подумать, что этот человек — Хью?

— Дело не только в деньгах, мистер Айверсон, — огрызнулся Кевин. — А в препятствии правосудию. На кону стояла жизнь мальчишки, а Вы нас обдуривали.

Фара гадала, известно ли об этом Норе. Неужели парочка все это время потешалась над их расследованием? А что насчет прислуги?

Он перестал усмехаться и наклонился вперед, потупившись.

— Послушайте, мне реально жаль. Я обдумывал, что произошло и что предпринять. Я глубоко предан брату. Желание защитить память о нем помешало исполнению гражданского долга. Жаль, что я выбрал не ту сторону.

— Не ведите себя так, словно сейчас выбираете путь истинный, — язвительно отчеканила Фара. — Вас загнали в угол, потому изворачиваетесь, показывая свою ранимость. Единственная причина, по которой Вы это рассказываете — при том, что мы не верим, — заключается в том, что мы готовимся арестовать Вас за эти преступления. Таково Ваше беспрепятственное решение.

— Детектив Андерсон верно подмечает, — согласился Кевин. — Можете доказать, что Вы — Трент, а не Хью?

Актер — кем бы он ни являлся — замолк и, судя по всему, обдумывал вопрос.

— Не совсем, — ответил мужчина. — В смысле… наша генетическая карта идентична. — Он пожал плечами. — Не думаю, что у кого-то из нас когда-нибудь брали отпечатки пальцев. Но выстройте в ряд десять человек в этой комнате, и пускай кто-нибудь задаст вопрос, ответ на который буду знать лишь я, а не Хью.

— У Трента