Ребро беса - Валерий Пушной

В офисе, за входной дверью, в боковой караульной комнатке два охранника наблюдали за ним по монитору. Один сидел на стуле против монитора, а другой стоял слева от него и тоже следил за экраном.

— Вот нажрался, скотина, среди ночи! — сказал тот, что сидел на стуле. — Бутылку на крыльце разбил, убирать теперь за ним.

Пьяный завалился набок, подобрал под себя ноги, подложил под голову руки, как будто собрался спать.

— Смотри, что эта пьяндыга надумала! — возмутился тот, что стоял. — Храпака под дверью дать решил. Надо в шею гнать!

Пьяный зашевелился, медленно сел, мотнул опущенной книзу головой и принялся подниматься на ноги. Еле-еле встал и начал медленно расстегивать ширинку, приткнулся к двери с вполне определенным намерением помочиться на нее.

— Нет, ты смотри, что эта обезьяна творит! — передернулся охранник, стоявший у монитора. — Ему ничего не стоит еще и кучу навалить. Этого нам только не хватало! Как пес паршивый, стены метит. Нет, мое терпение лопается! Пойду накостыляю, чтобы впредь неповадно было!

— Не суетись, Петя, инструкцию нарушать нельзя, — повернулся к нему сидевший на стуле напарник. — Выходить из офиса ночью разрешается только в случае крайней необходимости. Так что смотри бесплатное кино и не гоношись.

— Так это и есть тот случай! — нетерпеливо ответил Петя. — Что, у нас под дверью общественный туалет, что ли? Ты, Шурик, тогда сам пойдешь за ним убирать.

— Вот стервец, уже вроде поливает, — отвернулся Шурик к монитору. — Не видно. У камеры мертвая зона. Точно пинка, гад, заработал!

— Дверь открой, я ему сейчас опохмелку устрою! — решительно шагнул к выходу Петя.

— Ты только быстрее, — попросил вслед ему Шурик и потянулся к кнопке, чтобы открыть дверь.

Пьяный стоял, упираясь лбом в дверь, когда она распахнулась прямо перед его носом. В проеме выросла фигура охранника. Тот замахнулся, чтобы огреть пьяницу по шее, но неожиданно для себя получил точный удар кулаком в живот, а перед носом у него замаячил холодный ствол пистолета. Охранник ошеломленно расширил глаза и стал медленно отступать назад.

Пьяный выпрямился, шагнул следом и, прижимая палец к своим губам, негромко, но трезво и отчетливо прошептал:

— Тихо! Вякнешь — убью! Руки к небу!

Он стволом пистолета показал вверх. А потом резко ударил охранника рукояткой по лбу. Ноги у Пети подкосились, и он рухнул сначала на колени, затем на живот. Ловким движением человек нащупал у охранника за поясом травмат, выдернул и отбросил в сторону.

Из караульной комнаты из-за приоткрытой двери послышался вопросительный возглас Шурика:

— Ты чего там делаешь, на кой ляд притащил его в холл?

Человек в холле переступил через Петю и на всю распахнул дверь в караульную комнату.

— Ты прав! — сказал Шурику. — Надо было выбросить твоего напарника на улицу!

Охранник вскочил со стула и бросил руку к травмату на поясе, но направленный на него ствол приблизился к лицу и голос вошедшего предостерег:

— Это опасно! Не будь идиотом.

Шурик замер, а потом, подчиняясь безгласной команде, нехотя вытянул кверху руки.

Человек повторил те же действия с Шуриком, какие в фойе произвел с Петей. Когда охранник лежал у его ног, вошедший достал телефон и сказал в него всего одно слово:

— Свободно!

Через пару минут к офису подкатил семиместный автомобиль, из него выскочили люди и забежали внутрь. Охранников оттащили в угол, связали, заткнули кляпами рты, потом быстро осмотрели все помещение. Двое, широкоплечий и долговязый, подошли к приемной Корозова, умело и легко вскрыли дверной замок, включили свет — и увидали чистый стол секретаря, рабочее кресло, шкаф. Все. Ничего лишнего. Широкоплечий шагнул к двери кабинета Глеба, дернул за ручку, проверяя, закрыта ли на замок. Она была заперта. Повернулся ко второму, коротко, без лишних слов и телодвижений, бросил:

— Действуй!

Рослый, медвежьего телосложения, сунулся к замку, присвистнул тихонько и без особых усилий открыл. Было очевидно, что такие замки для него — детские забава. Оба ступили в кабинет Корозова. Широкоплечий провел рукой по стене, нащупал выключатель, огляделся и распорядился:

— Ищем!

Долговязый молча кивнул. Они начали быстро передвигаться по кабинету, открывали дверцы мебели, проверяли содержимое ящиков и шкафов, осматривали и простукивали стены, смотрели за картинами. Пошарили буквально везде, после чего рослый молча развел руками:

— Нету!

— Должен быть! Плохо смотрели, — упрямо отрезал широкоплечий. — Ищем! Быстрее, время идет.

Они снова принялись за осмотр кабинета. Минуты через три в двери заглянул третий, ушастый, и нетерпеливо поторопил:

— Ну что вы там, кореша? Заблудились в трех соснах? Тут всего четыре стены, тоже мне лабиринты.

— Нет нигде! — огрызнулся долговязый. — Попробуй сам! Языком-то молоть проще.

— У Кровельщика малява без подвоха! — уверенно сказал ушастый, вышел на середину кабинета, втянул в себя воздух, словно ловил запахи. — Почему бы не попробовать? Моя нюхалка своего не упустит! Сейчас понюхаю! У меня нос на такие дела натаскан, как у хорошей собаки.

Повел глазами по стенам:

— Есть! Сними-ка бра! Какое-то уж очень ненастоящее оно.

Широкоплечий подчинился.

— Ого! — воскликнул ушастый. — Мой нос никогда меня не подводил! Вот он, родимый.

Подошел, ткнул пальцем в дверцу сейфа, глянул на долговязого с усмешкой:

— А ты говорил, нигде нет. А это что, по-твоему, мыльный пузырь? Нет, кореш, это самый настоящий сейф! Я так и думал! Бра и не бра вовсе, а простая декорация! Никогда больше не говори таких слов! Или ты думал, я тоже не найду? Плохо ты меня знаешь, корешок! Учись, пока не беру деньги за это! А теперь давай работай! Покажи нам свое ремесло! Крути педали!

Рослый подступил к сейфу и стал колдовать над замком. Возился минут пятнадцать, подбирая код, вытирал потный лоб, пыхтел — и, наконец, распахнул дверцу. Состроил на лице довольную гримасу:

— Не только ты остряк-самоучка, но и мы кое-что умеем.

Заглянув в сейф, ушастый присвистнул:

— Сгребай все в мешок! Кровельщик разберется!

Сейф быстро опорожнили. Ушастый свернул мешок, крепко стиснул его в руках и громко позвал, поворачивая лицо к распахнутой двери в приемную:

— Музыкант, зайди! Настрой пианино для музыки Шопена!

Из приемной в кабинет зашел четвертый, улыбчивый, с взрывчаткой в руках. Прошел к сейфу, осмотрел его и принялся за работу. Аккуратно установил внутри сейфа взрывчатку, закрыл дверцу и повесил бра. Выровнял его, посмотрел со стороны, прищурил глаза:

— Готово, можно уходить! Скоро музыку Шопена из сейфа многие услышат! Наш клиент услышит первым! И оглохнет от нее. Каждому свое.