Мне и так хорошо - Яна Сибирь

Что-то снова кольнуло у меня внутри. Я не могла отделаться от мысли, что делаю что-то не так. Я не могла расслабиться и тем самым вносила в наш «поход» какую-то скованность, а Паша, глядя на меня, тоже постепенно терял уверенность в себе. Если вы достаточно наблюдательны, то наверняка замечали, как в сложных, страшных или непонятных ситуациях дети всегда смотрят на взрослых. Они как будто пытаются по их лицам распознать насколько все плохо и чаще всего это у них получается. Мне кажется, что взрослые люди знают об этом, поэтому научились скрывать свои чувства и играть обрушившуюся на них роль. А роль в сложных ситуациях у всех родителей одна – улыбаться и говорить что все хорошо. Думается мне – это самая сложная роль. Наверное, поэтому стоя с рубахой в руках и улыбаясь, я старалась изображать спокойствие и по возможности – радость.

– Пашка, тебе не хватит одной рубахи, – сказала я. – Нужно еще как минимум три-четыре. У тебя же будет шесть учебных дней в неделю. Ну, вот смотри какая нарядная рубашка, вот эта в тонкую полоску.

– О, Господь всемогущий! Какой ужас! – раздалось у меня в голове. Бриллиант вернулась. – Я так и думала, что без меня тебе ни за что не справиться! Ну, сколько я могу тебя учить? Выпусти-ка меня и я сама все сделаю, а то вон у мальчишки лицо такое, как будто ты его вовсе не в школу собираешь. Уступи мне место, и я сделаю из нашего паренька «конфетку».

Я была рада появлению Бриллиант, а посмотрев на Пашку, поняла, что она оказалась права абсолютно во всем. Ну не мое это! Не умею я с наслаждением ходить по магазинам.

– Лучше поздно, чем никогда, – сказала я вслух. – Давай, помогай уже.

Я допустила оплошность – забыла, что на меня смотрит Павел Алексеевич.

– Ты с кем говоришь? – спросил он, подойдя ближе.

– С тобой, – ответила я. – С кем мне еще говорить?

Мой наигранно непринужденный вид не убедил мальчика в правдивости моих слов.

– Да выпусти ты меня уже! – ворчала в моей голове Бриллиант. – Я его быстро заболтаю и превращу ваше скучное шествие между прилавков в веселое и вдохновляющее приключение. Ну, давай же!

Я отвернулась от Пашки, чтобы он не заметил моего «исчезновение», потому что иногда в такие моменты мое лицо выглядит странно и безжизненно (я знаю, ведь я снимала это на камеру в телефоне). Когда я повернулась обратно, то это была уже, грубо говоря, не я. Это была наша яркая, веселая, жизнерадостная девушка с великолепным, под стать ей самой, именем – Бриллиант.

– Так, мой хороший, давай продолжим, – сказала Бриллиант. – Нам нужно выбрать еще несколько рубашек, чтобы у тебя всегда было во что переодеться. Это очень важно – выглядеть опрятно. Запомни это, пожалуйста.

Бриллиант ловко начала перебирать пальцами стопки сложенных рубашек, выискивая то, что по ее мнению хорошо подходит Павлу Алексеевичу. Наблюдая так сказать со стороны, я была приятно удивлена, насколько быстро Бриллиант договорилась с мальчиком, которому понравился ее выбор рубах и который после пары ее веселых ненавязчивых фраз согласился взять их все. На этой дружеской, а главное, доверительной ноте, они двинулись дальше. Вместе они выбрали футболки, носки, нижнее белье (его Пашка выбирал самостоятельно), два спортивных костюма, джинсы, две пары кроссовок, туфли и конечно костюм-тройку и галстук. Бриллиант выбирала все это так скрупулезно, как выбирала бы все это для себя. На все это у них ушло три часа, и они оба порядком утомились.

– Так, мой хороший, скажу тебе честно, я устала как лошадь в упряжке, – сказала Бриллиант, держа в обеих руках пакеты с покупками. – На третьем этаже есть кафе. Идем кушать.

Павел Алексеевич немного посопротивлялся, но Бриллиант умела уговаривать – это был ее дар. Много улыбок, много смеха, парочка забавных анекдотов и они с Пашкой быстро нашли общий язык. Можно даже сказать, что они быстро подружились.

В кафе Бриллиант выбрала столик у стеклянной стены, мимо которого ходило меньше всего людей и, усадив Пашку, пошла заказывать еду. Когда она вернулась с большой «Гавайской» пиццей в руках, Пашка обрадовался, так как очень любил пиццу, но не имел возможности, есть эту вкуснятину, когда хотел.

– Это еще не все, мой золотой, – с широкой улыбкой, сказала Бриллиант. – У нас сегодня праздник и мы будем пировать от души.

Второй раз Бриллиант вернулась с огромным пластмассовым подносом, на котором уместились напитки, блинчики с творогом и персиками и пирожные.

– Круто! – ликовал мальчик. – Только мы вряд ли съедим все это.

– Съедим, не переживай! – продолжая мило улыбаться, ответила Бриллиант. – К тому же, мы с тобой никуда не спешим. Вот сейчас поешь и иди, поиграй в игровые автоматы или сходи в игровую комнату. Короче, сам выбери себе веселье и действуй. Я бы пошла с тобой, потому что сама обожаю все это детское безумие, но, кто-то ведь должен охранять покупки.

Пашка смотрел по сторонам с таким видом, как будто очутился на чужой планете. Уплетая пиццу, он не отрывал взгляда от бегающих и прыгающих в игровой зоне детей. Ему хотелось оказаться там, но он медлил.

– У меня нет денег на такие развлечения, – сказал он, а потом смущенно опустил глаза. – Да и большой я уже для таких игр.

Бриллиант уже открыла рот для того чтобы возразить, но ей помешало совершенно неожиданное появление Стаса. Он возник рядом с их столиком, будто из-под земли, но выглядел так, будто сошел с подиума.

– Привет. Не ожидал тебя здесь увидеть. Отдыхаете? С кавалером? – Стас сыпал вопросами, что было не характерно для его поведения. Потом он протянул руку Пашке и представился: – Стас.

– Павел, – ответил мой маленький товарищ и крепко сжал протянутую ему руку. – Хотите присоединиться к нам?

– Благодарю за приглашение, но не могу его принять, – ответил Стас, внимательно разглядывая мальчика. – Мне нужно вернуться на работу. Кстати о работе, кто-то должен завтра быть на своем рабочем месте.

Он говорил мягко, даже шутливо, смотря мне прямо в глаза, но, на него смотрела Бриллиант, которая его обожала и он, скорее всего, сделал неправильный вывод.

– Завтра я приду, – ответила Бриллиант с улыбкой до ушей. – Была рада вас видеть.

Стас попрощался, потому что в действительности торопился, но по нему было заметно, что уходить так быстро ему не хотелось.

– Кавалер? – спросил Пашка и хитро прищурился.

– Если бы, – ответила Бриллиант. – Работодатель, а точнее, внук работодателя. Симпатичный, правда?