Добрый друг Декстер - Джеффри Линдсей

До первого настоящего очага цивилизации мы добрались в молчании. Очаг этот располагался в нескольких милях от съезда с платной дороги и состоял из нескольких жилых кварталов и торгового мола. Чатски выпрямил спину и, глядя на огни домов, сказал:

— Мне надо позвонить.

— Можешь использовать мой телефон, если согласен компенсировать расходы за роуминг.

— Мне нужна наземная линия, — заявил он. — Телефон-автомат.

— Боюсь, ты утратил связь с реальностью. Телефон-автомат сейчас днем с огнем не сыщешь. Теперь ими никто не пользуется.

— Воспользуйся вот этим съездом, — сказал он, и я съехал вниз по пандусу, хотя это никоим образом не приближало меня к давно заслуженному ночному сну.

Примерно через милю мы нашли лавчонку, у входных дверей которой на стене сохранился платный телефон. Я помог Чатски доскакать до телефона, и он, прислонившись к пластиковому прикрытию вокруг аппарата, поднял трубку.

— Подожди там, — произнес он. Для человека, не способного передвигаться без посторонней помощи, это прозвучало чересчур властно.

Но спорить я не стал. Вернувшись к автомобилю, я уселся на капот и стал ждать, когда Чатски закончит болтать.

Рядом с моей машиной остановился старый «бьюик», из него высыпала группа невысоких, смуглых людей в грязной рабочей одежде. Работяги двинулись к лавчонке. Они с удивлением поглазели на одноногого, с гладко выбритой головой человека, но, будучи созданиями вежливыми, ничего не сказали. Когда они вошли в магазин и за ними с шипением сдвинулись автоматические стеклянные двери, я вдруг ощутил, как на меня накатила страшная усталость. День оказался бесконечно длинным, шея окаменела, и я за все это время никого не убил. Похоже, я совсем расклеился, и мне очень хотелось уехать домой, чтобы завалиться в постель.

Интересно, куда доктор Данко увез Доукса? Впрочем, это не имело значения, и меня просто мучило любопытство. Но то, что он куда-то увез сержанта, чтобы приступить вскоре к любимой операции, было за долгий период единственной доброй новостью, и, думая об этом, я чувствовал, как по телу растекается тепло. Я свободен. Доукс исчез. Шаг за шагом он уходил из моей жизни, освобождая меня от подневольной службы на кушетке Риты. Теперь я снова смогу жить полноценной жизнью.

— Эй, дружище! — услышал я зов Чатски. Чтобы лучше привлечь мое внимание, он размахивал культей левой руки. Я соскользнул с капота и направился к нему. — Все в порядке, — объявил он. — Поехали.

— Куда?

Чатски посмотрел в темную даль, и я увидел, как напряглись его желваки. Свет фонарей магазина заливал комбинезон Кайла и освещал лицо. Удивительно, как меняется облик человека, если ему побрить не только голову, но и брови. Это очень напоминало клоунский грим из фантастического фильма с низким бюджетом. Несмотря на то что Чатски, вглядываясь в горизонт, хотел казаться страшно крутым и решительным, он со стороны смотрелся дурацким персонажем второсортной ленты, ожидающим леденящего кровь приказа Минга Безжалостного.

— Отвези меня в мой отель, дружище. Мне надо поработать.

— А как насчет больницы? — поинтересовался я, понимая, что он пока не в состоянии вырезать себе трость из твердого тиса и ступить на тропу войны.

Но Чатски покачал головой и добавил:

— Я в порядке. Буду в полном порядке.

Бросив многозначительный взгляд на пару марлевых тампонов, я вопросительно вскинул брови. Ведь раны еще зажили не настолько, чтобы можно было снять повязки, и, кроме того, Чатски наверняка должен ощущать слабость.

Он посмотрел на свои культи и обмяк. Мне показалось, будто Чатски на миг стал ниже ростом.

— Со мной все будет в порядке, — проговорил он, снова принимая свой обычный размер. — Поехали.

Он выглядел таким усталым и печальным, что мне хватило мужества произнести лишь одно слово:

— Хорошо.

Чатски припрыгал к дверце со стороны пассажирского сиденья и склонился мне на плечо. Я помог ему забраться в автомобиль. Из дверей магазина вывалились работяги с банками пива и свиными ребрышками в руках. Их водитель улыбнулся мне. Я улыбнулся в ответ, закрыл дверцу и, кивнув в сторону Чатски, бросил по-испански:

— Крокодилы.

— Понимаю, — кивнул водитель. — Особенно лицо. Он уселся за руль, а я, обойдя автомобиль, забрался на свое место.