Карточный домик - Майкл Доббс

Мэтти множество раз в течение недели пыталась связаться с Кевином Спенсом, но ни разу не смогла его застать. Несмотря на повторяющиеся заверения его чрезмерно вежливой секретарши, корреспондентка поняла, что он совершенно сознательно ее избегает. А потому он был явно недоволен, когда журналистка, исключительно от отчаяния, позвонила поздно вечером в среду, и ночной охранник соединил ее с Кевином.

– Мисс Сторин, нет, конечно, я не пытаюсь вас избегать, – заверил ее Спенс. – Просто я очень занят и работаю допоздна.

– Кевин, мне снова нужна ваша помощь, – заявила журналистка.

– Я еще не забыл, как в прошлый раз помогал вам. Вы сказали, что собираетесь писать об опросах общественного мнения. Но из-под вашего пера вышла история, которая уничтожила репутацию премьер-министра и он ушел в отставку. – Молодой человек говорил тихо и печально. – А Генри Коллинридж был всегда очень добр ко мне. И я считаю, что вы и другие журналисты повели себя с неслыханной жестокостью.

– Кевин, это написала не я, даю вам слово! Возможно, вы обратили внимание на то, что под статьей не стояло мое имя. Когда я ее прочитала, то была возмущена даже больше, чем вы. Я как раз и звоню вам по поводу отставки мистера Коллинриджа. Лично я не верю в обвинения, выдвинутые против него и его брата. Я бы хотела восстановить его доброе имя.

– Я не знаю, как мог бы вам помочь, – сказал Спенс, в голосе которого все еще слышалось недоверие. – К тому же никому, кроме пресс-бюро, не разрешается входить в контакт со средствами массовой информации во время кампании по выбору лидера партии. Таков прямой приказ председателя партии.

– Кевин, сейчас на кону стоит очень многое. И не только лидерство в партии и возможность выиграть следующие выборы. Речь о том, кем история будет считать Генри Коллинриджа – мошенником или честным человеком, которого оклеветали. Разве мы не обязаны сделать для него все, что в наших силах?

Спенс задумался над словами Сторин, и она почувствовала, что его враждебность начала отступать.

– Чего именно вы от меня хотите? – спросил он на-конец.

– У меня очень простой вопрос. Вы разбираетесь в компьютерной системе штаба партии?

– Да, конечно. Я постоянно ею пользуюсь, когда помогаю анализировать результаты опросов. Сейчас я сижу перед экраном, который напрямую подключен к центральной базе.

– Я считаю, что с вашей компьютерной сетью кто-то поработал и кое-что там изменил.

– Изменил? Нет, невозможно. У нас очень жесткая система безопасности. Снаружи никто не в силах проникнуть в нашу компьютерную сеть.

– Не снаружи, Кевин. Изнутри.

На этот раз пауза получилась еще более длинной.

– Послушайте, – сказала Мэтти, – я работаю рядом с Палатой общин и могу подъехать к вам через десять минут. В это время в здании почти никого нет. Никто не заметит, Кевин. Я выхожу.

Вскоре они сидели в крошечном кабинете Спенса, находившемся на последнем этаже. Повсюду лежало множество папок с документами – некоторые даже валялись на полу. Оба не сводили напряженных взглядов с зеленого монитора, стоявшего перед ними.

– Кевин, Чарльз Коллинридж заказал подписку на политические материалы партии и попросил, чтобы их доставляли в Паддингтон по фальшивому адресу. Верно?

– Да. Я сразу проверил, как только об этом услышал, но тут нет ошибки. Посмотрите сами.

Молодой человек нажал несколько клавиш на клавиатуре, и на экране появилась инкриминирующая информация: «Чарльз Коллинридж, эсквайр, Пред-стрит, 216, Паддингтон, Лондон, В2—001А/01.0091».

– И что означают эти иероглифы? – указала журналистка на цифры и буквы в конце записи.

– Первая группа показывает, что Чарльз Коллинридж подписался на наши материалы, а вторая говорит о том, что подписка полностью оплачена с начала года. Если б он хотел получать все или только главные публикации, или являлся членом нашего книжного клуба, здесь стоял бы другой набор цифр. Кроме того, мы можем узнать, аккуратно ли он платит.

– И эта информация выводится на любой монитор в здании?

– Да. Мы не считаем ее особо секретной.

– И как обстоят дела у Чарльза?

– Все оплачено с начала года.

– Несмотря на то что он алкоголик без денег, неспособный что-то прочитать к тому моменту, как закрываются бар-ы?

Спенс смущенно заерзал на стуле.

– А если вы готовы слегка нарушить правила и хотите сделать меня вашим подписчиком, вам это по силам? – продолжила расспросы Сторин. – Ввести сведения обо мне через терминал?

– Вы имеете в виду, без оплаты через бухгалтерию? Ну… да.

Спенс начал понимать, к чему клонит Мэтти.

– Вы считаете, что сведения о Чарльзе Коллинридже были сфабрикованы и внесены в компьютеры через терминал, находящийся в этом здании, мисс Сторин? Да, такое можно сделать. Смотрите.

Через несколько секунд на мониторе появились данные для подписки: «М. Маус, эсквайр, 99, Диснейленд, Майами».

– Но этого недостаточно, Мэтти. Нельзя ничего сделать задним числом, в начале года, потому что… о, какой же я болван! Конечно! – воскликнул вдруг Кевин и снова с невероятной скоростью застучал по клавишам. – Если ты знаешь, что делаешь – а таких людей здесь немного, – то можно легко попасть в каталог центрального сервера.

Стук клавиш почти заглушил его голос:

– Вот, смотрите, теперь у нас есть доступ к закрытым финансовым сведениям. И я могу проверить, когда именно оплачены счета, сделано это чеком или кредитной карточкой, когда началось действие подписки…

Монитор засиял.

– Но это можно сделать только в том случае, если знаешь пароль, – добавил молодой человек.

Он откинулся на спинку стула, не сводя глаз с монитора, потом нажал еще несколько клавиш, а затем повернулся к Мэтти:

– Мисс Сторин, согласно бухгалтерской записи, Чарльз Коллинридж никогда не платил за подписку в этом месяце или в любом другом. Информация содержится только в дистрибутиве, но не в данных бухгалтерии.

– Кевин, а вы можете определить, когда его имя впервые появилось в файле дистрибутива?

Спенс снова начал нажимать на клавиши.

– Господи… – выдохнул он через пару минут. – Ровно две недели назад.

– Итак, кто-то в этом здании, но не из тех, кто хорошо разбирается в компьютерах и бухгалтерии, изменил файл, включив имя Чарльза Коллинриджа в число подписчиков две недели назад.

– Это ужасно, мисс Сторин… – сильно побледнел молодой человек.

– А вы можете выяснить, кто изменил файл или с какого терминала это сделали?

– К сожалению, нет. Это можно сделать с любого терминала в здании. Компьютерная программа нам доверяет… – Спенс покачал головой, словно провалил самый главный экзамен своей жизни.