Дочь - Джейн Шемилт

– Они это поняли? – спрашиваю я.

– Вроде бы да.

– А при подписании согласия на операцию ты их снова предупредил?

– Этим занимался Мартин, – отвечает Тэд, не глядя на меня. – Он ординатор, проходит подготовку по специальности «детская хирургия». Девочку, разумеется, наблюдали педиатры при участии Мартина. У нее было редкое заболевание позвоночника, мы намеревались его тщательно изучить.

Если родственники знали о риске, что же их так возмутило? Может быть, никто толком не слушал объяснений? Надо было Тэду перед операцией собрать их всех и как следует предупредить.

Тем временем Тэд продолжает:

– …значительное искривление позвоночника затруднило проведение операции, она заняла больше времени, чем планировал Мартин. В конце неожиданно понизилось артериальное давление, что привело к ишемическому поражению позвоночника.

– Пожалуйста, поясните последнюю фразу, – Майкл отрывается от блокнота. – Я не понял.

Тэд кивает.

– Извините. У девочки было прервано снабжение кровью тканей позвоночника, и они частично омертвели. А это, в свою очередь, сделало невозможным обмен командами от головного мозга к ногам и наоборот. Ее необратимо парализовало.

Поленья в камине шумно потрескивают. Это единственное, что нарушает тишину в комнате. Я встаю – хочется пройтись, но приходится сесть. Голова кружится и по-прежнему знобит.

– Что было потом? – спрашивает Майкл.

– К сожалению, мне в тот день пришлось лететь в Рим на конференцию, – отвечает Тэд.

– Почему ты не остался? – взрываюсь я. – Надо было поговорить с родственниками. Объяснить, почему ты, главный хирург, не делал операцию.

– Мы обязаны давать ординаторам возможность оперировать сложные случаи, – произносит Тэд твердо. – У нас не простая клиника, а центр подготовки специалистов.

– И все же, что случилось потом? – неспешно повторяет Майкл.

– Когда я через неделю вернулся, все кипело. Родственники девочки подняли такой шум, что пришлось вызывать полицию. Я пытался с ними поговорить, но они не желали слушать.

– Ты перед ними извинился?

– Конечно нет, – раздраженно бросает Тэд. – Это было бы равносильно признанию вины.

– Но можно было выразить сочувствие их беде. – Я говорю это и понимаю, что тоже виновата. Надо было как следует присмотреться к Йошке, выяснить, зачем он пришел. Если бы я спросила, почему он носит сестру на руках, возможно, он бы рассказал, что с ней случилось, а я бы объяснила, что при операциях на позвоночнике всегда существует риск неудачи и что чаще всего от врачей это не зависит. Может быть, тогда у него пропало бы желание мстить?

Майкл встает.

– Пойду сварю кофе.

Он идет на кухню, и мы остаемся с Тэдом одни. Я смотрю ему в глаза.

– Надо было тогда перед ними извиниться, возможно, они бы простили.

Тэд горько усмехается.

– О чем ты говоришь, Дженни? За извинением сразу бы последовал судебный иск.

– Но они все равно его подали.

Майкл возвращается с тремя кружками кофе. Одну дает Тэду, другую мне, коротко сжав мою руку. Я гляжу на поблескивающие на стене фотографии Наоми и мысленно шепчу: «Жди нас, дорогая. Мы тебя ищем и подходим все ближе». Потом делаю несколько глотков и перевожу взгляд на Тэда.

Он прерывисто вздыхает.

– Они пытались, но, к счастью, ничего не получилось. Никаких свидетельств упущений с нашей стороны экспертиза не обнаружила, так что дело до суда не дошло.

– А когда была эта операция? – спрашивает Майкл, не отрывая глаз от блокнота.

Тэд на секунду задумывается.

– Летом. Я это запомнил, потому что по дороге в больницу рассказывал о девочке Наоми. Она была там на школьной практике и живо интересовалась происходящим.

– Уточните, пожалуйста, месяц, – просит Майкл.

– Это было в начале июля, – говорю я.

Мне это время запомнилось потому, что я тогда в первый раз была по-настоящему свободна – мальчики в походе, Наоми на практике в больнице – и надеялась, что мы с Тэдом проведем хотя бы несколько вечеров, как нормальные люди. Сходим в кино, поужинаем где-нибудь. Но, как назло, именно в этот период он был загружен сильнее, чем обычно, и каждый день возвращался с работы поздно. Ничего не поделаешь, многие коллеги ушли в отпуск. Я, конечно, встречалась со старыми подругами, но все равно мой отпуск был испорчен.

Майкл смотрит на Тэда.

– Наоми заходила в палаты?

Он кивает.

– Да. Большую часть времени она, конечно, проводила в лаборатории, но ей нравилось общаться с больными и родственниками.

– То есть эта девочка и Йошка… она с ними наверняка познакомилась, – Майкл задумывается, затем продолжает, как бы про себя. – И этот хитрый парень быстро смекнул, что у нее можно поживиться кетамином. А потом, узнав, чья она дочь, придумал план мести.

Вот как все было. Новый знакомый сильно отличался от мальчиков, с которыми Наоми общалась в школе, и ему ничего не стоило ее обаять. Это был ее секрет, она каждое утро готовилась к встрече, подкрашивалась, чтобы выглядеть старше. А после окончания практики их отношения продолжились. Йошка очень быстро отбил Наоми у Джеймса и постепенно приобретал над ней большую власть.

– Назовите, пожалуйста, фамилию сестры, в ведении которой находилась палата этой девочки, – просит Майкл.

– Бет, – тихо произносит Тэд, отворачиваясь к окну, хотя там темно и ничего нельзя увидеть. – Бет Уотсон.

– Да, конечно, я помню Бет Уотсон, – Майкл на секунду замолкает и бросает на меня взгляд, понимая, как тяжело мне это слышать. – Девятнадцатого ноября в ее квартиру вломились неизвестные и устроили на кухне пожар. А летом, после неудачной операции, молодые ребята из семейства Йошки безобразничали в больнице. Нам казалось, что пожар в квартире мисс Уотсон не имеет к этому отношения.

Майкл поднимается со стула и подходит к окну. За его спиной весело потрескивает в камине огонь. Со стороны кажется, что мы друзья, приятно проводящие вечер за беседой.

– Но теперь становится очевидным, – продолжает Майкл, – что Йошка знал об отношениях Тэда и мисс Уотсон.

Тут не надо было особенно напрягаться – достаточно просто понаблюдать, что, как я думаю, и делала Наоми.

– Эти цыгане намеренно вломились в ее квартиру и устроили пожар, уверенные, что она позвонит Тэду, – негромко продолжает Майкл.

Я вспоминаю, как тогда в прихожей от него пахло горелым и какой у него был потерянный вид.

– Йошке было нужно, чтобы Тэд вернулся домой позже обычного. В этом случае Наоми хватились бы позднее, и у него было бы время увезти ее подальше. – Майкл переводит взгляд с меня на Тэда и обратно. – К похищению Наоми он готовился основательно.