Когда под ногами бездна - Деннис Лихэйн

«Олден минералс» была семейной фирмой под управлением Брайана и Николь Олден. Фотографий не прилагалось, но они и не требовались. Рейчел знала, как выглядят Брайан и Николь.

Она позвонила Глену О’Доннелу из «Глоба», с которым работала вместе – не только там, но и в «Пэтриот леджер», еще до этого. Рейчел освещала работу следственных органов, Глен был бизнес-обозревателем. Минут пять они обменивались любезностями и новостями. Оказалось, что Глен и его партнер Рой удочерили девочку из Гватемалы и купили дом в Дракате. Затем Рейчел спросила, не накопает ли Глен для нее что-нибудь об «Олден минералс».

– Ну конечно, – ответил он. – Как выясню, сразу позвоню.

– Но я не хочу, чтобы ты…

– Брось, я сделаю это с удовольствием. Сейчас нет никакой срочной хрени. Жди звонка.

Немного позже, налив еще бокал «Пино» и сев у большого окна в гостиной, Рейчел наблюдала за тем, как спускается ночь на Арлингтон, Кембридж и реку, окрашивая весь мир сначала в бронзовый цвет, затем в синий, – и обдумывала свою жизнь без Брайана. Как только пройдет это отупение, размышляла она, вернутся приступы паники. Все, чего она добилась за последние полгода, пойдет псу под хвост. Она боялась, что из-за постоянных нападок – «О, у твоего мужа есть другая жена?», «О, у твоего мужа есть другая жизнь?», «О, ты даже не знаешь настоящего имени мужа?» – ее психика перейдет в свободное падение. К горлу уже подкатил небольшой ком – понемногу впадая в истерию, Рейчел думала, что придется опять вступать в тесные контакты с миром, с незнакомыми людьми, которые не смогут помочь ей и отвернутся от ее боли, как только учуют ее. («Стадо надо проредить, стадо надо проредить!») В один прекрасный день она опять не сможет войти в кабину лифта, и придется заказывать продукты с доставкой на дом. Через несколько лет она забудет, когда в последний раз выходила из дома. Она будет неспособна совладать с собой и со своими страхами.

А откуда у нее в последнее время брались силы? Конечно, она сама постаралась, взяла себя в руки. Но силу ей давал также Брайан. Их любовь. Точнее, то, что она принимала за любовь.

Актер! Ее Брайан был актером. Он чуть ли не ткнул ее носом в этот факт, когда во время препирательства после его возвращения из «Лондона» упомянул Кларка Рокфеллера. Все это значило, что Брайан – не только не Брайан, но и не Делакруа. Это не укладывалось у нее в голове.

Она снова вошла в интернет и набрала: «Брайан Делакруа». Биографическая справка подтверждала то, что он ей рассказывал: сорок лет, работает в «Делакруа ламбер», канадской компании по продаже лесоматериалов с собственностью в двадцати шести странах. После перехода в меню «Картинки» появились четыре фотографии, на которых был ее Брайан: те же волосы, тот же подбородок, те же глаза, тот же – нет, не тот же! – нос.

На носу ее Брайана была шишка в том месте, где кончается перегородка и начинается кость. Анфас ее не заметишь, только в профиль – и то если присмотреться. Но, присмотревшись, убеждаешься, что она существует.

А у Брайана Делакруа на экране ничего такого не было. На двух снимках в профиль – никакой шишки. Рейчел стала вглядываться в глаза Брайана на фотографиях, снятых анфас, и чем дольше делала это, тем больше убеждалась, что раньше никогда в них не смотрела.

Ее Брайан Делакруа, то бишь Бретт Олден, был актером. Эндрю Гэттис, его друг из прошлого и незваный гость, тоже был актером. Калеб прекрасно знал их обоих. Отсюда следовал вывод о том, что и Калеб был актером.

Река между тем окуталась тьмой. Рейчел послала Калебу эсэмэску: «Есть минутка, чтобы заглянуть ко мне?»

Через минуту пришел ответ: «Без проблем. А что нужно?»

«Немного физической силы. Надо кое-что подготовить к возвращению Брайана».

«Буду через пятнадцать минут».

«Спасибо».

Телефон завибрировал. Глен.

– Привет.

– Привет, – отозвался он. – Слушай, а какое отношение ты имеешь к этой компании?

– Да в общем, почти никакого. А что?

– На первый взгляд это допотопное предприятие, владеющее захудалой шахтой в Папуа – Новая Гвинея. Однако… – Было слышно, как он щелкнул два раза мышью. – Однако может оказаться, что шахта не такая уж захудалая. Ходят слухи, что некая консалтинговая фирма оценила ее ресурсы аж в четыреста миллионов тройских унций.

– Да, я видела эту цифру, – сказала Рейчел. – А что такое, собственно, тройская унция?

– Мера веса золота. Шахта напичкана золотом. Впрочем, владельцы вряд ли очень рады. У них есть соперник в этом регионе, опасный и фактически единственный – компания «Виттерман коппер энд голд», которая занимается совсем не безобидными играми в своей песочнице. «Виттерман» никогда, ни при каких обстоятельствах не допустит, чтобы кто-нибудь другой владел в этих краях такими запасами золота. Рано или поздно произойдет поглощение, и отнюдь не дружественное. По этой причине «Олден минералс» не афишировала результаты, полученные консалтинговой фирмой. Но им, к сожалению, требовались деньги, и они обратились к группе «Коттер-Маккан».

– А это кто?

– Венчурная компания. На прошлой неделе они арендовали несколько участков земли около Аравы в Папуа – Новой Гвинее, весьма подходящих для промышленного строительства. Тебе это говорит о чем-нибудь?

Рейчел выпила слишком много вина, для того чтобы это ей о чем-нибудь говорило.

– Даже не знаю…

– А мне это говорит о том, что «Коттер-Маккан» ссудили компании «Олден минералс» приличную сумму – вероятно, в обмен на немалую долю собственности на шахту. Когда шахта начнет давать прибыль, они уберут «Олден минералс», как будто этой фирмы и не было. Настоящие акулы, даже хуже. Акулы хотя бы останавливаются, насытившись.

– То есть «Олден минералс» проиграет.

– «Проиграет» – не то слово. Будет раздавлена. Либо «Виттерманом», либо «Коттер-Макканом». «Олден минералс» в одночасье перешла из разряда новичков в высшую лигу, и я сильно сомневаюсь, что она сможет соревноваться на равных.

– Ага. – Ей было трудно по достоинству оценить эту информацию. – Большое спасибо, Глен.

– Не за что. Слушай, Мелисса сказала, что ты снова выходишь в свет.

Рейчел едва не вскрикнула:

– Да?..

– Зайдите как-нибудь к нам. Посмо́трите на Амелию. Мы будем очень рады.

– Мы тоже, – ответила Рейчел, борясь с охватившим ее отчаянием.

– Слушай, ты в порядке?

– Да-да, просто немного простужена.

Ей показалось, что ответ не удовлетворил Глена, но он, поколебавшись, сказал:

– Пока, Рейчел. Всего тебе хорошего.

Калеб позвонил в дверь, и Рейчел впустила его.

Она положила свои улики на стойку кухонного бара, поставив рядом бутылку бурбона и бокал, но Калеб не обратил на них внимания, когда вошел. Он выглядел усталым и рассеянным.