Ночной убийца - Джон Сэндфорд

Эван Харт стоял, держа одну руку в кармане. В его тихом голосе звучала тревога. Он повернулся спиной к балкону, его фигура вписывалась в темный прямоугольник дверного проема. На Харте был синий костюм, классическая полосатая рубашка, в левой руке он держал бокал с виски. Галстук он снял и засунул в карман, и Сара видела торчащий наружу кончик.

— Ты обращалась в полицию?

Она покачала головой.

— И что я им скажу? «У меня появилось привидение»? — Она скрестила на груди руки и потерла предплечья, точно ей было холодно. — Я чувствую чье-то чужое присутствие, но ни разу никого не видела. Мне ответят, что у меня паранойя, явившаяся следствием ограбления. А я ненавижу, когда со мной разговаривают покровительственно.

— Относительно паранойи там будут совершенно правы. Ты не была бы хорошим биржевым маклером, если бы не страдала от паранойи, — сказал Харт и сделал глоток «Джонни Уокер блэк».

— «Потому что кто-то хочет добраться до тебя», — закончила она старую шутку Уолл-стрит и подошла к Харту.

Сара тоже держала в руке бокал с водкой, мартини и тремя оливками. Она посмотрела через балкон в сторону парка.

— По правде говоря, мне немного страшно. На противоположной стороне улицы убили женщину, а ее спутник все еще в коме. Это случилось совсем недавно, через два дня после того, как меня ограбили. Полиции никого не удалось задержать — там говорят, что это дело рук банды подростков. Но я ни разу не видела здесь ничего подобного, наш район считается спокойным. Прежде я гуляла по вечерам вокруг озера, а сейчас не выхожу из дома в темное время.

Лицо Харта снова стало серьезным. Он легко коснулся ее плеча.

— Может быть, тебе стоит сменить квартиру.

— Но я подписала договор об аренде, — возразила Сара, отвернувшись от окна. — Здесь мне прекрасно работается. Я специально выбирала безопасный район. Я сменила замки. У меня стальная дверь. Даже не знаю…

Харт повернулся к Саре спиной и шагнул к балкону.

«Наверное, он тревожится за меня?» — подумала она.

— Мне нравится эта квартира. К тому же совершенно безопасных мест нет. Больше нет.

Он ничего не ответил, и Сара спросила:

— Ты волнуешься за меня?

Харт обернулся к ней, и по его губам скользнула слабая улыбка.

— Да…

— Почему?

Он пожал плечами.

— Ты мне очень нравишься. Ты такая привлекательная… Вообще-то я плохо разбираюсь в подобных вещах…

— Непростая ситуация получилась, — сказала она. — Давай ты сядешь, я положу голову тебе на плечо, и мы придумаем, что делать дальше.

Эван Харт вновь пожал плечами.

— Хорошо.

Он поставил бокал, пересек комнату, сел и обнял Сару за плечи, а она положила голову ему на грудь.

— Ну как, разве не приятно? — спросила она и неожиданно захихикала.

— Да, совсем неплохо, — ответил Эван.

Тревога так и не ушла из его голоса, но он почувствовал себя связанным какими-то обязательствами, а когда Сара подняла лицо и улыбнулась ему, Эван поцеловал ее.

Ей стало хорошо. Сара зарабатывала сто тридцать тысяч долларов в год, проводила отпуска в Париже, Мехико и Монако; она была самой успешной из всех знакомых ей женщин.

Но находиться рядом с широкой мужской грудью было приятно. Она прильнула к Эвану.

Куп вцепился в край кондиционера, приподнялся и увидел, как сидящая на диване Иенсен повернулась к мужчине и тот поцеловал ее.

— Будь я проклят! — громко сказал Куп. — Будь я проклят! — повторил он и почувствовал, как весь его мир содрогнулся.

Между тем незнакомец на противоположной стороне улицы положил руку на талию Сары Иенсен, а в следующее мгновение его ладонь начала подниматься к ее груди. Куп подумал, что узнаёт мужчину, но тут же вспомнил, что видел кого-то похожего на него в старом фильме по телевизору. Генри Фонда, да, молодой Генри Фонда.