Соглядатай - Мэри Хиггинс Кларк

Тоби налил изрядную порцию виски и заставил ее выпить.

— Давай, сенатор, возьми себя в руки. Может быть, в кустах прячется фотограф.

— Заткнись, дурак проклятый! — Но его наивное увещевание все-таки подействовало — злоба уступила место жалости к себе, и Эбби опять заплакала, но уже потише.

— Тоби, я чувствую себя героиней скандального бульварного романа. А тут еще эта фотография, Тоби, эта фотография! — Она, конечно, имела в виду совсем не обложку «Миррор».

Тоби прижал ее к себе и неуклюже похлопал по спине, в который раз испытывая боль от мысли, что он всего лишь поручень, за который хватаются в минуту внезапной слабости.

— Если кто-нибудь внимательно рассмотрит фотографию! Тоби, ты только взгляни на нее...

— Да кто станет себя утруждать?

— Тоби, эта девушка, Пэт Треймор... Как получилось, что она арендовала этот дом? Не может быть, что это просто совпадение.

— За двадцать четыре года дом сдавали двенадцати жильцам. Мисс Треймор — одна из клиенток. — Тоби постарался вложить в свои слова максимум убедительности. Он не верил тому, что говорил, но, с другой стороны, Филу еще не удалось раскопать ничего интересного, связанного с арендой. — Эбби, ты должна держаться изо всех сил. Тот, кто угрожает Пэт Треймор...

— Тоби, а откуда мы знаем, что угрозы действительно были? Откуда мы знаем, что это не чья-то расчетливая попытка скомпрометировать меня?

Эта мысль так поразила Тоби, что он отступил назад.

— Боже всемогущий! Эбби, ты считаешь, что она все придумала?

Телефонный звонок заставил обоих вздрогнуть. Тоби вопросительно посмотрел на Абигайль:

— Ты хочешь, чтобы я...

— Да. — Она закрыла лицо руками. — Мне наплевать, кто звонит. Меня нет.

— Резиденция сенатора Дженнингс, — произнес Тоби голосом вымуштрованного английского дворецкого. — Могу я передать сенатору ваше поручение? В данный момент она не может подойти. — Он подмигнул Эбби и был вознагражден подобием улыбки. — Президент!.. О, одну минуту, сэр. — Тоби зажал рукой микрофон. — Эбби, звонит президент...

— Тоби, я не могу...

— Эбби, ради Бога, это президент!

Абигайль прижала ладонь к губам, потом подошла и взяла трубку.

— Ну, если это опять твои шуточки!.. — Она поднесла трубку к уху. — Абигайль Дженнингс.

Тоби наблюдал, как меняется выражение ее лица.

— Господин президент! О, простите... Я так сожалею... Просматриваю кое-какие статьи... Простите... Да, сэр, конечно. Да, я смогу приехать в Белый дом завтра вечером... в восемь тридцать?.. Конечно, конечно. Да, эта программа отняла у нас много времени. Честно говоря, я неловко чувствую себя в роли телегероини... О, вы очень любезны... Сэр, вы имеете в виду?.. Я просто не знаю, что ответить... Конечно, понимаю... Благодарю вас, сэр.

Абигайль повесила трубку и ошалело уставилась на Тоби:

— Я не должна говорить об этом ни единой душе... Он объявит о моем назначении завтра вечером после программы. Сказал, что это неплохая мысль — дать возможность всей стране узнать меня поближе. Он посмеялся над обложкой «Миррор», сказав, что его мать тоже была толстухой, но я, по его словам, теперь гораздо красивее, чем в семнадцать лет. Тоби, я буду вице-президентом Соединенных Штатов! — Она истерически захохотала и бросилась к нему на шею.

— Эбби, ты этого добилась! — Он подхватил ее на руки и закружил. В следующий миг лицо миссис Дженнингс исказила тревога.

— Тоби, а вдруг что-нибудь случится?.. Ничто не должно помешать мне...

Он поставил ее на пол и накрыл обе ее ладони своей огромной рукой.

Она засмеялась, потом опять расплакалась.

— Тоби, я словно на американских горках. А все потому, что ты заставил меня выпить виски! Знаешь же, что я не умею пить. Тоби, ты только подумай: я — вице-президент!..

Ему пришлось разрядить обстановку.

— Позже мы отправимся кататься и заодно осмотрим твой новый дом, Эбби. Наконец-то у тебя будет особняк! Следующая остановка — Массачусетс-авеню, — сказал он ровным голосом.

— Заткнись, Тоби. Лучше приготовь мне чашку чаю. Я хочу принять душ, попытаюсь прийти в себя. Вице-президент! Боже мой, Боже мой!..

Он поставил чайник и, не потрудившись надеть пальто, вышел на улицу, к почтовому ящику у ворот. В нем лежала обычная макулатура — рекламные объявления, бланки с приглашениями принять участие в конкурсах. «Вы можете выиграть два миллиона долларов...» Девяносто девять процентов личной почты Абигайль проходило через офис.

А потом Тоби увидел это — голубой конверт с написанным от руки адресом. Личное письмо сенатору Дженнингс. Он глянул в левый верхний угол и почувствовал, как от лица отливает кровь.

Письмо отправила Кэтрин Грэни.