Обладание - Тасмина Перри

– Ты следила за Мартином и Донной, – медленно протянула Клэр. – Это было в ту ночь, когда ее в последний раз видели живой?

Я понимала, как это выглядит, видела заботу и тревогу у нее на лице, но хотела, чтобы она знала, какие чувства я испытываю.

– Клэр, я должна была знать, – сказала я, едва не плача. – Я должна была знать, могу ли доверять ему.

Она выразительно подняла брови, словно говоря: «Ну вот, ты узнала, и дальше что?»

– Что было потом? – спросила она. – После ресторана? Я читала в газетах, будто Донна Джой исчезла. Мартин рассказывал тебе о том, что случилось в ту ночь?

Я кивнула, страшась ее следующего вопроса.

– Они вместе отправились к ней домой, – ответила я.

– И он признался в этом?

– Я пошла за ними. На моем месте ты бы поступила точно так же, – заявила я, с вызовом глядя на Клэр и предлагая ей опровергнуть мои слова, но она на них попросту не отреагировала.

– А потом?

– Не знаю, – прошептала я, обнимая себя руками. – Когда я снова пришла в себя, то оказалась дома. Думаю, я вырубилась. Я не помню, как добралась к себе. Пит сказал, что я приехала на такси.

– Пит? Кто такой Пит?

– Мой сосед снизу, – быстро ответила я, не желая не только обсуждать его, но даже думать о нем. Вместо этого я протянула руку через стол и стиснула ее ладонь. – Клэр, прошу тебя, я должна выяснить, что случилось в ту ночь, когда я видела Мартина и Донну. Если я смогу вспомнить что-нибудь, что угодно, это может помочь Мартину. Есть вероятность, что здесь у меня заперты сведения, которые помогут найти Донну, – сказала я, постукивая себя пальцем по виску. – А вдруг я видела, как она уходила? Я имею в виду, что она – непредсказуемая эгоистка. Кто знает, быть может, я видела, как кто-то еще вошел внутрь или заехал за ней. Номерной знак или… не знаю. – Слова горохом сыпались с моих губ, и Клэр окинула меня скептическим взглядом.

– Ты пила? – Вот теперь в ее голосе явственно прозвучало неодобрение.

– Я была расстроена.

– Франсин, тебе нельзя пить, когда ты принимаешь лекарства, не говоря уже об общем состоянии.

Я выставила перед собой ладони, чтобы унять ее.

– Знаю, знаю. – Мы столько раз говорили об этом за прошедшие годы, что выслушивать ее доводы вновь у меня не было ни малейшего желания.

– Сколько? – спросила она. – Сколько ты выпила?

– Много. Послушай, Клэр, ты должна помочь мне заполнить пробелы в памяти, – взмолилась я. – Мы нужны Мартину.

– Я не могу, – отказалась она.

– Потому что не веришь в то, что он невиновен? – спросила я в изумлении.

– Я не могу, – еще тверже повторила она.

– Что значит «не могу»? – нахмурилась я. – Должен же быть какой-то способ.

Клэр с грустью покачала головой.

– Воспоминания, утонувшие в алкогольном забытье, нельзя вытащить наружу.

– Что? Почему? – воскликнула я, и мне очень не понравились панические нотки в собственном голосе.

Это было совсем не то, на что я рассчитывала. Я нуждалась в ней, чтобы исследовать свою память. Она должна была помочь выудить информацию, полезную для Мартина.

– Потому что такие воспоминания никогда не запечатлеваются надолго. В теории алкоголь, насыщая кровь, отключает гиппокамп, тот участок мозга, который и отвечает за долговременную память. Так что эти воспоминания не потеряны, Фран, они просто не успели сформироваться.

Я почувствовала, как вокруг меня начинает вращаться водоворот тьмы, словно листья, подхваченные порывом ветра.

– Нет, я должна помочь ему.

Клэр накрыла мою руку ладонью. На мгновение мне даже показалось, будто она намерена остановить меня.

– Послушай, я понимаю, что тебе хочется верить, будто Донна объявится с минуты на минуту, а Мартин не имеет никакого отношения к ее исчезновению. Быть может, так оно и есть. Но при этом ты должна быть готова и к другому исходу. Если уж полиция арестовала его, значит, у них имеются насчет него серьезные подозрения. Статистика показывает, что в случае убийства второй супруг является наиболее вероятным подозреваемым.

– Убийства? – коротко бросила я, перебивая ее. – Она не умерла, Клэр. Она пропала – уехала в отпуск. В Гонконг, на спа-курорт, не знаю, куда еще. Она где-то обретается, живая и здоровая.

Клэр отпрянула, и я поняла, что моя реакция оказалась слишком резкой. Я постаралась придать своему голосу больше мягкости, когда заговорила вновь.

– Послушай, я доверяю Мартину, – сказала я. – Мне известна статистика, и я догадываюсь, о чем думают все остальные. Мне самой приходили в голову эти же мысли. Но ты не знаешь его так, как знаю я. Ты должна поверить мне. Пожалуйста.

– Ш-ш… – прошептала она. – Мы что-нибудь придумаем.

Я взглянула на нее и кивнула. Именно эти слова произнесла Клэр, когда мне было девятнадцать и она обнаружила меня в ванне, а вокруг моих запястий вились темные ленты. Она обнимала меня до приезда «скорой» и оставалась со мной в больнице, а потом добилась необходимой психиатрической помощи и поддержки в университете. Клэр видела меня в самые тяжелые минуты, видела мою душевную наготу и, тем не менее, умудрялась все исправлять.

– Ты не хочешь остаться у меня сегодня ночью?

Я уже открыла рот, чтобы рассказать ей о Пите Кэрролле, но поняла, что не смогу этого сделать. Я даже не была уверена, что все это случилось со мной в действительности.

– Если это не доставит тебе слишком больших хлопот.

– Я буду очень рада, если ты останешься. В последнее время я редко вижу Доминика. Теперь весь его мир вращается вокруг ресторана. Еще немного, и я начну звонить в службу времени, чтобы не свихнуться от одиночества.

– Ты могла бы позвонить мне.

– Как и ты, если на то пошло. Я всегда готова тебя выслушать и прийти на помощь. Была и буду. Тебе достаточно лишь прислать мне сигнал «летучая мышь».

Мы обе улыбнулись своим воспоминаниям. «Летучая мышь» – это был наш тайный кодовый сигнал, следствие пакта, который мы заключили в самом начале моей эпопеи с биполярным расстройством. Я словно бы обязалась звонить Клэр и сообщать ей, что пошла вразнос и что мне срочно требуется помощь.

– Мне очень жаль, что за последние несколько недель мы так редко виделись, – сказала я, уже готовая заявить, что никогда не хотела быть женщиной, которая исчезает из виду, как только обзаведется любовником, но, учитывая обстоятельства, подобное признание выглядело бы неуместно.

– Перестань. Сейчас я позвоню Доминику и попрошу его прислать нам что-нибудь поесть из ресторана.

Я лишь кивнула в ответ, потому что не могла выразить свою благодарность словами. Мне хотелось лишь одного – свернуться клубком, закрыть глаза и забыть обо всем.