Богохульство - Дуглас Престон

На фоне Накай-Рока в свете вечернего солнца появились первые всадники-демонстранты. Форд взял бинокль, подошел к окну спальни и увидел Нельсона Бегея на породистом жеребце. Следом скакали остальные наездники.

Форд повернул голову – приступ боли напомнил о вчерашнем падении. Вернувшись на базу, они с Кейт больше почти не общались, потому что она спешила подготовиться к запуску.

На спутниковом телефоне строго по расписанию замигала лампочка.

– Есть новости? – спросил Локвуд.

– Ничего особенного. Вся команда сейчас в Бункере, опять запускают «Изабеллу». А я собираюсь встретить демонстрантов.

– Было бы замечательно, если бы вы нашли способ вообще предотвратить это сборище.

– Поверьте, так будет лучше. Вы узнали, кто такой Джо Блитц?

– Джо Блитцев хоть пруд пруди. Кого-то так зовут, кто-то так называет свою фирму, имение и так далее. Я составил список тех «блитцев», которые, как мне показалось, могут иметь к нашему делу какое-либо отношение.

– И что там?

– Во-первых, так называют игрушечного солдата.

– Тогда не исключено, что это Уордлоу. Волконский его терпеть не мог. А дальше?

– Это также имя режиссера на Бродвее. В сороковые он поставил два мюзикла: «Причуды помойного ведра» и «Шутка кратерного озера». Первый – о волокитах, второй – о колонии нудистов. Оба с треском провалились.

– Что еще?

– «Джо Блитц» – обанкротившееся представительство компании «Форд» в Огайо… «Джо Блитц» – парк в Медфорде, штат Орегон… «Джо Блитц» – хоккейный каток, провинция Онтарио, Канада… Джо Блитц – научно-фантастический писатель тридцатых – сороковых годов… Джо Блитц – застройщик из Чикаго… Джо Блитц – карикатурист.

– О писателе вам что-нибудь известно?

– В начале сороковых его научно-фантастические халтурки печатали в нескольких ширпотребных журналах.

– Как его работы назывались?

– Их тут целая коллекция. Минутку… Например, «Морской клык» или «Воздушные убийцы». Ну и все в таком духе.

– А романы он писал?

– Насколько мы можем судить – нет. Только рассказы.

– А карикатурист?

– Этот в конце пятидесятых создал комикс про толстяка и игрушечного пуделя. Нечто вроде «Гарфилда». Особым успехом он не пользовался. Подождите-ка… У меня тут этих Джо Блитцев еще штук двести, и чего они только не обозначают – от похоронного бюро до рецепта копченой рыбы.

Форд вздохнул:

– Это все равно что искать иголку в стоге сена. Хуже того: мы понятия не имеем, как она выглядит. А насчет тети Наташи ничего не удалось выяснить?

– У Волконского не было никакой тети Наташи. Может, это что-то вроде шутки? Знаете ведь, говорят, будто у каждого русского есть хоть одна тетя Наташа и по меньшей мере один дядя Борис.

Форд опять взглянул на всадников, которые уже спускались в долину.

– Похоже, эта записка – загадка, к которой нет разгадки.

– Судя по всему, да.

– Мне пора идти – демонстранты уже почти тут.

– Позвоните мне, как только завершится запуск.

Форд спрятал телефон, закрыл портфель на замок и вышел из дома. Вдали раздался рев двигателя, и в долину спустился видавший виды пикап, за которым следовал белый фургон со спутниковой тарелкой на крыше.

Форд прошел вперед, остановился возле спортивной площадки и стал наблюдать за приближением Бегея и остальных всадников на взмыленных лошадях. Фургон остановился, из него выскочили двое телевизионщиков и принялись фотографировать наездников. В пикапе приехала полная женщина – Мария Атситти.

Компания демонстрантов приблизилась к площадке, и оператор стал снимать их на видеокамеру. Один из всадников выскочил вперед, издал победный вопль и замахал в воздухе банданой. Форд узнал в нем Уилли Бесенти, человека, одолжившего ему денег. Другие, в том числе и Бегей, последовали его примеру и поскакали быстрее. Промчавшись по полю, наездники устремились на пыльную автостоянку у старой фактории. Уайман расположился неподалеку.

Бегей спрыгнул с коня. Подошедший репортер пожал ему руку и стал готовиться к интервью. Загорелся огонек видеокамеры. Телевизионщик поздоровался с демонстрантами и начал задавать Бегею вопросы. Остальные наездники встали вокруг, с любопытством наблюдая за происходящим.

Форд вышел из тени тополей и направился к индейцам. Те повернулись в его сторону. Репортер пошел навстречу, выставив вперед микрофон.

– Представьтесь, сэр!

Съемка не прерывалась.

– Уайман Форд.

– Вы ученый?

– Нет. Моя задача – наладить и поддерживать связи между проектом «Изабелла» и местными жителями.

– Да, неважно вы выполняете поставленные задачи, – сказал репортер. – Местные жители собрались на демонстрацию протеста.

– Я в курсе.

– Что вы думаете по этому поводу?

– Я полагаю, что мистер Бегей поступает верно.

Последовало некоторое замешательство.

– Что вы имеете в виду?

– Многое из того, о чем он говорит, правильно. «Изабелла» нагоняет страх на местное население, обещанных экономических благ проект не принес, ученые держатся особняком.

Еще одна короткая пауза.

– Что вы собираетесь предпринять?

– Перво-наперво выслушать все претензии и требования. Для этого я и пришел. А потом сделаю все, что в моих силах, дабы положение изменилось. Мы повели себя не лучшим образом, но, обещаю, исправим свои ошибки.

– Брехня! – разнесся по округе крик.

Уилли Бесенти привязал лошадь и направился к репортеру.

– Эй! – воскликнул телевизионщик. – Я беру интервью, что, не видишь?

– Все его обещания – бред собачий.

– Если будешь выражаться, тебя не пустят в эфир.

Бесенти резко остановился и уставился на Форда:

– Эй! Так это вы?