Сюжет для небольшого обмана - Лариса Соболева

– Открой газету объявлений, – сказал Тимофей, – там целые страницы посвящены: «Делаем качественный ремонт».

– Хочешь сказать, у него простой в работе? – с сомнением уточнила Кристина.

– Да ничего я не хочу сказать, – досадливо проворчал Тимофей, – просто рассуждаю, а то ты сейчас подхватишься и ринешься делать обыск. Кстати, есть такое слово «безработица», оно тебе знакомо?

Получив шпильку и оставив ее без ответного выпада, Кристина перевела глаза на Мишу:

– Чьи голоса вы слышали во флигеле? Мужские, женские?

– Два мужских.

– Как же второй человек туда проник?

– Понятия не имею, – пожал плечами Миша.

Кристина задумалась, постукивая авторучкой по столу. Да, она предпочитает включить в круг подозреваемых всех, кто хоть чуть-чуть вызывает недоверие, и действовать по принципу блица – хватать без разбора, а разбираться позже. Метод, конечно, негуманный, но преступники с гуманизмом тоже не дружат. Поэтому в данный момент Кристина вычисляла, какие предоставить основания Щеглову, чтобы убедить его в необходимости произвести обыск в доме напротив папы Жало. Причину для обыска всегда можно высосать из пальца, что и должен сделать Валерий Викторович.

– Есть только одно объяснение, – наконец сказала она. – Этот второй находился там всегда.

– То есть, когда мы пришли, он прятался от нас? – недоверчиво спросил Тимофей. – Ну и что?

– Может, не прятался, а просто сидел в доме на чердаке, откуда открывается отличный обзор на владения папы Жало. Думаю, там же находится прослушивающая аппаратура, место – лучше не придумаешь, хозяева в отъезде. И никому в голову не придет, что они устроились под носом…

– Но тебе же пришло, – хмыкнул он.

– Логика, – парировала она. – Вспомни, сколько мы барабанили в ворота, прежде чем Семен соизволил выйти к нам. За это время можно было роту солдат спрятать.

– Понял, куда ты стелешь дорожку. Но учти, аппаратуры мы можем не найти, и что тогда? Будешь предъявлять ему обвинение на основании того, что Семен временно приютил друга и пьет с ним по ночам?

– Аппаратура – не иголка…

– Еще какая иголка, – перебил Тимофей. – Ты любишь примеры приводить, вот и послушай от меня один. Однажды шерстили умельца, он продавал информацию. Пацану девятнадцать лет было, откуда брал сведения – не понимали. Догадались, что парень каким-то образом подслушивает, но где и как? Обыск сделали – ничего. В комнате склад деталей и ни одного собранного устройства. Из института профессора пригласили – по нулям. Ему бы остановиться, но как же, профессуру обставил! И попался. Этот вундеркинд хренов, между прочим, инвалид, поэтому в армию его не взяли, соорудил аппарат, который собирал и разбирал за считаные секунды. Стоит мальчик перед домом, будто ждет кого-то, мороженое ест, а сам антенну направляет и прослушивает, о чем говорят на веранде наши бизнесмены, заодно записывает. Для него стен не существовало. А дома, оказывается, допотопный проигрыватель с приемником переоборудовал в… даже затрудняюсь сказать. Короче, телефонные разговоры прослушивал через волны, которые ловил приемником. Мы обыск делаем, а он пластинки крутит или радиостанции ловит, у него все функционировало. Профессура в ауте была, до сих пор голову ломают, как этот агрегат работал и почему. А знаешь, что они сказали тогда?

– Что?

– Этого не может быть. Пацан продемонстрировал работу, а секретом не поделился. Обижен был. Он завалился на вступительных экзаменах в институт аж два раза, поэтому показал ученым мужам средний палец. Поняла, какие иголки встречаются? И что ты предъявишь такому без улик? Они же не идиоты, подготовились на случай провала. Но есть и вторая сторона медали: если они действительно в группе похитителей, то ты окажешь медвежью услугу девчонкам. Когда парни поймут, что валятся, девчонок убьют, чтобы самим выгрести, и неизвестно, найдем ли мы их трупы.

Кристина хмурилась: еще один гуманист выискался, которого не сдвинуть даже при помощи паровоза, а Щеглов будет на ее стороне – сто процентов. Однако вторая сторона медали на самом деле представляет собой опасность для девушек, это надо учесть, поэтому не мешает все взвесить, прежде чем идти в наступление.

– Миша, – обратилась она к оперу, – ты говорил, Семен выходил, а он не пользовался автомобилем? Куда-нибудь выезжал?

– Каким автомобилем?

– Во дворе стоит автомобиль…

– Не было там автомобиля.

– Как это не было? Там стоял автомобиль прямо под открытым небом, гаража нет, я хорошо изучила двор. Или мне показалось, Тима?

– Тогда и мне показалось, – озадачился он. – Места во дворе мало, пройти мимо и не заметить машину невозможно хоть днем, хоть ночью.

– Не было автомобиля, – повторил Михаил.

Лица Тимофея и Кристины стали одинаково нелепыми, будто им показали живого инопланетянина.

– Ну, вы, блин, даете, – вымолвил потерянно Тимофей. – Автомобиль – действительно, не иголка, исчезнуть незаметно не мог, по частям его не вынести. Выходит, прошляпили?

Миша конфузливо шевельнул плечами, мол, извините, промашка вышла. Кристина приготовилась выдать порцию нагоняя, как вдруг звонок от Зураба:

– Роман припарковался на площади перед рынком.

Не успела она положить трубку на стол, раздался второй звонок:

– Даниил Олегович остановился на площади у рынка, из машины не выходит.

– Тима, Мишка, поехали! – подлетела Кристина.

Площадь «голая», просматривается вся, но, сидя в машине, мало чего увидишь. Роман открыл дверцу, привстал, ступив одной ногой на асфальт, вторую оставил в авто. Он закурил, внимательно следя за подъезжающими машинами. Через десять минут увидел папин «Порше», медленно и с остановками движущийся между рядами автомашин, папа искал свободное место.

Здесь всегда полно автомобилей, припарковаться крайне сложно, Даниил Олегович еле втиснулся между двумя ободранными «Жигулями». Заглушив мотор, он лихорадочно озирался, думая: «Неужели деньги заберут здесь? А какие гарантии дадут, что отпустят Лельку? Гарантии… Вот о чем я не подумал… Как же мне узнать, что Лелька на свободе?.. Есть! Она должна позвонить мне, сказать, что отпустили… Нет, ее могут заставить говорить что угодно. Как же быть? Что еще придумать? Виктоша! Я потребую отвезти ее к матери, они обе должны подтвердить, что Лелю отпустили. Да-да, именно так. Виктошу не заставят врать…»

Вдруг Даниил Олегович вздрогнул от теней, упавших на него, разумеется, тени напугали, рука механически скользнула в карман за пистолетом… А это двое мальчишек лет по двенадцать налетели на его автомобиль, прыснули из пульверизатора на стекло и давай елозить тряпками! Даниил Олегович открыл окно, высунул голову и закричал на мойщиков:

– А ну прекратить! Мои стекла с покрытием! Нельзя, нельзя мыть!..

– Дяденька, – подошел к нему белобрысый мальчик, – у нас классные средства…