Под палящим солнцем - Джейн Харпер

– Да. Я же сказал, – Нэйтан попытался показать взглядом: не при ребенке. Слишком поздно – Ксандер уже смотрел на него, а потом отвернулся. Казалось, целая вечность прошла, прежде чем Стив отряхнул руки и встал.

– Ну… – Он подозвал сержанта и Баба, – вчера я разговаривал с пилотом, и сегодня ничего особо нового не обнаружил. Обезвоживание, вот что я думаю. Нам придется послать его в Сент-Хеленс на аутопсию для верности – крепкий и вполне молодой еще парень, внезапная смерть, они наверняка заинтересуются – хотя, на мой взгляд, все достаточно очевидно. – Стив посмотрел на братьев. – Что он здесь делал?

– Мы точно не знаем, – сказал Нэйтан.

Сержант Ладлоу листал блокнот.

– Так… – он посмотрел на Баба. – Вы должны были встретиться с ним в среду, так?

– Угу.

Сержант ждал. Его обожженное лицо стало еще краснее, когда Баб уставился на него.

– Не могли бы вы рассказать поподробнее?

Баб слегка удивился, но с остановками и кучей подсказок рассказал то, что Нэйтан уже успел от него услышать. Говорил он так несвязно, что даже Нэйтан временами хмурился от смущения. Сержант Ладлоу все еще бешено царапал в своем блокноте, когда Баб остановился, затем перевернул страницу и пробежался по написанному.

– Почему вы опоздали? – спросил он так, будто мысль только что пришла ему в голову, но Нэйтан был уверен, что тот уже несколько минут придерживает этот вопрос. Он посмотрел на копа с обгоревшим лицом и большими глазами, и подумал, что, вероятно, его недооценил.

– Что? – моргнул Баб.

– Почему вы опоздали к своему брату в Леманс Хилл?

– А. Две шины спустило.

– Шины?

– Угу.

– Сразу две шины?

– Угу.

– Сильно не повезло, – сержант улыбался, но что-то новое появилось в его тоне.

– Такое случается, – быстро вмешался Нэйтан и с облегчением увидел, что Стив кивнул в подтверждение его слов. – Ничего необычного при такой жаре на камнях. Ты прокалываешь одну шину, или часто две, а потом возишься минут сорок пять, чтобы заменить ее по такой погоде, если не целый час. – Нэйтан понял, что много болтает, и замолчал.

Сержант Ладлоу, все еще не отрываясь, смотрел на Баба.

– Все так и было?

Нэйтан выдохнул, когда Баб не стал открывать рта, а просто кивнул. Сержант, все еще поглядывая на него, записал в блокнот еще несколько слов. У него был открытый взгляд, но Нэйтан чувствовал, что что-то за ним скрывается. Мужчина бросил взгляд на машину Баба. Две передние шины и правда выглядели новее. Он поймал Ксандера за тем же, и они оба тут же отвернулись.

Сержант, наконец переключился с Баба на Стива.

– Предположения по поводу времени смерти?

– Вероятнее всего, вчера утром, если гадать. Учитывая температуру и отсутствие воды, я бы удивился, если б кто-то протянул больше суток, но аутопсия скажет точно.

– Не слишком-то долго, – сержант нахмурился. – Сколько ему было? За тридцать?

– Сорок, – уточнил Нэйтан.

– Ну вообще-то, он продержался дольше многих, – сказал Стив. – Сутки – довольно оптимистичный прогноз.

– Далеко отсюда дом Кэмерона? – Ладлоу снова посмотрел на братьев.

– Пешком около пятнадцати километров по прямой на северо-запад, – ответил Нэйтан. – На машине нужно ехать по грунтовке на запад, потом на север, если не хотите застрять в песках, так что будет порядка тридцати. Безопаснее всего накинуть еще десяток и поехать на восток к скалам, а потом на север по шоссе.

На скалах у шоссе они и нашли машину Кэма. Нэйтан обменялся взглядом с Бабом, и Ладлоу это заметил.

– То есть если идти самым коротким путем, все равно до дома несколько часов? – сказал он.

– Идти не вариант, не в такую жару, – возразил Стив, его голос звучал глухо. Он снова смотрел под брезент. – Именно это произошло с тремя застрявшими в песке контрактниками из Этертона несколько лет назад. Помнишь, Баб? Ты ведь участвовал в поисках?

Баб кивнул.

– Им сколько было? Двадцать с небольшим? – продолжил Стив. – Пытались вернуться пешком. Одолели хорошо если километров семь. Двое из троих были мертвы уже через шесть часов.

– Что еще есть поблизости? – Ладлоу подошел к забору и оперся руками о проволоку. – На той стороне ваша земля? – обратился он к Нэйтану.

– Да.

– Может, ваш брат надеялся найти вас?

Нэйтан заметил, что Стив и Баб одновременно повернулись к нему.

– Нет.

– Похоже, вы в этом уверены.

– Я и уверен.

– Но… – Ладлоу снова открыл блокнот. – Кэмерон знал, что вы с сыном проверяете забор, так?

– Ну да. Я всегда его проверяю в это время года. Но мы были не здесь.

– А разве Кэмерон мог знать это наверняка?

Наступило долгое молчание.

– Нет.

Ладлоу провел рукой по проволоке и посмотрел на пыль на своей ладони.

– У вас есть какие-нибудь мысли, зачем вашему брату понадобилось ехать сюда?

– Не могу придумать, зачем ему могло это понадобиться, – проговорил наконец Нэйтан. Но это место он хорошо знал.

– Он часто здесь бывал?

– В последнее время не думаю, – Нэйтан посмотрел на Баба, тот пожал плечами. – Но раньше да.

– Это надгробие – единственное на целые мили, что отбрасывает тень – сказал Стив. – Он мог идти сюда инстинктивно.

Ладлоу раздумывал над этим, глядя на фигуру на земле. Даже под брезентом в ней безошибочно узнавался человек.

– Каково было психическое состояние вашего брата последние несколько недель?

Вопрос был задан очень деликатно, и Нэйтан даже не сразу понял, что он предназначался ему.

– Я не знаю. Мы не виделись несколько месяцев.

– Сколько?

– Наверно, четыре? Когда мы все занимались той дорогой, да, Баб? – Это был последний раз, когда он видел обоих своих братьев, вдруг понял Нэйтан. Баб смотрел на него пустыми глазами.

– Четыре месяца назад, – сказал Ладлоу. – То есть в августе-сентябре?

– Наверно даже еще раньше, – Нэйтан пытался вспомнить. – Вообще-то, стойте. Тогда как раз был первая игра Квинсленда с Уэлльсом^[2]. Мы еще о ней говорили.

– Июнь, – произнесли одновременно Ладлоу и Баб.

– Да, наверно.

– То есть шесть месяцев, – сказал Ладлоу.

– Получается, что так. Мы разговаривали по рации иногда.