Прыжок ласки - Джеймс Паттерсон

По понедельникам в первой половине дня я, как правило, работаю на кухне благотворительной организации при госпитале святого Антония на юго-востоке Вашингтона. Я добровольно прихожу сюда уже лет шесть, три раза в неделю. Моя смена начинается в семь утра и длится два часа, до девяти.

В то утро я почему-то чувствовал беспокойство. Конечно, я все еще переживал события, связанные с расследованием дела мистера Смита, из-за которого мне пришлось много путешествовать по всему Восточному побережью и Европе. Теперь мне нужно было отдохнуть где-нибудь вдали от Вашингтона.

Я смотрел на обычную очередь из мужчин, женщин и детей, которые пришли сюда потому, что у них не было денег на еду. Очередь разрослась до пяти человек в ряду и уходила за поворот на 12-ю улицу. Мне было очень грустно сознавать, что до сих пор в нашей столице живет так много людей, у которых нет средств на пропитание, и они имеют возможность поесть у нас всего один раз в день.

Я начал помогать на кухне несколько лет назад из-за того, что именно здесь и познакомился со своей женой Марией. Она отвечала за изучение условий жизни неблагополучных семей и лиц, нуждающихся в материальной и моральной поддержке. Мария была некоронованной принцессой: ее любили все, но она выбрала меня. Потом случилось несчастье. Марию застрелили из проезжавшей мимо машины. К тому времени мы были женаты уже четыре года, и у нас подрастали двое детишек. Преступление так и не было раскрыто, и это до сих пор мучает меня. Может быть, именно поэтому я каждый раз стараюсь довести до конца любое дело, порученное мне, неважно, какие шансы на успех у меня при этом имеются.

В столовой при больнице святого Антония я слежу за порядком. Во время приема пищи все должно проходить степенно: тут нет места никаким ссорам. Для такой роли у меня есть все данные: рост шесть футов и три дюйма и вес за двести фунтов. Я словно был рожден для миротворческой работы, и прекрасно с ней справляюсь. Как правило, при помощи двух-трех убедительных фраз и успокаивающих жестов мне удается погасить любой назревающий конфликт. А в общем, люди приходят сюда поесть, а не ради скандалов и драк.

Кроме этого, я раздаю арахисовое масло и желе тем, кто хочет получить добавку или, можно сказать, десерт. Джимми Мур, американец ирландского происхождения, который заведует столовой, причем делает это с огромной любовью, искренне верит в целительные и оздоровительные силы и арахисового масла, и желе. Некоторые завсегдатаи нашей благотворительной кухни вот уже который год упорно продолжают называть меня Мистер Арахисовое Масло.

– Что-то вы сегодня неважно выглядите, – обратилась ко мне полная невысокая женщина, которая посещала столовую уже два года. Я знаю, что зовут ее Лора, что родилась она в Детройте и что у нее есть два взрослых сына. Она работала экономкой где-то на Эм-стрит в Джорджтауне, но потом хозяин дома решил, что Лора стала стара для такой работы, и ее ласково выпроводили прочь, выдав на прощанье двухнедельное жалованье и осыпав словами сочувствия.

– Вы заслуживаете большего, – заметила Лора. – А именно – меня, – заявила она и расхохоталась. – Как бы вы отнеслись к такому предложению?

– Лора, вы, как всегда, щедры в своих комплиментах, – отозвался я, наполняя ее тарелку. – Но вы же сами видели Кристину и знаете, что мое сердце не свободно.

Лора еще раз хихикнула для приличия и обняла себя обеими руками, словно ей стало зябко. Она всегда старалась быть оптимисткой, несмотря на любые обстоятельства.

– Молодой девушке нельзя без мечты, – задумчиво проговорила она. – Было приятно повидаться, как всегда.

– И мне тоже, Лора. Приятного аппетита.

– Ну, с этим у меня все в порядке. Спасибо.

Итак, я бодро приветствовал пришедших за едой, нагружал их тарелки, но сам в это время думал о Кристине. Наверное, все же Лора была права. Вид сегодня у меня был неважнецкий. Впрочем, все последние дни я выглядел не лучшим образом.

Мне хорошо запомнилась одна ночь, хотя с той поры прошло уже около двух недель. Я только что закончил работать над уголовным делом об убийствах в Бостоне. Мы с Кристиной стояли на пороге ее дома в Митчелвилле. Я пытался изменить свою жизнь, но это оказалось делом сложным. По данному поводу есть хорошее высказывание: сердце руководит головой.

Я ощущал в ночи запах роз, которые в изобилии росли у дома Кристины. Кроме того, до меня доносился очаровательный аромат любимых духов моей возлюбленной «Страсть Гардении».