Секрет Юлиана Отступника - Грег Лумис

— Guten Abend, mein Herr. Lassen uns fahren[5].

Можно ехать? Получается, что Фукс собрался ехать в кабине? А как же гроб? И потом Лэнга осенило. План действительно был крайне хорош. Вряд ли пограничникам придет в голову, что кто-то решил так нагло пересечь границу. Пожалуй, они могут заподозрить что-то неладное с перевозимым покойником и станут искать двойное дно в гробу или тайник под кузовом машины.

Лэнг задом подал машину в переулок, развернулся и поехал обратно, следуя указаниям Фукса.

Машин, направлявшихся через контрольно-пропускной пункт с Востока на Запад, почти не было. Лэнг вручил те же самые бумаги тому же самому скучающему офицеру, Фукс добавил свои документы. Снова офицер удалился в помещение, чтобы изучить документы, как будто он не держал их в руках каких-то двадцать минут назад. Зато солдаты проявляли намного больше рвения, чем в его первый проезд. Понятно, что коммунисты должны были куда сильнее беспокоиться насчет того, что уезжало от них, чем того, что ввозилось.

Двое пограничников забрались в кузов и, умело орудуя ломом, сорвали с гроба крышку. В зеркале заднего обзора Лэнг видел, как обоих тут же перекосило от отвращения, они бросили крышку и отскочили. Он подумал, что Фукс, судя по всему, подобрал очень уж выдержанный труп. Не позаботившись о том, чтобы снова заколотить гроб, солдаты спрыгнули наземь. Тут же из помещения появился офицер с бумагами Лэнга и Фукса. Он протянул документы Лэнгу, опустил руку, но не отошел, а пристально уставился на Фукса, нисколько не пытаясь скрыть своего интереса к пассажиру дряхлого грузовичка. Рука Лэнга легла на рукоятку двери. Он мог в любую секунду распахнуть ее, отшвырнуть восточного немца и рвануть со всех ног через границу.

Вдруг возле караульного помещения кто-то громко заорал по-английски, тут же последовал ответ на немецком языке. Лэнг, Фукс и бдительный офицер, как один, повернулись туда. Мужчина в форме американского армейского офицера, изрыгая проклятия, боролся с двумя полицейскими. Несомненно, он был пьян. Лэнг решил, что это представитель расквартированного в Западном Берлине американского военного представительства, рискнувший пересечь границу, чтобы посетить проституток. Это занятие процветало в коммунистическом секторе, а восточногерманское правительство, не желавшее признавать существования у себя проституции, все же тактично закрывало глаза на этот вид деятельности, поскольку он относился к тем немногочисленным способам, что позволяли твердой валюте проникать за стену.

К шлагбауму рысцой подбежали двое военных полицейских США в белых шлемах. Кобуры на ремнях у них были пусты, и руки они держали так, чтобы сразу было видно, что оружия у них нет. Восточные немцы проявляли к происходящему мало интереса, и Лэнг предположил, что такие события здесь случаются не так уж редко. Немцы волокли продолжавшего громко ругаться американца к западному шлагбауму, где его терпеливо ждала военная полиция.

Внезапно американец высвободил руку и нанес мощный удар одному из пограничников. Восточногерманский офицер отвернулся от «Опала», выхватил из кобуры пистолет и что-то грозно выкрикнул. Лэнг, взмолившись, чтобы стартер «Опала» не подвел и работал лучше, чем все остальное в грузовике, повернул и нажал старомодную кнопку. Как только мотор заработал, офицер-пограничник вновь повернулся с оружием в руке, но было поздно. Лэнг уже снес капотом шлагбаум, преграждавший дорогу, и оказался в Западном Берлине.

Через полчаса он сидел в маленькой квартирке и за бутылкой скотча давал отчет обо всем случившемся тем же людям, что инструктировали его перед отправкой на задание.

— Этот американец на КПП… — сказал Лэнг. — Если он не…

Его прервал стук в дверь.

— Надеюсь, это принесли обед, — сказал один из собеседников Лэнга.

Второй открыл дверь.

В коридоре стоял высокий мужчина в испачканной и порванной форме армии США. Его правый глаз заплыл, а к утру, решил Лэнг, вся эта красота превратится в роскошный темно-багровый синяк. Из разбитой нижней губы еще сочилась кровь. Это был тот самый скандалист с контрольно-пропускного пункта «Чарли».

Он вошел в комнату с таким видом, будто вторжение пьяного младшего офицера на совещание сотрудников ЦРУ было самым обычным делом в мире.

— Эти парни тебя не обижают? — обратился он к Лэнгу.

Рейлли не знал, что на это ответить.

— Вроде нет.

Между тем офицер увидел виски.

— У вас есть еще стакан, или мне придется пить из бутылки?

Один из разведчиков встал и направился на кухню, а вновь прибывший протянул руку и представился:

— Дон Хафф.