Беспредельщики - Илья Деревянко

– Падла, козел, пидор гнойный, на куски порежу шакала,подохнешь у меня под пытками, сволочь!

Наломав руку на убийствах еще в Афганистане, а за последниедесять месяцев вообще перемазавшись кровью с головы до ног, Мирон из когда-тонеплохого парня превращался в натурального беса. Добрые чувства в его душестремительно отмирали; забитая, задавленная совесть почти не подавала голоса.Теперь он мало чем отличался от недоброй памяти покойного Кадиева, разве что небыл патологическим садистом...

– Едут! – крикнул стоявший на дороге наблюдатель.

– Сколько их? – хищно ощерился Мирон, делая своим людямзнак приготовиться.

– Одна машина.

Тот факт, что Матерый не собрал кодлу, вместо того чтобыуспокоить, еще более разозлил Мирона. Выходит, воры его ни в грош не ставят,рассчитывают авторитетом задавить? Сиди, мол, тихо, сявка, не рыпайся, встатьсмирно, с тобой вор разговаривает! Ну уж нет!!!

Заехав во двор бывшего цементного завода, Волковбезошибочным чутьем моментально уловил висевшую в воздухе угрозу. Урассеявшихся по территории боевиков подозрительно топорщится одежда, вон втемном проеме выбитого окна блеснул, встретившись с солнечным лучом, оптическийприцел снайперской винтовки.

«Прямо как на войну собрались, идиоты, – с горечьюподумал он. – Неужели нельзя по-человечески поговорить?!» Матерый не взялс собой оружия. Зачем? Он ведь не находится в состоянии войны с Севернойбригадой, обычная мирная стрелка, вот если не договорятся, тогда... ВнезапноВолков понял, что может и не быть никакого «тогда». Эти отморозки прикончат егопрямо здесь, не задумываясь о последствиях.

Матерый не был трусом. Невзирая на дурные предчувствия, он сдостоинством вышел из машины и остановился возле нее, поджидая Мирона.

– Привет, – процедил тот сквозь зубы, вразвалкуприблизившись к Андрею. – С чем пожаловал?

Красными глазами и синеватым оттенком кожи он напоминалсейчас вурдалака. На помятом лице торчала щетина. Бледные губы кривились в злойулыбке.

– Твои пацаны допустили беспредел, – спокойно ответилВолков. – Вытрясли коммерсанта, хотя тот сказал, что находится у меня «подкрышей».

– Что дальше?!

– Деньги нужно вернуть, беспредельщиков наказать!

– Больше ничего не хочешь?! – усмехнулся Мирон и вдругзаорал прямо в лицо Андрею: – Ты, падла, в натуре, не кидай здесь понты! Кто тыесть? Вор?! Плевать я хотел на это! Сейчас другие времена, все решает сила,которой у вас нет, а у меня есть! Я не Савицкий, воровские байки слушать несобираюсь! Хорошо Филин его подставил, не правда ли?! Все вы суки!

– Ты понимаешь, что говоришь? – мрачно осведомилсяМатерый. – Придется отвечать за базар!

– Отвечать?! – взвился Мирон, выхватывая из-за пазухипистолет. – Хочешь, сейчас тебя завалим?!

– Вали! – хладнокровно предложил Волков, глядя прямо вчерное дуло ТТ. – Стреляй, сволочь! Безоружного убить легко!

– Славка тоже приехал на стрелку с Кадием без оружия, –прошипел Мирон, подрагивая пальцем на спусковом крючке.

– Кадиев был не вор, а такой же беспредельщик, как ты. Нудавай, жми курок, скотина!

Чуть подавшись назад, Мирон тщательно прицелился ивыстрелил, целясь в голову, но в самый последний момент кто-то резко оттолкнулего в сторону. Пуля ушла в небо. Спасителем Матерого оказался Кирилл.

– Угомонись! Не сходи с ума! – крикнул он, крепко держаза руки беснующегося главаря. – Не становись похожим на Кадиева!

При этих словах Мирон неожиданно успокоился, в глубине душишевельнулись остатки совести. Напряженные мышцы расслабились, пистолет упал наземлю.

– Проваливай отсюда, – глухо сказал он Волкову. –Дарю тебе жизнь, но не попадайся больше на глаза!

– Ладно, еще не вечер, – усмехнулся Матерый и, ужесадясь в машину, повернулся к Кириллу: – Спасибо, парень!..

Проводив презрительным взглядом отъехавший «мерседес», Миронхрипло рассмеялся:

– Ну, что я говорил?! Вот они ваши воры! Понту много, толкуноль! – В его глазах плясали безумные огоньки. – А ты, – вдругокрысился он на Кирилла. – Почему помешал замочить старого козла?

– Это беспредел, Мирон, – тихо ответил тот.

– Беспредел, ха-ха!! Конечно, беспредел, ну и?.. Кстати, то,что сделал ты, тоже беспредел, по их понятиям. – Слово «их» Мирон произнесс ударением. – Может, следовало поступить, как хотел Матерый?! Оторватьтебе башку?!

Кирилл виновато молчал.

– Раз нечего сказать, то засохни, – подытожил Мирон иобернулся к остальным. – Веселей, братва, мы еще всех в рот поимеем!!!

* * *

В это самое время в машине Волкова происходил следующийразговор.

– Ну, – ехидно вопрошал Белик, – что я говорил?Эти ублюдки не признают авторитетов! Хорошо хоть живыми уехали. Еще чуть-чуть,и они бы нас прихлопнули!

– Да, да, правильно, – согласно кивал толстый Леня.

Матерый угрюмо молчал, неторопливо обдумывая планы мести.