Веди себя хорошо - Тэсс Даймонд

Профайлер скривила губу, не в силах скрыть свое отвращение, когда завершала допрос.

– Надеюсь, ты не очень сильно его ударила? – спросил Уэллс. – Потому что в таком случае ты ведь получаешься такая же, как мы.

Эбби фыркнула. Она снова улыбалась.

– Я совсем не похожа на вас двоих, – сказала она. – И я умнее.

Уэллс рассмеялся.

– Ну и заявление!

– Я догадалась, почему вы наконец согласились со мной встретиться, – заявила Эбби. – Почему вы запустили весь этот процесс.

– Пришла пора поставить его на место. Нужен был кто-то, кто это сделает, – сказал Уэллс.

– Ничего подобного, – заметила Эбби и склонилась вперед. – Вы по нему скучали. Вы хотели его видеть. А для этого вам требовалось его выдать, разоблачить, как-то выставить напоказ.

– Для такого я должен был бы быть очень сентиментальным, – улыбнулся Уэллс. – А ты думаешь, что я способен на такие чувства, Эбигейл?

– Люди типа вас, типа него? Власть над другими, использование этой власти – это то, что в вашем случае больше всего похоже на любовь. Вы показываете друг другу ваш интерес и ваше неравнодушие, принося друг другу боль. Издеваясь и насмехаясь друг над другом. Убивая друг ради друга. Но теперь… – она замолчала, не закончив фразу.

Что-то промелькнуло у Уэллса в глазах.

– Что ты сделала? – спросил он.

– Я выиграла, – ответила Эбби. – Я добилась справедливости ради Касс. И я добьюсь справедливости ради всех его жертв. Он получит за них заслуженное наказание. А вот это… – Она обвела жестом пустое помещение и явно имела в виду одиночество, которое ждало Уэллса впереди. – Это за других девушек. За тех, которых убили вы. Девушек, на которых вы оставили свою метку «Х», которых вы лишали дыхания и жизни, будто они принадлежали вам, будто вы имели на это право. У меня есть подарок для этих девушек: вы никогда, вообще никогда не получите то, что больше всего хотите. Ваш сын будет гнить в тюрьме в другой части штата, и вы никогда его больше не увидите. Вы никогда с ним больше не поговорите. Мы догадались, как вы поддерживали связь. Ваши маленькие письма никогда больше до него не дойдут.

Уэллс побелел как полотно и неотрывно смотрел на нее.

– Ты – мерзкая гадина! – прошипел он.

– Я вас предупреждала, – напомнила Эбби. – О том, что бывает с хищниками, которые мешают жить сельским девочкам. Мы от них избавляемся. Всегда. Вам следовало слушать, что я говорила.

Эбби вышла из камеры, даже не обернувшись. Она почувствовала невероятное облегчение, словно часть ее освободилась от сковывавших ее оков. Когда она вышла из здания тюрьмы и направилась на парковку, у нее возникло ощущение, будто гора упала у нее с плеч. На них больше ничто не давило.

Она любила Касс. Она всегда будет ее любить. Девушке сложно расти без лучшей подруги, и Эбби радовалась, что у нее была Касс. Касс была и хорошей подругой, и плохой подругой, как и Эбби в свою очередь. Они допускали ошибки, они делали удачный выбор и неудачный выбор, потому что они были людьми и их жизнь фактически только начиналась.

Берт Пэттен забрал жизнь Касс, и она еще не успела далеко пройти по своему жизненному пути, не успела взлететь. Эбби всегда будет его ненавидеть. У нее на сердце всегда останется незаживающая рана от того, что Касс не успела повзрослеть, не успела стать тем, кем должна была стать. Но теперь эта рана немного затянулась – настолько, насколько это вообще было возможно.

Эбби должна отпустить Касс. Наконец Касс может успокоиться. А Эбби должна оставить плохое в прошлом, ценить хорошее и избавиться от всей боли.

Наконец Эбби дошла до тюремной стоянки. Там ее ждал Пол, прислонившись к ее пикапу.

Она приблизилась к нему с легкой улыбкой на лице.

– С тобой все в порядке? – спросил он, обнимая ее за талию и притягивая к себе.

Эбби покачала головой, но тут же сказала:

– Скоро будет в порядке.

Пол завел выбившуюся прядь ей за ухо, потом провел пальцем по веснушкам, рассыпанным по краю нижней челюсти. Она смотрела на него и чувствовала то, что не испытывала никогда раньше.

– Знаешь, я люблю тебя, – сказал Пол.

Эбби немного наклонила голову набок, и они поцеловались. Это был неторопливый и сладкий поцелуй, и искры от него пробежали по всему ее телу, вплоть до пальцев ног. С такого поцелуя начинается вечность.

Они оторвались друг от друга, но не расцепили объятий. Ее лоб все еще прижимался к его лбу, а грудь к его груди, ее пальцы запутались в его волосах, а его – в ее.

– Я тоже тебя люблю, – прошептала она.

Он улыбнулся.

– И что мы будем с этим делать? – спросил Пол.

Эбби сияла. Мгновение она просто не могла поверить, что соседский парень и девочка, которая живет с другой стороны луга, наконец стоят в одном месте в одно время, а их сердца наконец свободны, чтобы на самом деле любить друг друга. Но все это было реальностью, и это было их время. И у них было будущее. Они вместе навсегда.

Касс хотела бы, чтобы они ловили этот момент.

И они им наслаждались.