Гнетущий страх - Карин Слотер

Она покачала головой, не глядя на бланк:

— У вас нет образца моих волос.

— Я заполучил их в твоей ванной.

— Но не сегодня, — возразила она. — У тебя времени на это не было.

— Не было, — согласился он, наблюдая, как меняется выражение ее лица — она начинала понимать.

Фрэнк отжал замок и забрался в апартаменты Лены, пока она еще сидела с Итаном в кафе. Хоть Джеффри и было стыдно за методы, которые приходится использовать, но он полагал, что никто все равно не узнает, как они это проделали. И еще он думал, что раз Лена сама не желает себе помогать, ей помогут они.

Голос Лены дрожал и был еле слышен, и он уловил в нем нотку обиды:

— Это незаконно полученные улики.

— Ты же не захотела со мной разговаривать, — напомнил он, понимая, что это не совсем правильно — поворачивать все таким образом, что вся вина падала на нее, и попытался объясниться: — Я думал, это поможет снять с тебя все подозрения.

Она пододвинула ближе к себе лабораторный бланк, чтобы лучше видеть, и снова принялась ковырять шрам на руке. Он явственно ощущал чувство вины — оно было словно пятнышко крови на белой странице.

Она глянула в зеркало на боковой стене комнаты, думая, вероятно, о том, кто сейчас сидит с другой стороны. Джеффри велел Фрэнку никого туда не пускать и самому не соваться.

— Ну, что скажешь?

Она откинулась на спинку стула, опустив руки и ухватившись за сиденье. Джеффри порадовался, что удалось ее разозлить: она стала больше похожа на настоящую Лену.

— Не знаю, что ты думаешь насчет этого анализа, — указала она на бланк, — но там ничто не доказывает полную идентичность. Аналогичность — возможно. Так что херня это все. Наверное, у половины девушек нашего кампуса анализ покажет то же самое. Так что ни фига у тебя на меня нет!

— А как насчет отпечатков пальцев?

— И где ты их нашел?

— А как ты думаешь?

— Да плевать мне на это! — Лена встала, но не двинулась с места, видимо, понимая, что Джеффри ее все равно остановит.

Он дал ей возможность уяснить всю нелепость подобного поведения, после чего сказал:

— Хочешь, побеседуем про твоего бойфренда?

— Он вовсе не мой бойфренд.

— Вот уж не думал, что ты тоже из расистов.

Она открыла рот, но он так и не понял отчего: то ли от удивления, то ли пыталась придумать, что на это ответить, не подставляя Итана.

— Видимо, не так уж много ты обо мне знаешь.

— Он что, из тех, кто малюет эти дерьмовые лозунги по всему кампусу?

Она ответила хриплым смешком:

— Почему бы тебе не побеседовать об этом с Чаком?

— Уже побеседовал, сегодня утром. Он сказал, что просил тебя выяснить, кто этим занимается, но ты вроде как и задницей не пошевелила.

— Ерунда это все, — заметила она, и Джеффри уже не знал, кому верить: Лене или Чаку. Всего пару дней назад выбор был очевиден, а теперь он терялся в догадках.

— Сядь, Лена, и послушай. Тебе известно, что Итан условно-досрочно освобожденный?

— Ну и что? — Она скрестила руки на груди.

Джеффри оставалось лишь безмолвно смотреть на нее в надежде, что его молчание заставит ее вернуться к здравому смыслу.

— Это все? — спросила Лена.

— Твой приятель в Коннектикуте до полусмерти избил девушку, — сообщил ей Джеффри. — Кстати, как твой фингал?

Она прикоснулась к лицу.

— Ну, Лена!

Если она и была поражена полученной информацией, то быстро оправилась.

— Я не стану предъявлять полиции никаких обвинений, если именно это тебя интересует. Бывают всякие случайности.

— Может, и нападение на Тессу тоже случайно?

— Может быть. — Она пожала плечами.

— А может быть, кому-то не понравилось, что белая девушка носит ребенка от черного? — Она на это никак не отреагировала. — Может, кому-то не понравилась парочка юных евреев, проживающих в кампусе?

— Парочка?

— Лена, не ври мне! Я же знаю, что тебе все известно про Элен Шаффер. — Он постучал пальцем по папке. — Лучше расскажи про своего бойфренда.

Лена выпрямилась.

— Итан здесь никаким боком, и ты это знаешь.

— Неужели? Тогда позволь мне рассказать, что я знаю. — Он начал загибать пальцы. — Я знаю, что ты была в квартире Энди Розена, недавно или давно, и я знаю, что ты соврала, когда тебя спросили об этом. Я знаю, что Энди Розен и Элен Шаффер мертвы, и еще я знаю, что обе эти смерти обставлены так, чтобы выглядели как самоубийства.

Джеффри сделал паузу в надежде хоть что-нибудь от нее услышать, но она молчала, и он продолжил:

— Я знаю, что на Тессу Линтон напал мужчина — высокий и худощавый, с коротко стриженными волосами, не имеющий алиби на вторую половину дня в воскресенье…

— Я видела его, — перебила она. — Это был не Итан. Тот парень выше и крупнее.

— Да ну? А вот описание, которое дал Мэтт, несколько отличается от твоего. Странно, правда?

— Ерунда. Итан тут ни при чем.

— Лена, сложи два и два.

Она моментально обнаружила в этой версии тот же пробел, к которому Сара не переставала возвращаться вчера вечером.

— Ты считаешь, что некто инсценировал самоубийство Розена, а потом просто болтался поблизости, рассчитывая, что туда придет пописать Тесса Линтон и у него появится возможность ее зарезать? Да чушь это гребаная! — Она помолчала, собираясь с мыслями. — И кому вообще, на хрен, известно, кто такая Тесса Линтон и что она трахается с черным парнем? Вот я, черт побери, понятия не имела! Думаешь, хоть кого-то в кампусе интересует, чем занимается какой-то траханый водопроводчик?! — Она прищурилась, глядя на него. — Время только зря теряем. Ни фига у тебя нет!

— Еще я знаю, что ты слишком много пьешь. — Он видел, как она напряглась. — А теперь у тебя еще бывают обмороки. Может, ты что-то просто пропустила?

— Я уже говорила тебе, что не была знакома с Энди Розеном, — стояла она на своем.

— Тогда почему ты так удивилась там, на холме, когда я назвал его имя?

— Я такого не помню.

— А я помню, — сказал он, засовывая лабораторный отчет в карман.

— А что Чак?

Джеффри откинулся назад, открыто глядя на нее и гадая, не слишком ли много она пьет и не началось ли у нее размягчение мозгов.

— Чак был с тобой в то утро, когда мы нашли Энди Розена, так?

Она сдержанно кивнула и опустила голову, чтобы он не мог прочитать выражение ее лица.