Десять ударов в гонг - Наталья Андреева

– Это, дорогой мой, не немного. Это очень даже много! Ты умница, Гришенька! – расчувствовалась Вера.

– Стараюсь, – скромно сказал тот.

– А телефон его раздобыл? Впрочем, я могу позвонить в офис и пригласить Белова к телефону. Да, так я и сделаю.

К удивлению Веры, Юрий Васильевич легко согласился на встречу. Договорились прогуляться в парке, благо погода наладилась. Наступило то благостное время, которое в народе называют бабьим летом. Короткий счастливый вздох природы перед тем, как она погрузится в глубокий сон.

В парке было тихо и тепло, в прозрачном воздухе летали паутинки и белоснежные, почти невесомые парашютики семян какого-то растения. Вера с досадой стряхнула один такой парашютик с полы своего пиджака. Вдруг захотелось мороженого.

«Что я – девочка? – рассердилась она. – У меня деловая встреча, какое еще мороженое?!»

Вера немного волновалась, ровно до того момента, как увидела у ворот коренастую фигуру Белова. И волнение куда-то ушло.

– Добрый день, – с улыбкой поздоровалась она.

– Здравствуйте, – сдержанно ответил Юрий Васильевич.

– Ну, вот мы и встретились.

– Да, пора, – кивнул он.

– Наверное, вы хотите со мной договориться?

– Это вы хотите со мной договориться, Вера Александровна.

– А вы человек проницательный. Надеюсь, диктофончик в кармане не спрятали?

– Хотите меня обыскать? – он расставил руки.

– Я хочу вам верить, – уже без улыбки сказала она.

– Что ж… – он опустил руки. – Куда пойдем?

– Просто погуляем.

– Хорошая погода, Вера Александровна?

– Замечательная!

– Любите бабье лето?

– Как и всякая женщина в моем возрасте.

– Ну, не кокетничайте, – усмехнулся он и подставил свой локоть: – Прошу.

Она с удовольствием оперлась на сильную мужскую руку и пошла, пристраиваясь к размеренному шагу своего спутника. Вере почему-то стало удивительно спокойно.

Белов начал разговор первым:

– Итак, чего вы от меня хотите?

– Вы ведь знаете, как обстоят дела?

– Я знаю, что Никита Борисович никого не убивал. И догадываюсь, кто это сделал.

– Он наверняка поручил вам раздобыть улики.

– Вы тоже человек проницательный, Вера Александровна.

– Вы знаете о том, что Никита судим?

– Конечно.

– Знаете за что?

– Да.

– О моей судимости тоже в курсе?

– Еще бы.

– А вам известно, кто засадил меня в тюрьму?

– Догадываюсь.

– Я не буду убеждать вас в своей невиновности, Юрий Васильевич. Потому что все так говорят: я не убивал, меня подставили. Но мне почему-то кажется, что мой бывший муж вам несимпатичен.

– Эмоции мешают работе, – ровным тоном сказал Белов. – Поэтому к Никите Борисовичу я не чувствую ничего.

– Это от нас не зависит. Мне кажется, что вы человек порядочный, в то время как он нет. У вас есть принципы, у Никиты они отсутствуют. Вы никогда не использовали женщин, в то время как он только этим и занимался. Он, в сущности, недалеко ушел от Лозовского. Вы знаете, как Никита заполучил фирму?

– Нет, – нахмурился Белов.

– Сначала он женился на мне и, подставив меня, засадил в тюрьму, потом уселся в кресло генерального директора и занялся Маргаритой Станиславовной, которая тогда владела фирмой. Теперь Марго в сумасшедшем доме, а Никита в шоколаде.

– Но Наталью Сергеевну он не использует.

– Это его кара, – жестко сказала Вера. – Девочка-жена, которой он не смеет открыть правду. Потому что Таша слишком правильная.

– Вы-то как добились влияния на Наталью Сергеевну?

– Это неважно. Мы отклонились от темы. Расклад такой. Никите неимоверно трудно будет выкрутиться. Если он сядет, вы потеряете работу. Я же предлагаю вам остаться на прежнем месте, но уже без босса-самодура. Разумеется, повышение зарплаты и максимум свободы гарантирую.

– Кто будет в таком случае рулить фирмой?

– Я. Так, собственно, и было до Никиты. Он работал простым менеджером под моим началом. А я была генеральным директором.

– Но Наталья Сергеевна…

– Она уедет за границу. Будет получать свои дивиденды и жить безбедно. Уверена, что она вновь выйдет замуж. Такие женщины, как она, никогда не остаются без мужчины. Подчеркиваю: без состоятельного мужчины.

– И что я должен сделать?

– Просто сказать правду. Часть правды, которая выгодна мне. А часть правды, которая мне невыгодна, умолчать. В ваших показаниях не будет ни слова лжи. Вы не поступитесь своими принципами, уверяю. Просто скажете, что Никита Борисович велел вам следить за своей женой. Потом попросил узнать, кто такой Лозовский. А узнав, пришел в бешенство. Вы скажете на суде, что ваш шеф безумно ревновал свою жену и не раз грозился убить ее любовника.

– На предумышленное тянете, – понимающе кивнул Белов.

– Да, потому что адвокат будет бить на состояние аффекта.

– В состоянии аффекта не прихватывают из дома гриф от гантели, – усмехнулся Юрий Васильевич.

– Именно, – кивнула Вера. – Он хотел убить Лозовского. Как только узнал, что жена с ним встречается, так сразу и захотел. Он и ехал к Лозовскому с намерением убить. Будучи в здравом уме и твердой памяти ехал. Думая, что выкрутится.

– Учитывая его первую судимость…

– Десять лет. Именно столько отсидела я. Поэтому я хочу для Никиты десять лет колонии строгого режима. Это будет по справедливости.

– Я согласен.

– Что?! – она не поверила своим ушам. Свой главный козырь – деньги – Вера еще не выложила. Она собиралась дать Белову солидную взятку, упирая на то, что его дочери надо доучиться и как-то устроиться в жизни.

– Вас это удивляет?

– Да, не скрою.

– Вера Александровна, я давно хотел познакомиться с вами поближе.

– На предмет?

– Вы мне нравитесь, – просто сказал он. – Нравитесь, как женщина.

– Такое чувство, что я брежу!

– Вы совсем себя, похоже, похоронили! – вдруг рассмеялся Белов. – А я с таким восторгом наблюдал за вашим чудесным преображением! Ведь я следил за вами ровно с того момента, как вы вышли за ворота зоны. И скажу вам прямо – вы молодец! Знаете, когда я понял, что у меня есть шанс?

– Когда?

– Когда вы убили Лозовского. Устояли против такого красавчика, да к тому же профессионального соблазнителя. И я понял, что молодость и красота партнера вас больше не интересуют. Как в случае с вашим бывшим мужем.