Кобра - Деон Мейер

— Сестренка! — прошептал он. Теперь ни о какой электричке не могло быть и речи. Ее нужно срочно в больницу. Сгибаясь под тяжестью Нади, он бросился направо, к боковому выходу из торгового центра.

Он еще издали заметил на Чарл-Малан-стрит белый грузовой фургон «Киа». Двое цветных выгружали из него коробки с продуктами. Он прочел надпись на борту: «Мясо. Халяль». Спотыкаясь, он подбежал к ним и закричал:

— Прошу вас, помогите! Мою сестру ранили, ей срочно нужно в больницу!

Он понимал, что пронзительно кричит, чувствовал, как кровь течет по левой стороне его перекошенного лица, блестит на руке. Надина кровь…

Двое замерли и, разинув рты, уставились на Тейроне.

Он подбежал к ним вплотную.

— Прошу вас, братья! — взмолился он. — Кроме нее, у меня никого нет!

Старший опомнился первым:

— Полезай. — Он покосился на своего спутника и показал тому на штабель коробок: — А ты пока присмотри за товаром!

Смотритель дядюшка Стоффель оказался мрачным стариком лет шестидесяти пяти. Он жил в корпусе напротив. Не глядя на них, распахнул дверь и молча ткнул в табличку на стене: «Смотритель. Часы приема: 09:00–12:00, 13:00–15:00». Потом многозначительно покосился на часы и начал снова закрывать дверь.

Гриссел поставил ногу между дверью и рамой.

— ЮАПС, — сказал он. — Еще раз так сделаете, и вас ждут крупные неприятности.

— ЮАПС? — Дядюшка Стоффель посмотрел на него из-под кустистых бровей.

— Совершенно верно. Меня зовут Бенни Гриссел… — Он достал бумажник и удостоверение.

— Дядюшка, он из «Ястребов», — вмешался студент.

— Из чего?

— Управление по расследованию особо важных преступлений, — объяснил Гриссел, помахав удостоверением. — Будьте добры, отоприте квартиру номер двадцать один. Мне необходимо произвести обыск на месте преступления.

Дядюшка Стоффель вынул из нагрудного кармана очки, надел и не спеша прочел, что написано в удостоверении.

— Он правда из «Ястребов», дядюшка, — сказал студент.

— Где ваши бумаги? — спросил смотритель у Гриссела.

— Вот они. — Гриссел показал на удостоверение.

— Нет, где ваш ордер?

— Вы уверены, что хотите неприятностей?

— Я законы знаю, — не сдавался смотритель.

— Тогда вы, наверное, помните статьи с двадцать пятой по двадцать седьмую Акта об уголовном судопроизводстве.

— Я знаю одно: вы не можете просто так туда войти.

— Послушайте…

— У него пушка, — сказал студент Йохан.

— Помолчите, — бросил ему Гриссел и снова посмотрел на дядюшку Стоффеля: — Если вы сегодня хотите ночевать в своей постели, советую слушать внимательно. В статье двадцать пятой, пункт третий, подпункт «б» говорится, что я могу входить в жилые помещения, если считаю, что выписывать ордер нецелесообразно. В статье двадцать седьмой говорится, что я имею законное право производить личный досмотр или обыск помещений, если сочту нужным, и в случае необходимости имею право подавить любое сопротивление против такого обыска или входа в помещение. В том числе я имею право взломать дверь или окно при условии, что вначале я внятно потребую разрешения на допуск в помещение и извещу соответствующие лица о цели, по которой мне необходимо войти в данное помещение. Итак, в присутствии свидетеля повторяю: мы считаем, что девушка, проживающая в двадцать первой квартире, стала жертвой преступления. Немедленно откройте ее квартиру, иначе мне придется взломать дверь, а вас отправить за решетку!

— Он не шутит, дядюшка Стоффель! — воскликнул студент, упиваясь происходящим.

Тейроне крепко прижимал Надю к себе.

— Кто ее так, бандиты? — спросил водитель.

— Что-то вроде, — ответил Тейроне, не сводивший взгляда с лица Нади.

— Куда вас? В больницу Тайгерберг?

— Нет, дядюшка. Совсем близко отсюда есть частная клиника… рядом с полицейским управлением.

— Клиника Луи Лейпольдта. Знаю. Это частный медицинский центр. Их услуги дорого стоят.

— Знаю, дядюшка. Но она моя сестра.

— Хорошо.

Перед тем как они повернули на Бродвей, Тейроне вдруг вспомнил о Бобби. Он достал из кармана мобильник и позвонил Хассану Икару.