Ритуал - Адам Нэвилл

– Мы проснулись, Люк. И мы хотим, чтобы наши братья-викинги тоже проснулись, понимаешь? Мы покажем, как это сделать. Здесь. С помощью нашей музыки. Это будет нечто особенное, Люк. Мы очень интенсивно работаем кое над чем, мой друг. Мы пробудим голос старых богов. «Восстань. Восстань!» – скажет он.

Он указал рогом на Люка.

– Настоящая магия, понимаешь? Вот почему я пришел сюда. Решил показать другим, что такое настоящая магия. Я взял с собой лишь сильнейших, понимаешь? Тех, кто хорошо себя зарекомендовал. Они доказали, что достаточно злы. И… бескомпромиссны. Мне нравится это слово. Они доказали, что могут убивать и жечь. Те, кто создан из крови и почвы.

Локи вдруг рассмеялся.

– Может, хватит, а? Фенрис? Думаешь, он не очень толковый? Он уже убивал животных, когда я познакомился с ним в Осло, понимаешь? В его городе не осталось домашних животных. Я сказал: «Оскверни ту могилу, мой друг». И он сделал это. С легкостью. Церкви? – Локи издал звук, будто что-то взорвалось, и изобразил своими огромными руками в воздухе огонь. – «Убей священника», – однажды сказал я, когда мы напились. – Локи кивнул, ухмыляясь, словно рассказывал про нечто обыденное. – И, конечно, он это сделал.

Он вытянул лицо и принял властную позу.

– Чтобы стать викингом, ты должен научиться быть истинно злым, Люк. Должен суметь проявить себя в кровавом безумии. Знаешь, тебе крупно повезло. Потому что ты первый, кто узнал о нас и о том, кто все еще жив. Понимаешь? Можешь не отвечать. Только представь себе.

– Мы убили девять человек. В том числе двух священников. – Локи ухмыльнулся, снова отхлебнул из рога. – Неплохо, да? Мы – худшие массовые убийцы в истории Норвегии, и никто об этом еще не знает. Это лучшая часть. Никто не верит, что такое может случиться в Норвегии, но мы проснулись одними из первых, понимаешь? Варг и Бард Фауст, это были блэк-металлические убийцы. Революционеры. Они проложили и осветили нам путь. Но мы пойдем гораздо дальше.

– И Один придет, мой друг. Можешь в этом не сомневаться. Будет убийство. Будет кровавая жертва. Мы отомстим. Ты увидишь. Вот увидишь. – Он сделал новый глоток.

В какой-то момент во время исповеди Локи Люк потерял внезапное жгучее желание провоцировать этого человека. Он не знал, что думать об этой молодежи, и принимать ли все за чистую монету, но он сомневался, что Локи лжет насчет того, что его группа натворила до появления здесь.

Люк рассмеялся. Он должен был что-то делать, а смех помог справиться со страхом. Страх не помогал ему. Давно не помогал. Сейчас не время для страха. Страх бесполезен – лишь повторяющийся инстинкт самосохранения, когда выживать нет никакой возможности. Пора попробовать что-то совершенно другое.

Локи сердито посмотрел на него. Это была не та реакция, которую он ожидал или хотел видеть. Люк заметил это. Как все психически неуравновешенные подростки, они желали вызывать страх и почитание.

– Что случилось, Локи? Что случилось с тем милым блондинчиком, которым ты был раньше? Бьюсь об заклад, у тебя есть узорчатый джемперок. С северными оленями спереди.

– Не очень веселись, Люк. Ты ходишь по грани, дружок.

– Ты был здоровым образованным ребенком из семьи среднего класса, Локи. Ваша страна является предметом зависти всего мира. Из-за качества жизни. Какое твое оправдание? Ты – избалованный, изнывающий от скуки злой тип. И ты зашел слишком далеко. Посмотри на себя. Поджигатель. Вандал. Похититель. Убийца. И хрен знает кто еще.

– Люк. Люк. Люк. Все-таки ты овца. Ты спишь.

– А твоя подружка уже во что-то вляпалась до того, как ты познакомился с ней. Ей необходимо лечение, Локи. Она потеряла контроль над собой, дружище. Я думал, что поцапался с капризными идиотами, но та жирная сука из другой лиги. Фенрис, похоже, тоже был не в своем уме, когда ты с ним познакомился. Да, я так думаю. Эта парочка неудачников приняла тебя за мессию. Вряд ли вы тянете на революционеров. Какая грустная и бессмысленная, в конечном счете, история.

Локи разочарованно покачал головой.

– Люк, ты разговариваешь во сне.

– Потому что я не вижу всей картины, Локи. Потому что ты и та парочка выбрали садизм и безжалостные убийства невинных людей. Я являюсь спящей овцой лишь потому, что не вижу смысла в ваших преступных деяниях. Не понимаю их значения. И не пойму никогда, Локи. Когда ты наконец убьешь меня, я… Я буду мертв, а ты будешь убийцей. Вот, пожалуй, и все. В этом нет никакого смысла. Нет ничего магического или особенного. Это просто отвратительно, неправильно, мерзко и совершенно бесполезно, как ты и те мудаки, которые ходят за тобой следом с накрашенными будто у привидений лицами.

– Именно! Теперь ты попал не в бровь, а в глаз, – Локи ухмыльнулся, потом встал и подошел к кровати. Люк вздрогнул и тут же возненавидел себя за это.

Локи наклонил рог и вылил большую дозу зловонной жидкости Люку в рот. Тот почувствовал вкус апельсинового сока и чего-то вроде уайт-спирита или этанола, и закашлялся.

Локи вернулся на пыльный пол.

– Ну как, хорошо? Думаю, да. Теперь ты понимаешь, что все это – часть единого целого. Неважно, ненавидим мы христиан, иммигрантов или педиков. Это показывает, что мы серьезны. Но ты должен заглянуть глубже, мой друг. Вотан пробудился в нас. И мы ответили на его зов. Но вначале мы были как… э-э… да, как дети, которые хотели сделать что-то, но не знали как, поэтому делали что-то другое. Да?

– Нет.

Локи в отчаянии поднял руки, тщетно пытаясь подобрать нужные слова.

– Дьявол – это хорошее начало, Люк. У него учишься быть по-настоящему злым. Посылать на хер мораль. Я – зло. Я – сатанист. Я оскверняю. Я жгу. Я убиваю. Этим отделяешь себя от остальных, от овец. Потом мы поняли, что нами движет Один. Великий Вотан. Кровь предков кипит в нас. Мы думали, это дьявол, но это не так. Один хотел, чтобы мы уничтожили гребаную еврейскую религию и все христианское дерьмо, которое чуждо этим местам. Что Ближний Восток сделал с Норвегией? Или Европой? Поэтому на хер его. На хер мусульман, на хер христиан. Мечети мы тоже должны были сжечь. И так будет, я обещаю. Мы – викинги! Нас обманом погрузили в сон в земле наших предков. Но теперь мы просыпаемся. Мы отправляемся вслед за Одином на дикую охоту. Мы жжем и убиваем, чтобы проснуться. Чтобы проснуться, понимаешь? Это открывает… э-э… дверь. Проход для кое-чего старого, давно погребенного. Мы установим новый порядок. Подадим сигнал другим, таким же, как мы. Понимаешь? Рагнарок настанет, Люк. Скоро. Поэтому мы должны начать осквернение мира.

– У тебя голова забита дерьмом, Локи.

Какое-то время Локи молчал, только смотрел в окно. Когда он снова заговорил, пьяный фанатик в нем отступил на второй план. Более склонный к размышлению Локи вернулся.

– Меня тянуло сюда, Люк. Как и всех вас. По особой причине. Ты не можешь это отрицать. Это судьба.

– Мы были в отпуске, Локи. Это не имеет ничего общего с Вотаном или Одином.