Ганнибал - Томас Харрис

В помещении остаются лишь члены семьи — брат и сестра. Мягкий свет и музыка. Музыка Северной Африки — арабские лютни и барабаны. Марго сидит на кушетке, опустив голову и опершись локтями о колени. Она похожа на отдыхающего после тренировки метателя молота или штангиста. Дышит Марго лишь чуть чаще, чем респиратор Мейсона.

Мелодия заканчивается, сестра поднимается на ноги и подходит к ложу брата. Мурена высовывает башку из отверстия в искусственной скале, чтобы проверить, не польется ли с серебристых колышущихся небес новый дождь из кусков карпа.

— Ты проснулся? — спрашивает Марго, стараясь придать своему хриплому голосу максимальную нежность.

Единственный, прикрытый линзой глаз Мейсона обращается на нее. Брат теперь с ней.

— Неужели настало время обсудить то… — шипение респиратора, — …что желает Марго? Присаживайся вот сюда — на колени к Санта-Клаусу.

— Ты знаешь, чего я хочу.

— Поведай.

— Джуди и я хотим ребенка. Мы хотим ребенка от Вергера. От тебя.

— Почему бы вам не прикупить китайского ребеночка? Говорят, что они дешевле молочного поросенка.

— Хорошая идея. Мы и это могли бы сделать.

— Припомним, что говорится на сей счет в папином завещании.

…После смерти моего возлюбленного сына Мейсона все мое состояние переходит к Наследнику, прямая родственная связь которого со мной должна быть подтверждена в Лаборатории Селлмарк или в ином достойном учреждении, способном проводить анализ ДНК… Возлюбленный сын Мейсон — это я… В случае отсутствия подобного прямого потомка все мое состояние должно перейти к Южной баптистской конвенции с учетом специальных пунктов завещания, касающихся Университета Бейлор в Вако, штат Техас… Марго, папа очень рассердился, когда узнал, что ты лижешь девкам причинное место.

— Мейсон, дело вовсе не в деньгах. Ну если только совсем чуть-чуть… Но неужели ты не хочешь иметь наследника? Это же будет и твой ребенок, Мейсон.

— Почему бы тебе не найти хорошего парня, Марго, и не дать ему? Не говори, что ты не знаешь, как это делается.

Снова зазвучала марокканская музыка. Сестре казалось, что в бесконечно повторяемой музыкальной фразе слышатся нотки гнева.

— Ничего не выйдет, Мейсон. Мои яичники усохли из-за тех гормонов, что я глотаю. Поэтому я и хочу, чтобы в этом приняла участие Джуди. Она согласна стать матерью по рождению, Мейсон, ты говорил, что если я тебе помогу… Ты обещал дать мне спермы.

Похожие на лапы паука пальцы Мейсона слегка шевельнулись.

— Можешь приступать хоть сейчас, — сказал он. — Если там что-нибудь осталось.

— Мейсон, есть шансы на то, что у тебя сохранилась жизнеспособная сперма, и мы сможем устроить так, что ее извлекут без всякого для тебя вреда…

— Речь идет об извлечении моей жизнеспособной спермы. Создается впечатление, что ты говоришь с кем-то другим.

— Все будет сделано в клинике, специализирующейся на искусственном оплодотворении. — Даже в холодном свете аквариума ее лицо вдруг стало как-то мягче. — Мы будем хорошими родителями, Мейсон. Джуди и я посещали школу молодых матерей, а сама Джуди происходит из большой семьи. Кроме того, существует специальная группа поддержки семей, состоящих только из женщин.

— Марго, когда мы были детьми, ты умела сделать так, что я мог хорошо кончить. Вот и сейчас сделай, чтобы сперма брызнула из меня с такой же силой, как ракеты из установки залпового огня, и с такой же скоростью.

— Ты покалечил меня, Мейсон, когда я была маленькой. Заставляя меня удовлетворять твою похоть, ты повредил мне локоть. В результате теперь я не могу выжать левой рукой больше тридцати шести килограммов.

— Что же, в таком случае ты не получишь шоколадку. Мы вернемся к этому разговору, сестренка, когда завершим важное дело.

— Позволь хотя бы провести предварительный анализ. Доктор сможет безболезненно…

— Безболезненно? Да я там, внизу, вообще ничего не чувствую. Ты можешь сосать его до посинения, как раньше, все равно не получится. Если по правде, то это мне уже пытались сделать другие. Ничего не вышло.

— Доктор может взять образец, чтобы проверить, сохра-нились ли у тебя подвижные сперматозоиды. Джуди уже начала принимать кломид. Сейчас мы устанавливаем ее цикл. Нам еще многое предстоит сделать.

— Я до сих пор не имел удовольствия лицезреть Джуди. Как давно вы выступаете… в паре?

— Пять лет.

— Почему бы тебе не привести ее сюда? Мы с ней могли бы.., что-нибудь сообразить, если можно так выразиться.

Барабаны Северной Африки разразились последней дробью, и от внезапно наступившей тишины у Марго зазвенело в ушах.

— А почему бы тебе в таком случае самому не вести свои делишки с Минюстом? — спросила Марго, приблизив губы к дыре в черепе брата, там, где раньше было его ухо. — Хватай свой говенный портативный компьютер и топай к автоматной будке. Почему бы тебе не заплатить еще каким-нибудь засранцам, чтобы они поймали парня, скормившего твою морду собакам? Ты же обещал помочь мне, Мейсон.

— И помогу. Все в свое время.

Марго сдавила пару каштанов с такой силой, что скорлупа посыпалась на одеяло Мейсона.