Ноктэ - Кортни Коул

Никогда.

Я делаю всё это ради неё.

— Отпустите меня, — умоляю. — Я не могу оставить её одну. Пожалуйста. Я буду хорошо себя вести. Я буду хорошо себя вести!

Но они не обращают на меня внимания, и, когда я поднимаю глаза, то вижу папино лицо, прильнувшее к стеклу.

Я зову его, но он не отвечает. В действительности, его лицо ускользает и не возвращается.

— Вернись, — шепчу я.

Но он не возвращается.

На моих глазах выступают горячие слёзы, когда я думаю о сестре, свернувшейся калачиком где-то в этой больнице, одинокой, напуганной и считающей, что я пытался убить её.

Я бы никогда. Так ведь?

ТыПыталсяТыПыталсяТыПытался. РазвеНеПомнишь? Голоса хохочут надо мной, шипят и визжат. ТыПыталсяТыПытался.

Нет.

Я не мог.

Но мои руки привязаны к кровати, и с этим не поспоришь.

Я накормил её орехами. И этого так же не опровергнешь.

Я закрываю глаза, чтобы не слышать причитаний в своей голове, пытаясь отгородиться от них.

СестроубийцаСестроубийцаСестробийца. ТыНастоящийМонстр. Монстр. МыКонтролируемТебя МыКонтролируемТебя.

Монстр.

39

TRIGENTA NOVEM

Калла

Когда я открываю глаза, то мой взгляд тут же наталкивается на Деэра, сидящего возле меня.

Он развалился в кресле, глаза закрыты, а руки вцепились в подлокотники. Он высокий, стройный и гибкий. Он красив и мрачен, и он здесь.

Деэр здесь.

Я делаю глубокий вдох и моргаю, чтобы убедиться, что мне не померещилось.

Он всё ещё тут.

— Деэр. — Мой шёпот хриплый и болезненный. Я понимаю, что он не услышит меня, но он слышит. Его глаза распахиваются, и взгляд встречается с моим.

А затем он соскакивает со стула и становится на колени возле моей кровати, его лоб прижимается к моему.

— Кэл, — произносит Деэр, его губы слегка касаются моей кожи. — Слава богу.

— Как ты здесь оказался? — в замешательстве спрашиваю я. — Неужели папа…

Деэр кивает.

— Ты попросила его позвонить мне, и он это сделал.

Хвала ему. Меня захлёстывает волна благодарности.

— Где он? С Финном?

— Не знаю, — отвечает Деэр. — Я сказал ему, что посижу с тобой, пока он не вернётся.

Я закрываю глаза и вдыхаю его мускусный запах.

— Не оставляй меня, — говорю ему. — Пожалуйста. Ты пообещал однажды, помнишь?

Деэр кивает.

— Да. И я не оставлю. Не прогоняй меня снова.

Я киваю. Не буду.

Он поглаживает мою руку, его пальцы гладкие.

— Что ты помнишь, Кэл?

— Финн наложил мне тарелку еды, — говорю я. — Я съела три ложки, а затем поняла, что там были орехи. Орехи пекан.

Деэр зажмуривается.

— Тебе повезло оказаться здесь, — говорит он не открывая глаз. — Твой папа сказал, что даже один орешек мог убить тебя. Ты едва дотянула до реанимации.

— Но я же дотянула, — напоминаю ему. — Сейчас я здесь. Пожалуйста, не позволяй им запереть Финна. Он не хотел мне навредить. Я знаю, он не хотел. Он бы никогда…

Но Деэр выпрямляется и принимается раскачиваться на пятках.

— Я не знаю, что они собираются делать, — неопределённо говорит он. — Это не мне решать.

Я закрываю глаза, грудь раздирает боль.

— Может, ты был прав. Может, мне действительно нужно уехать отсюда. Быть может, я для него опора… или, возможно, наоборот, лишь причина беспокойства. Финн ненавидит, что я грущу о маме. Возможно, он просто хотел положить конец моему горю. Если я уеду, то он сможет сосредоточиться на себе… а не на мне.

— А ты бы могла сосредоточиться на себе, — добавляет Деэр.

Я открываю глаза и смотрю на его лицо, такое уставшее, такое осунувшееся. Протягиваю руку и касаюсь его, мой синий больничный браслет сползает на предплечье. Когда я так похудела? Мои руки такие тощие.

— Я доверяю тебе, — неожиданно выпаливаю я. — Я верю, что ты расскажешь мне о себе, когда будешь готов.

Деэр вздрагивает.

— Дело не в моей готовности. Просто… я не могу добавить ещё к твоему бремени, Кэл. После этого, разве ты не видишь?

Это. Моё бремя. Мой брат пытается меня убить.

Неужели это никогда не кончится?

— Прости меня за всё это, — тихо говорю я, глядя в его усталое лицо. — Мне жаль, что моя жизнь — сплошное безумие.

Он обводит комнату взглядом и содрогается.

— Ты чуть не умерла, Калла.

— Я справляюсь, — встаю я на защиту себя и Финна. — Я нужна Финну. И я с этим справляюсь.

— Правда? — Деэр приподнимает бровь. Я отвожу взгляд.

— Его дневник лежит в моей спальне. И как только выберусь отсюда, я должна дочитать его. Я просто чувствую, что это ключ. Я должна прочитать его до конца.

Деэр смотрит на меня тёмным, как ночь, взглядом.

— Ты уверена?

Я киваю.

— Абсолютно. Я читала его отрывками, но пришло время его закончить. Не знаешь, когда меня отпустят?

Деэр качает головой.

— Понятия не имею. Кажется, они сказали, возможно, утром. В зависимости от того, как ты будешь себя чувствовать. Вчера вечером ты была очень расстроена.

— Конечно, я была расстроена! — вскидываюсь я. — Они собираются запереть моего брата.

Деэр смотрит на меня с сочувствием.

— Делай сегодня то, что они говорят, и я уверен, утром тебя отпустят.

Я киваю, и он берёт меня за руку.

— А что, если я решу, что хочу пораньше уехать в Бёркли? — спрашиваю его, прежде чем заснуть.

Он сжимает мои пальцы.

— Тогда я поеду с тобой.

— А если я захочу остаться здесь?

— Тогда я останусь с тобой.

— Несмотря ни на что?

— Несмотря ни на что.

Это всё, что мне нужно услышать. Меня наполняет спокойствие, и я засыпаю. А утром меня отпускают домой.

— Я хочу поехать с Деэром, — говорю я отцу.

Папа смотрит на меня печальным взглядом, но в то же время и смиренным.

— Хорошо.

— И если Деэр вновь захочет арендовать гостевой домик, я хочу, чтобы ты ему позволил.