Очевидец - Анна Богстам

– Думаю, что только наша группа: я, Йоран, Ракель, Элиас и Патрик, – перечисляет она и берет кусок пиццы. – Ну и Маргарета, само собой, – Харриет вспоминает реакцию Маргареты, когда она увидела этот снимок в интернете. Она сказала, что проверяла, кто и когда заходил в систему и подозревала утечку информации из отдела экспертов-техников.

– Отсюда утечки точно не было. Мы проверяли, – добавляет она, прожевав.

Леннарт тоже берет кусок пиццы.

– На самом деле не фотографии причина моего приезда, но я их только что увидел и возмутился, мне нужно поговорить об этом с Маргаретой. Я здесь для того, чтобы заняться исследованием машины. Кто-то из техников должен был сделать это сразу. Видимо прозевали и не сделали.

– Машина стоит в гараже. Я зарегистрировала вещественные доказательства, значит, ответственность на мне. Все вещдоки помечены, внесены в протокол и находятся в комнате для хранения. Кроме ножа, естественно, который мы отправили в центральную лабораторию в Линчёпинг. Наркотиков тоже нет в комнате вещдоков, – отвечает Харриет.

– Мы снова были на месте преступления. Маргарета сказала, что вы допросили свидетеля, который видел стоявшую там машину, так что мы расширили радиус поисков.

– Да, Кеннета, – перебивает его Харриет.

– Я обнаружил следы шин, которые могут быть интересны. Они замечены на дороге, которая ведет мимо усадьбы, там есть место для встречи, где две машины могут разминуться. Сначала вечером в пятницу шел дождь, потом все высохло. Глина застыла и следы такие отчетливые, что мы сделали слепки, – продолжает Леннарт и отковыривает шампиньоны со своего куска пиццы.

– У меня аллергия на грибы, – объясняет Леннарт. – Детсадовская аллергия. Это как мой старший внук, который вдруг заявляет, что у него аллергия на гороховый суп, – Леннарт смеется.

– Ничего, – говорит Харриет. Она прямо так и видит перед собой Леннарта в качестве дедушки. Такой дедушка строит с детьми башни из конструктора "лего" и драматически меняет голос, когда читает по ролям сказки.

– Спасибо большое за сведения об отпечатках колес. Как по-дурацки вышло, что никого из вас не было, чтобы принять вещдоки, кто-то отсюда должен был бы вам позвонить.

– Ошибки иногда случаются, но вот я здесь. Мне нужно в первую очередь проверить одну вещь. На одном из скатов, оставивших следы около усадьбы, есть метка поперек всей шины, – говорит Леннарт и взмахивает рукой, как бы разрезая воздух. – Может быть это не имеет никакого значения, но ведь легко проверить Мазду и посмотреть, совпадает ли эта метка, – продолжает он. – И скажите вашему отделу по связям с прессой, чтоб не сливали эти данные до поры до времени. Ты же можешь отрегулировать, кто имеет доступ к делу, если Маргарета этого еще не сделала, – добавляет он.

– Я понятия не имею, как случилось, что снимки попали в прессу, но было бы очень странно, если бы это сделал кто-то отсюда. А это не может быть кто-нибудь из фотографов, кто все же проник на место преступления?

– Я узнал снимок и уверен, что это наш, – говорит Леннарт, отрывает кусок бумажного полотенца и вытирает руки. Красноватый томатный соус от пиццы затек ему на ладонь.

– А какой размер обуви был у Кеннета? – спрашивает Харриет. – Ты узнал?

– Сорок первый, – отвечает Леннарт. – Вероятно, это его след невдалеке от бывшего хлева. Кеннет меня беспокоит, только что пришел протокол судебного медика. В крови Кеннета обнаружены следы нескольких разных субстанций.

– Амфетамин и марихуана? – спрашивает Харриет. Она думает о том, что нашла в машине Тони, и о количествах чего-то в синем блокноте.

– Да, и бензодиазепины, – добавляет Леннарт и ерзает на стуле. – Кто отвечает за расследование смерти Кеннета? Тоже Маргарета? Вас должно быть больше.

Харриет смотрит на пустую коробку из-под пиццы между ними.

– Да, дело у нас. Мы только в самом начале.

Харриет вспоминает выражение лица Маргареты утром, когда они это обсуждали. Только теперь та, кажется, поняла, что означает убийство Кеннета, и что оно с большой долей вероятностью связано с убийством Лауры, и что Тони невиновен. Харриет протягивает руку и тянет сумку с блокнотом к себе поближе. Она по крайней мере вложила свой кусочек мозаики в общую картину, хотя и не понимает пока, принесет ли блокнот какую-то пользу.

– Мне нужно идти в гараж и исследовать Мазду, пока на часах еще не так много времени. Ты можешь передать, что я там, когда придет Маргарета, – говорит Леннарт и встает из-за стола.

– Обязательно и спасибо за компанию, – отвечает Харриет.

Она сидит в комнате для отдыха еще какое-то время после ухода Леннарта. Вещества в крови Кеннета совпадают с тем, что она обнаружила в машине Тони, а инициалы Тони совпадают с записями в блокноте. Кеннет покупал наркотики у Тони, Харриет теперь совершенно в этом уверена. Именно так они и знакомы друг с другом. Она снова открывает блокнот Кеннета. Цирк циркулирует в Лервикене. Old gcgdu odxud. Может быть, это зашифрованное сообщение?

Она берет пустую коробку из-под пиццы, идет к сортировочным контейнерам и выбрасывает ее.

– Харриет, к вам курьер с пакетом.

Харриет поднимает глаза. В комнату вошла Лена и с победным видом подняла коричневую картонную коробку.

– Не написано от кого, – продолжает она. Ее крупные серьги качаются, когда она говорит. – Вам повезло, что я сегодня работаю и могу принять у курьера пакет, когда никого из вас нет на месте.

– Да, спасибо тебе. Думаешь, это вещи Дугласа прислали?

– Вот как, я об этом совсем забыла, – Лена протягивает пакет Харриет, и та направляется в свой кабинет.

Коробка как следует заклеена скотчем, и Харриет открывает ее с трудом. На дне лежит черный бумажник из телячьей кожи и связка ключей. Она открывает бумажник, и на стол выпадают банковские карты и две визитки. Харриет берет ключи. Связка холодная. На одном из ключей висит маленький брелок с номером – 138" на одной стороне. А на обороте выгравировано изображение большого здания. Харриет откладывает вещи в сторону и открывает компьютер. Ей нужно навести порядок в регистрации вещдоков, отредактировать протокол предварительного расследования и идти дальше по тем следам, которые еще остались.

Мобильный, который Харриет положила на письменный стол, начинает вибрировать. Она прикладывает его к уху.

– Привет, маленькая Харри, – произносит знакомый голос на другом конце.

– Пол, я тебе звонила тысячу раз! – Харриет садится на стул.

– Я знаю, прости.

– Ладно, окей, – отвечает она, хотя он наверняка почувствовал раздражение в ее голосе. – Где ты был и почему не перезванивал?

– Мы катались на лодке и занимались дайвингом.