Вне подозрений - Джеймс Гриппандо

Она взглянула ему прямо в глаза и сказала:

— Вы понятия не имеете, как много денег крутится вокруг крови.

— Догадываюсь, что вы продаете гораздо больше крови, чем собираете.

— А вы мастер строить догадки, мистер Свайтек.

— Вы производите достаточно продукта, чтоб придать бизнесу легальный вид. Никакого учета. В отчетах можно указывать любое количество. Прекрасный механизм для отмывания грязных денег.

— Вы слишком много знаете, это вредно для здоровья.

— Возможно.

— Ирония в том, что для кого-то это действительно может стать хорошим бизнесом. Тупицы из моей команды заняты тем, что составляют фальшивые счета для легализации денег, проходящих через нашу фирму. И, для того чтобы превратить кровяной бизнес в самую процветающую компанию по отмыванию денег, требуется не так уж и много — всего лишь собирать больше крови. Самая процветающая в стране фирма.

— За исключением виатикальной, — вставил Джек.

Она чуть улыбнулась.

— За исключением виатикальной.

Джек закинул ногу на ногу, уставился на дырку в теннисной туфле.

— А теперь вопрос на полтора миллиона долларов. Какая связь между этими двумя видами бизнеса?

— Никакой. Просто один из способов отмывания денег. Все равно что взять в аренду видеосалон или открыть китайский ресторанчик. Нет, правда, никакой связи. Просто еще одна раковина для полоскания грязных купюр.

— Лично я думаю иначе.

— Очередная догадка?

— Нет. На этот раз результат исследований.

— Ученый-одиночка? Я потрясена!

— Взявшись за дело Джесси, я заказал самые последние материалы, связанные с деятельностью виатикальных компаний. Так что теперь я человек сведущий, знаю направления и тенденции, судебные процессы и много другого интересного…

— И что же там говорилось о Джесси?

— Говорилось, но сейчас я о другом. После смерти Джесси я занялся этим вплотную. И меня очень заинтересовала одна недавняя статейка о случае в Джорджии.

— В Джорджии?

— Да. У женщины тридцати с чем-то лет был СПИД. А потом вдруг в крови ее обнаружили вирус «Западный Нил». Первый случай этого редчайшего заболевания в штате Джорджия.

— Да, мало радости, особенно для человека с ослабленной иммунной системой.

— Верно. Зато немало радости для виатикальных инвесторов.

— Слишком уж вы подозрительны. Среди больных СПИДом практика такого страхования весьма распространена.

— Все так, если б не один момент. У нее не только обнаружили этот редкий вирус. Она потеряла три литра крови.

— Умерла от кровотечения?

— Нет. Кто-то выкачал из нее эту кровь и забрал.

Катрина недоверчиво воззрилась на него.

— Что?

— Да-да. Кто-то выкачал целых три литра зараженной крови из ее тела, в результате чего произошла остановка сердца.

— И последовала выплата по виатикальному соглашению, — закончила она за него.

— Этот пункт под номером три еще не доказан. Поэтому я и здесь.

— Но чего вы от меня хотите?

— Хочу побольше узнать об этапе под номером три.

— Но речь идет о Джорджии, это другой штат.

— Мы говорим о русской мафии. А это довольно тесный мирок.

— Послушайте, мне достаточно того, что я пашу на Сэма Дрейтона и его ребят. У меня нет ни времени, ни желания выступать ради вас в роли Шерлока Холмса и заниматься какими-то дурацкими теориями, связанными с этой несчастной из Джорджии.

— Придется все же поработать со мной.

— Я не обязана.

— Зато я могу тебе очень помочь.

— Интересно как?

— Знаю, мой друг Тео уже сует нос в ваши дела.

— Вот именно, лучше не скажешь. Именно что сует. Как бы не оторвали.

— Не знаю, что он там вытворяет, и совершенно не желаю, чтобы он подвергал себя опасности.

— Да и мне, черт побери, он тоже ни к чему. Вот уже восемь месяцев я работаю тайным агентом. Изучила бизнес вдоль и поперек, ежечасно рискую, подставляя свою голову. И теперь благодаря Тео Найту меня могут раскрыть.

— Этого я тоже не хочу.

— Что предлагаете?

— Помоги мне разобраться с этой женщиной из Джорджии. Посмотрим, правильны ли мои догадки.

— А что получу взамен?

— А я взамен выведу Тео из игры, потому как мой добросердечный друг может вовлечь всех нас в большие неприятности, причем с самыми лучшими намерениями.

Она задумалась на секунду-две, потом сказала:

— Ну, обещать я не могу, но попытаюсь выяснить.

— Ты уж постарайся, ладно?

— С чего бы вдруг такое доверие?

— Одно дело — отмывание денег. И совсем другое — связаться с компанией, которая убивает виатикальных инвесторов.

Она окинула его оценивающим взглядом. Потом достала из кармана авторучку, взяла Джека за руку и написала на его ладони номер.

— Чрезмерное любопытство — штука весьма опасная. Если вдруг узнаете, что ваш друг Тео собирается свалять какую-нибудь очередную глупость, сразу дайте знать. Чтобы я успела выбраться из передряги живой.

Джек взглянул на номер.

— Линия секретной связи?

— Стопроцентно защищенных линий связи теперь не существует. Но сюда звонить безопаснее, чем ко мне домой или в офис, где наверняка кто-нибудь подслушивает. Постарайтесь выучить наизусть.

— Так ты мне доверяешь? — спросил Джек.

— Да, — ответила она. — Джесси Мерил — это одно. Но не думаю, что вы станете сознательно подставляться, чтобы узнать, убивает ли эта компания инвесторов.

Глаза их встретились, и Джек почувствовал: взаимопонимание достигнуто. Она поднялась со скамьи и спросила:

— Каким образом вы намерены держать Тео Найта под контролем?

— Не беспокойся. Найду способ.

— Что ж, хорошо, — кивнула Катрина. — Если вам не удастся, Тео займется кто-то другой. — Она уже двинулась прочь по тротуару, потом вдруг резко остановилась. — Кстати, прелестный у вас наряд.

Джек принял позу манекенщика.

— Благодарю, мадам.

Она улыбнулась и направилась к фургону по сдаче крови. Джек перешел через улицу и легкой, слегка подпрыгивающей походкой зашагал к станции метро. Руки он держал глубоко в карманах.