Ожившие - Александр Варго

— Времени мало, — напомнил Айс. — Лучше, чтобы они топали на своих ходулях. Ты ведь не захочешь тащить их на себе к скале?

— Ну да. Ничего, скоро очнутся. А тех как будем переправлять?

— Женщину и Эда я перетащил сам, а того жердяя придется вдвоем. К тому же у него нога сломана.

— Когда он успел? — удивился Валик.

— Эд постарался.

Валик присвистнул. Они некоторое время сидели в полном молчании, глядя на снующие плавники, потом Валик спросил:

— Как они попадают ТУДА?

— С северной стороны. Там скалистый гребень метров сто, и в нем есть тоннель, уходящий в воду. По легенде, много веков назад тут устраивали наподобие гладиаторских сражений, только вместо львов и тигров выпускали акул, а человеку вручали палку, в которую был втиснут акулий зуб. Достаточно большой, чтобы нанести акуле серьезную рану. И у человека был шанс победить только в одном случае — нырнуть под акулу в момент нападения и вспороть ей брюхо. Некоторые выживали. Ты понимаешь, Валя? Это озеро, где происходил бой, — нечто вроде арены. Арены, на которой вели борьбу маго и человек.

Валик представил себе картину — барахтающаяся в воде жертва с какой-то жалкой палкой с зубом на конце и громадина размером с автомобиль и пастью, утыканной сотней таких же зубов. Наверное, только от вида несущейся на тебя такой акулы можно обделаться.

Сема пришел в себя раньше. Айс присел рядом с ним, разглядывая мужчину с веселым изумлением:

— Кто ты, о загадочный незнакомец? Как я вижу, ты чудом излечился от своего слабоумия и недержания. Очевидно, на тебя благотворно повлиял здешний климат. Я слышал, ты искал встречи со мной?

— Привет, Айс. Или тебя лучше называть Алексио? А может, ты отзовешься на Алана? — сказал Сема, и саркастическая улыбка исчезла с лица Айса.

— Ну что, нет смысла отрицать действительное, — сказал он. — Ты и правда много обо мне знаешь. Чего ты хочешь?

— Ты знаешь.

— Мою жизнь?

— И ее тоже.

Айс надул щеки и хлопнул по ним ладонями. Звук получился забавным.

— Тоже, кроме ЧЕГО?

— Киукано Скволус сегодня поднялся в последний раз.

— Поднимается член, Сема, или как там тебя. Это при условии, что ты не импотент. А этот остров пробудился от долгого сна. И потом он снова погрузится в сон. А потом опять проснется. И пукающий мудозвон вроде тебя не сможет изменить это.

— Мне жаль тебя разочаровывать, но ты глубоко заблуждаешься, — проговорил Сема.

Он искоса взглянул на Валика и сказал:

— Я должен был догадаться, что у тебя есть сообщник, кроме Исви. Но только я бы никогда не подумал, что это ты, Валентин.

— Мы квиты. Я тоже считал вас дурачком, — сделал Валик ответный «комплимент» Семе.

— Ладно. И как ты собираешься уничтожить остров? У тебя в заднице припрятан килограмм тротила? — поинтересовался Айс. — Или ты хлопнешь в ладоши и с важным видом скажешь: «Эники-беники ели вареники», и Киукано Скволус исчезнет, как дым?

Сема молчал.

— Что ж, игру в Зою Космодемьянскую мы тоже проходили, — промолвил Айс и хлестко ударил его по лицу. Из рассеченной губы мужчины потекла кровь.

— Велика заслуга — бить связанного, — сплевывая кровь, произнес Сема.

Айс улыбнулся:

— Да я хоть сейчас тебя развяжу, профессор кислых щей. Вот только после нашего единственного раунда тебя придется хоронить в закрытом гробу.

Послышался стон Катрин. Она открыла глаза и бессмысленно вращала зрачками по сторонам.

— Ну вот, все проснулись, — Айс потер ладони с довольным видом. — А теперь подъем и шагом марш.

— Куда? — спросил Сема.

— Доить верблюда. Сам увидишь. Ты ведь вроде все знаешь, чего спрашиваешь?

— Валик, какого хрена? Ты что, от жары сбрендил? — придя в себя, возмущенно выкрикнула Катрин. — Быстро развяжи меня!

Валик метнулся к девушке и со злостью выпалил:

— Закрой пасть! Знаешь, что такое валик, хиппи недоделанная? Открой словарь, если не в курсе! Это утолщенный и продолговатый цилиндр для накатывания краски! А еще это набитая подушка цилиндрической формы для поперечных краев дивана! Понятно тебе, Катя Фролова?! Я тебе не диванная подушка, а Валентин Евгеньевич Шмаков!

Айс беззвучно засмеялся:

— Браво, господин Шмаков. Наконец-то вы показали, что тоже умеете кусаться.

— Что ты делаешь? — испуганно спросила Катрин. — Ты что, с ним заодно? Ва… Валя, очнись!

— Я делаю то, к чему готовился полгода. Жаль, ты своего Диму не взяла. Из-за Марины мне ваша сладкая парочка сейчас ой как пригодилась бы.

Катрин была настолько потрясена поведением бывшего друга, что не придала значения последним словам.

— Ну все, потрепались, и хватит, — сказал Айс и дал пинка Семе. — Поднимайся, профессор. Тебя ждут великие открытия. Кто знает, может, твое имя занесут на скрижали истории. Хотя Сема звучит как-то… э-э-э, ну, словом, как Иванушка-дурачок.

— А если я никуда не пойду? — спросил Сема.

— Тогда я отрежу тебе палец, — делано вздохнул Айс, словно он искренне сожалел, что ему придется это сделать. Однако его мерцающие холодом глаза не оставляли сомнений, что, начни Сема сопротивляться, он именно так и поступит.

— А если ты будешь ерепениться, я тебя трахну, — обратился Айс к обомлевшей Катрин.

— Я тебе член откушу, — сказала она с ненавистью.

— Подавишься, — сказал Айс, быстро и ловко затянув на глазах связанных людей тряпки.

— Так будет лучше.

— Ты тварь, — тихо сказал Сема.

— Мы все твари, профессор. Или ты будешь отрицать это?

Сема не стал отвечать. Айс пихнул его в спину, и они пошли вперед.

* * *

Глядя на худую спину Катрин, Валик в очередной раз поразился, что ей все-таки удалось вспомнить Айса.

В тот день они собрались у него на даче. Праздновался его день рождения, и родители, смилостивившись, разрешили молодым отметить праздник на природе, предварительно взяв с Валика клятвенное обещание, что они не будут разжигать костер на улице, крепче пива ничего пить не будут и так далее. Валик скромно кивал головой, мол, конечно же, разумеется, а как же! Естественно, был и костер на улице, кроме пива была водка, портвейн, а друзья Катрин, приехавшие на раздолбанной «копейке», раскрашенной под зебру, ко всему прочему привезли спирт и травки.

Вечеринка была в самом разгаре, и Валик уже успел надраться, уснуть на клумбе, которую боготворила и облагораживала его мама, проснуться и даже протрезветь. К тому времени Катрин и ее неформальные фрэнды пускали «паровоз» уже не по первому кругу, и она, притомившись, плюхнулась на гамак. И когда Валик в окно увидел, как к ним во двор вошел высокий мужчина, он сразу узнал Айса. Тот о чем-то спросил Катрин и направился к дому.