Кровавый омут - Фрэнсис Пол Вилсон

Во втором футляре лежали свинцовые бляшки.

— Не получилось открыть до конца, черт возьми! — продолжал Карл. — Все равно дело стоящее. Ты бы только видела! Золотые монеты. Крюгеров больше нет, но вещи коллекционные, старые. Стоят целое состояние, будь я проклят! Знаешь что? Надо их заграбастать.

Возвращаясь к залитому красным светом столу, Джек заметил, как сосредоточенно и задумчиво мадам Помроль слушает мужа.

Наверно, готова была обругать лопуха, но одарила теплой материнской улыбкой:

— Видите, месье Батлер? Не стоило волноваться. Теперь успокоились?

— Еще бы. — Он сел, успев вытащить из рукава тридцать фальшивых сотенных бумажек, бросив их на колени. Положил на стол руки, держа между ними футляр. — Извиняюсь. Не знаю, что на меня нашло. В темноте перепугался и всякое такое.

— Абсолютно естественно, тем более при первом визите. — Мадам закрыла глаза рукой. — Я вступила в контакт с вашим дядей.

Джек вскочил со стула:

— Правда? Можно с ним поговорить?

— Связь прервалась, когда вы вышли из-за стола.

— Да что вы?

— Ничего страшного. Можно восстановить. Только она не очень хорошая, поэтому я должна задать кое-какие вопросы.

— Валяйте.

— Второе имя вашего дяди Томас, не так ли?

— По-моему, да... Мэтью Томас Вест. Откуда вы знаете?

— Он сам сказал, — улыбнулась мадам.

— Черт возьми! Даже жутко.

— Кажется, что-то его беспокоит. Не догадываетесь, что именно?

Джек виновато отвел глаза.

— Не имею понятия.

— Дело связано с наследством?

Он преисполнился благоговения.

— И это вам известно?

Хорошо помнится, что он сам сообщил Фостеру, будто унаследовал капитал вместе с братом, хотя лопухи частенько забывают, что успели выложить медиуму ценные сведения.

— Конечно, но потом связь прервалась... Кажется, упоминалось о вашем брате...

Джек заранее разработал легенду, включив всю информацию с веб-сайта, рассмотрев ее со всех сторон, не находя изъянов, надеясь, что мадам Помроль тоже их не обнаружит.

— Угу. Больше у дяди родных не осталось. Наши родители умерли, у него детей не было.

Детей не было... Старик, обреченный на одинокую смерть, ходил к медиумам в тщетной надежде связаться с покойной женой. Со мной ничего подобного не случится. Пока...

В груди всплеснулась теплая волна.

— Месье Батлер?

Он вздрогнул. Опять отключился. Господи Иисусе! Такого еще никогда не бывало. Нельзя этого допускать, иначе его больно ужалят.

— Извините, задумался о дяде Мэтте. В завещании он поделил капитал между мной и моим братом Биллом.

— Да, он сказал, что его жена Элис давно умерла. Теперь они снова вместе.

— Вы и про тетю Элис знаете? Потрясающе! И они снова вместе? Вот здорово!

— Они очень счастливы. Ну так что там с наследством?

— Я получил дом со всем содержимым. — Джек насупился, выпятил нижнюю губу. — А Билл коллекцию монет. Дядя Мэтт всегда его больше любил.

— Разве обе части не равноценны?

— В долларах приблизительно одинаково, — вздохнул он. — Но Биллу надо было только найти торговца монетами, и все дела. Знаете, сколько он выручил? Четверть миллиона. Вот так вот, — прищелкнул он пальцами. — Ни за что ни про что.

— А вам пришлось продавать дом. С большим трудом.

— Точно, черт побери. И еще мебель сбагрить. Выручил такую же сумму наличными да без конца до прошлой недели летал туда-сюда в Миннесоту. Почти полгода, будь я проклят!

Мадам Помроль по-французски пожала плечами:

— Все-таки у вас теперь много денег. Надо радоваться. Хотя я по-прежнему не понимаю, чем расстроен ваш дядя.

— Ну... — Джек снова отвел глаза. — По-моему, дело в этой коробочке.

— Да?

Он глубоко вздохнул:

— Я нашел ее на прошлой неделе, разбирая последнее барахло дяди Мэтта. Она заперта, ключа нет, хотел нести к слесарю, но...

— Что, мистер Батлер?

— Кажется, дядя Мэтт против.

— Почему вы так думаете?

— Не поверите, — нервно хихикнул Джек. — А может, и поверите, раз вы медиум и всякое такое. — Снова набрал в грудь воздуху, поколебался, постучал по футляру. — Кто-то или что-то ее утаскивает.

— Как это?

— Все время нахожу ее там, куда сроду не ставил. Серьезно.

— Может быть, ваша жена...

— Я один живу. Даже уборщицу не держу. Хоть ищу. Вы, случайно, не знаете?..

— Продолжайте, пожалуйста.

— Ладно... Она без конца исчезает, я ругаю себя за беспамятство. А в субботу едва не взбесился. Знаете, собрался идти к слесарю и не могу найти. Обыскал всю квартиру, везде опоздал, мастерская закрылась, потом вижу чертов футляр под кроватью... Под собственной кроватью! Как будто его нарочно спрятали.

Собственно, точно спрятали, и я догадываюсь, кто это сделал, черт побери!

— Дядя Мэтт?

— Наверно.

— Нет, точно. Он мне признался.

— Неужели вы знали? Почему же сразу не сказали?

— Хотела проверить, правду ли вы говорите. Теперь убедилась. Ваши слова совпадают с признанием дяди.

Еще бы.

— Скважина сплошь исцарапана, — прозвучал голос Карла. — Похоже, придурок хотел вскрыть футляр. Расспроси.

Мадам Помроль прокашлялась.

— Впрочем, вы кое-что утаили.

Хорошо бы уметь краснеть в таких случаях. Хотя в полутьме все равно незаметно.

— То есть?

— Безуспешно пытались открыть футляр.

Джек закрыл глаза.

— Господи! Передайте дяде Мэтту мои извинения.

— Поняли, что в футляре ценные монеты, по закону принадлежащие брату?

— Эй, минуточку! Дядя Мэтт завещал Биллу коллекцию, а мне дом со всем содержимым. Этот футляр был в доме, значит, он мой по праву.

— Ваш дядя не согласен. Говорит, там серебряные монеты невысокой стоимости.

Она пристально смотрела на него, стараясь догадаться, известно ли ему о содержимом коробки. Удалось удержаться от слишком поспешного отрицательного ответа и не показаться чрезмерно сговорчивым.

— Правда? — Он хмуро взвесил в руках коробку. — Тяжеловато для серебра.

Леди мигом развеяла его сомнения: