Истина - Мелани Раабе

Шум машин на улице, где несмотря на поздний час движение было весьма оживленным, где еще и дамочка за рулем кабриолета устроила настоящий концерт, гудя на все лады автобусу-«фольксвагену», остановившемуся во втором ряду и перекрывшему движение, – шум на улице, казалось, вдруг усилился. Прижимая мобильник к уху, я быстрым шагом свернула в первый попавшийся переулок, подальше от проезжей части. Оказалось, оживление царит и там, но я хотя бы могла расслышать то, что говорил Мирко.

– Извини, пожалуйста, – крикнула я в трубку. – Что ты сказал? Можешь повторить? Тут очень шумно.

Мирко выругался.

– Я сказал, что я вообще-то не такой. Что я вообще-то не особенно ревнивый. И уж точно я не рвусь отомстить, – говорил он. – Честное слово, спроси у кого угодно.

– Знаю, знаю, – ответила я. – Конечно, я это знаю.

Я прислонилась спиной к кирпичной стене дома, у которого стояла с телефоном, там в подвале размещалась прачечная. Молодые и красивые люди шли мимо меня, устремляясь в модные бары или клубы, для меня такие уже лет десять, не меньше, никакого интереса не представляют. Вот парочка, идут рука об руку, переходят на другую сторону улицы, где в полудреме сидит какой-то попрошайка, выставив на тротуар старую и драную шляпу, одной рукой почесывая своего шелудивого пса.

– У меня в кармане уже было кольцо наготове! – сообщил Мирко.

Мороз по коже. Вот проклятие. Разве я могла это знать?

– В последние месяцы все шло отлично. Можно сказать – все шло великолепно…

Он говорил и говорил, и я не сразу сообразила, что Мирко вдрызг пьян и лыка не вяжет.

– В смысле – мне было все ясно. Я думал, ну да, у нее сын от первого брака. Ну да, она все так и будет спрашивать, что там такое случилось с ее мужем.

Я понимала, кого он имеет в виду под словом «она».

– Но я, как только пришел в школу, пришел в первый раз и ее увидел в первый раз, я сразу понял: между нами что-то есть. Я сразу почувствовал. Сразу. Красивая, молодая, одна воспитывает ребенка, это ж надо, какие успехи в триатлоне. Такая сильная и такая беззащитная.

Конечно, при других обстоятельствах от самого надрыва в его голосе у меня тоже разорвалось бы сердце. Но я лишь невнятно ответила:

– Мне очень жаль, Мирко.

А ведь это правда. Мне было очень жаль, что в тот момент я ничего не чувствовала. И уж точно – ничего не чувствовала к Мирко. Я сразу отметила для себя, что оно именно так, и пришла в ужас. Что я за человек такой? Я убила человека на дороге. Я использовала Мирко, чтобы избавиться от Филиппа, а потом просто бросила, потому что больше в нем не нуждалась. Вот просто так. А самого Филиппа…