Игры наследников - Дженнифер Линн Барнс

Мы с Нэшем прошли два лестничных пролета и три коридора. Вскоре на нашем пути возник дверной проем, забаррикадированный кирпичом.

– А это что такое? – спросила я.

Нэш моментально сбавил шаг.

– Крыло моего дяди. Старик забаррикадировал его сразу же после гибели Тоби.

Это абсолютно нормально, подумала я. Все равно что лишить наследства всю свою семью и за долгих двадцать лет не обмолвиться об этом ни словом.

Нэш снова прибавил шаг, и наконец мы оказались перед стальной дверью, напоминавшей дверцу сейфа. На двери висела ручка кодового замка, вокруг которой были расположены цифры, а под ней – пятиконечный винт. Нэш привычным движением выкрутил ручку в нужные стороны – влево, вправо, снова влево – слишком быстро, чтобы я успела заметить цифры, входящие в состав кода. Раздался громкий щелчок, а потом он повернул винт. Стальная дверь распахнулась, а за ней показался коридор.

Интересно, это какой такой библиотеке нужна такая система безопа…

Не успела эта мысль дооформиться у меня в голове, как Нэш переступил порог, и я вдруг поняла, что за дверью скрывалась вовсе не комната. А целое крыло.

– Старик взялся за строительство этой части дома, когда я родился, – сообщил Нэш. Стены в коридоре вокруг нас были щедро увешаны рычагами, кнопками, замками, ключами, точно произведениями искусства. – Хоторны с младенчества учатся вскрывать замки отмычками, – пояснил мне Нэш, пока мы шли по коридору. Я заглянула в комнату слева – в ней обнаружился маленький самолет, вот только совсем не игрушечный. Самый настоящий одноместный самолет.

– Так это твоя детская? – спросила я, с любопытством обводя взглядом остальные двери в коридоре и гадая, что за тайны могут скрываться за ними.

– Скай было всего семнадцать, когда я родился, – сказал Нэш, пожав плечами. – Она, конечно, попыталась отыграть роль хорошей матери. Но получилось не очень. Старик хотел как-то восполнить для меня эту потерю.

Соорудив… такое.

– Пойдем. – Нэш провел меня в конец коридора и открыл очередную дверь. – Зал с автоматами, – пояснил он, хотя в этом не было необходимости. Я увидела поле на ножках для игры в настольный футбол, бар, три пинбольных автомата и стену, уставленную другими автоматами для разных видеоигр.

Я подошла к пинбольному автомату, нажала на кнопку, и он ожил.

Я посмотрела на Нэша.

– Ничего, я подожду, – сказал он.

Стоило бы сосредоточиться. Все-таки мы шли в последнюю библиотеку – в место, где, возможно, отыщем стол «Давенпорт» и новую подсказку. Но почему бы не сыграть разок? Это делу не помешает. Я подергала за рычажок, проверяя, работает ли он, а потом запустила мяч.

Увы, мой итоговый результат никак нельзя было назвать рекордным, но когда игра кончилась, на экране зажглась просьба ввести мои инициалы, и когда я их напечатала, на дисплее высветилось знакомое приветствие.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ДОМ ХОТОРНОВ,

ЭЙВЕРИ КАЙЛИ ГРЭМБС!

Точно такое же послание я прочла, когда решила поиграть в боулинг, и в точности как и тогда, меня вдруг накрыло ощущение, что повсюду, куда ни глянь, меня подстерегают призраки Тобиаса Хоторна.

Будь вы даже сто раз уверены в том, что перехитрили нашего деда, на самом деле это он вас обвел вокруг пальца, и никак иначе.

Нэш тем временем направился к бару.

– В холодильнике полно сладкой газировки. Какой яд предпочитаешь?

Я подошла ближе. Оказалось, что «полно» – никакое не преувеличение. Все полки были уставлены стеклянными бутылочками с газировкой всевозможных цветов.

– Сахарная вата? – Я поморщилась. – Кактус? Бекон с халапеньо?

– Когда родился Грэй, мне было шесть, – заявил Нэш с таким видом, точно это объясняло разнообразие вкусов газировки. – Старик открыл эту комнату в день, когда младшего братца привезли домой. – Он открутил крышку с бутылки, полной подозрительной зеленой жидкости, и сделал глоток. – Когда родился Джейми, мне было семь, а еще через полтора года появился Ксандр. – Он выдержал паузу, точно оценивая, хороший ли из меня слушатель. – У тети Зары и ее первого супруга никак не получалось завести ребенка. А Скай пропадала из дома на несколько месяцев, а возвращалась уже беременной. Как говорится, намыльте, тщательно смойте водой, повторите сначала.

Пожалуй, ничего путанее я еще в своей жизни не слышала.

– Может, все-таки возьмешь что-нибудь? – предложил Нэш, кивнув на холодильник.

Мне приглянулось разом бутылок десять, но я решила ограничиться газировкой со вкусом сливочного печенья. Я посмотрела на Орена, который все это время играл роль моей молчаливой тени. Никаких указаний на то, что пить газировку опасно, не последовало, и я, сняв крышку, сделала глоток.

– Так что с библиотекой? – напомнила я Нэшу.

– Почти пришли, – сказал Нэш и провел меня в соседнюю комнату.

– Игровая, – объявил он.

Посреди комнаты стояло четыре стола. Прямоугольный, квадратный, овальный, круглый. Все – черные. Все остальное – стены, пол, полки – было белым. Полками были уставлены три из четырех стен.

Но полки не с книгами, заметила я. А с играми. Тут были сотни, а может, и тысячи коробок с настольными играми. Не в силах сопротивляться искушению, я подошла к ближайшей полке и провела пальцами по коробкам. Большинства названий я даже ни разу не слышала.