О чем молчат мертвые - Лаура Липман

– Отличная сотрудница, очень ответственная, – добавила девушка. – Пару раз она даже заменяла бармена, когда он прогуливал свою смену. Шеф с большой неохотой отпустил ее.

– Почему она уволилась? – спросил Кевин.

– Видимо, захотела начать все сначала. Ну, после пожара и все такое.

Даже выражая искреннее сожаление, Хизер лучилась от безграничного восторга, словно ее красота, ее прекрасное молодое тело были насквозь пропитаны радостью и весельем. Инфанте захотелось сойтись с ней поближе и поглотить немного этой радости.

– А что насчет этой женщины? – Он достал фотографию предполагаемой Хизер Бетани. – Вы ее узнаете? Может, видели их вместе с Пенелопой?

– Нет. Но тогда… Я вообще ни с кем ее не видела, даже с ее парнем. Она говорила о нем, и, насколько я помню, как-то раз он к нам заходил, вот и все. – Менеджер поморщилась. – Мерзкий мужик. Он мне тогда кое-что сказал, но я не стала говорить об этом Пенелопе. Он же был пьян.

– Она не говорила, куда собирается, прежде чем уехать?

– Нет, по крайней мере, мне она ничего не сказала. Пенелопа намекнула, что увольняется, и мы устроили для нее небольшую вечеринку в конце смены. Торт и все такое. Но, знаете, она ни с кем особо не разговаривала, все время была какая-то тихая. Думаю… – Хизер запнулась. Девушка не хотела сплетничать, и это выглядело так трогательно, так искренне, что она стала нравиться Инфанте еще больше. Он опросил множество людей, и чуть ли не каждый буквально упивался возможностью оклеветать кого-нибудь другого и рассказать о нем как можно больше гнусных фактов, прикрываясь своим гражданским долгом.

– Думаете, она ни с кем не общалась из-за того, что происходило у нее дома? – предположил детектив.

Его собеседница с облегчением кивнула. Господи, как же он хотел ее трахнуть! Рядом с ней он чувствовал бы себя словно на каком-то солнечном пляже с идеальным бархатным песком. Она была такой чистой, такой искренней… Ее родители наверняка все еще были женаты, может, даже до сих пор любили друг друга. Сама она училась в школе, где пользовалась популярностью как среди парней, так и среди девчонок. Кевин даже представил, как прилетают птички и садятся ей на плечо, будто в каком-нибудь диснеевском мультфильме.

– Она пришла как-то раз с синяком на лице. Я только посмотрела на нее, а она очень сильно расстроилась. Говорит: «Ты не понимаешь, что происходит». А я отвечаю: «Я же ничего не говорю, но если тебе вдруг нужна моя помощь…» А она мне: «Нет-нет, Хизер, ты не понимаешь, все не так, как ты подумала, это произошло случайно». А потом… потом… – Хизер нервно сглотнула. Инфанте в это время изо всех сил старался сосредоточиться на ее словах, пытаясь одновременно придумать повод, чтобы уговорить ее сесть к нему в машину и оседлать его. – Потом она сказала: «Не волнуйся, оно того стоит. Я еще всем покажу». Это было на День благодарения.

– Что она имела в виду?

– Не знаю. Мы больше не разговаривали на эту тему. Наверное, в этом была и моя вина. Нужно было позвонить кому-то, попытаться ей помочь. Но, с другой стороны, она гораздо старше меня. Я и не знала, как ей помочь.

– Вам не в чем себя винить, – сказал Инфанте и поспешил воспользоваться возможностью погладить девушку по плечу. Весьма подходящий момент…

– Может, вам что-то принести? Поесть или выпить? – Ее голос стал более низким, почти хрипловатым.

– Наверное, не стоит. Через час мне уже надо быть в аэропорту, чтобы успеть на самолет до Балтимора.

Молодой человек заметил, как Хизер украдкой взглянула на его левую руку.

– Из Джексонвилля туда идет много рейсов, – сказала она. – Вы могли бы уехать с утра, что это изменит? Прилетите домой часов в девять, а утра или вечера – какая разница?

– Но я уже выселился из мотеля.

– О, да с жильем никаких проблем не будет! Люди здесь очень приветливы. К тому же тут весело, на Святом Саймоне. Держу пари, вы тут ничего толком не видели.

Кевин задумался. Ну еще бы! Перед ним стояла красивая девушка, так и обещавшая трахнуть его после смены. Он мог бы пока посидеть в баре, попить пива, потомиться в сладком ожидании, наблюдая, как она разгуливает по залу в коротеньких шортиках цвета хаки. Она, наверное, напоит его за счет заведения или хотя бы сделает небольшую скидку. Да и какая разница, прилетит он в субботу вечером или в воскресенье утром? Нэнси будет проводить допрос сегодня, причем уже вот-вот начнет. По его расчетам, он бы не успел в любом случае, и вины его здесь никакой не было. Ладно, скажем так, в этом не было ничьей вины, но его – в первую очередь. Инфанте уже даже придумал отговорку: из-за аварии на дамбе он оказался в ловушке на этом острове и не смог улететь в Балтимор вечером. По новостям это крутить явно не стали бы, так что никто и не подумает усомниться в его словах. В конце концов, необязательно быть выдающимся детективом, чтобы встретить мамашу Хизер в аэропорту. Пусть кто-нибудь другой нянчится с ней, отвозит ее в отель и составляет ей компанию. Черт возьми, Ленхарду ведь наверняка понравится рассказ о его южных похождениях! «Ну как, нашел что-нибудь интересное?» – «Нет, но я нашел отличную киску!»

Детектив провел по запястью девушки кончиками пальцев, наслаждаясь ее теплом, бьющей фонтаном энергией и своеобразной наивностью. Кевину не нравилось спать с девственницами, но ему нравилась невинность, строящаяся на уверенности в том, что в жизни всегда все будет стабильно и гладко. Может быть, этой Хизер и правда повезет. Может, все, кого она любит, умрут во сне, в преклонном возрасте. Может, ей никогда не придется сидеть с мужем на кухне и плакать над счетами, которые они не в состоянии покрыть. Может, ее дети всегда будут давать ей повод для гордости и радости. Может быть. Должна ведь хоть у кого-то быть такая жизнь, верно? Ему ни разу не встречались такие люди, но должны ведь они существовать.

Он нежно взял ее ладонь в свою и попрощался, пытаясь дать ей понять голосом и интонацией, как ему жаль, что нужно уезжать.

– Уже? – удивленно спросила Хизер. Очевидно, она не привыкла, чтобы ее так просто бросали.

– Быть может, в другой раз, – ответил полицейский, имея в виду: завтра или на следующей неделе… А может, он вообще улетит домой в компании юной красотки, с которой познакомится в баре. Но пока ему нужно вернуть машину обратно в пункт проката и успеть на ночной рейс в Балтимор.

На выезде из Брансуика Инфанте остановился возле кафе-барбекю и купил Ленхарду футболку. На ней была изображена мускулистая свинья с надписью: «Нас никто не победит». И даже притом, что Кевин сделал незапланированную остановку, чтобы подкрепиться огромным сэндвичем со свининой, он прибыл в аэропорт так рано, что в итоге ему пришлось проторчать около часа в зале ожидания. В конце концов он сел на другой самолет и прибыл в Балтимор гораздо раньше, чем рассчитывал изначально.