Не оглядывайся! - Карин Фоссум

Йонас вопросительно посмотрел на них, обвел взглядом комнату и развел руками.

— Здесь только я. И мне как раз пора закрываться. Уже поздно.

— Мы бы хотели осмотреть помещение. Очень быстро, разумеется.

— Честно говоря…

— Возможно, он проскользнул сюда незамеченным и где-то прячется. Никогда нельзя знать наверняка.

Сейер дрожал, и Скарре вдруг подумал: он выглядит так, будто у него под рубашкой прячутся семь ветров.

— Я закрываюсь! — резко сказал Йонас.

Они прошли мимо него и поднялись по лестнице. Огляделись. Заглянули в офис, открыли двери в туалет, поднялись на чердак. Никого не было видно.

— Кого вы надеялись здесь найти?

Йонас облокотился на перила и смотрел на них, приподняв брови. Его грудная клетка поднималась и опускалась под рубашкой.

— Хальвора Мунтца.

— И кто же это такой?

— Друг Анни.

— И что ему здесь могло понадобиться?

— Я точно не знаю… — Сейер невозмутимо ходил вдоль стен. — Но он намекнул, что собирается сюда. Он играет в детектива, и я думаю, мы должны остановить его.

— В этом я с вами целиком и полностью согласен, — кивнул Йонас и сдержанно улыбнулся. — Но ко мне не заходили никакие братья Харди.

Сейер пнул ковер, свернутый в рулон, носком ботинка.

— В доме есть подвал?

— Нет.

— Куда вы уносите ковры на ночь? Они остаются здесь?

— Большая часть. Самые дорогие я убираю в сейф.

— Вот как…

Он внезапно увидел маленький столик из красного дерева. На полу вокруг были рассыпаны монеты.

— Вы так небрежно обращаетесь с разменными монетами? — с любопытством спросил он.

Йонас пожал плечами. Сейеру не нравилось, что здесь так тихо. Ему не нравилось выражение лица торговца коврами. В углу он внезапно увидел розовое ведро для мытья пола и рядом с ним — половую щетку. Пол был мокрый.

— Вы сами моете полы? — тихо спросил он.

— Это последнее, что я делаю перед закрытием. Я экономлю на уборщице. Как видите, — сказал он, наконец, — здесь никого нет.

Сейер посмотрел на него.

— Покажите нам сейф.

На какое-то мгновение ему показалось, что Йонас откажется, но тот двинулся вниз по лестнице.

— Он на первом этаже. Конечно, вы должны на него посмотреть. Он, разумеется, закрыт, и никто не может спрятаться там.

Они проследовали за ним на первый этаж, а оттуда — в угол под лестницей, где увидели стальную дверь, очень низкую, но зато гораздо более широкую, чем обычные двери. Йонас подошел к ней и набрал шифр, повернул ручку вперед-назад несколько раз. Каждый раз они слышали слабый щелчок. Он все время работал левой рукой; это выглядело неуклюже, Йонас явно был правшой.

— Он так нужен вам, этот мальчик? И вы думаете, я могу спрятать его здесь?

— Возможно, — коротко ответил Сейер, следя за неуклюжими движениями левой руки. Йонас напряг все свои силы, чтобы открыть тугую дверь.

— Вам наверняка будет проще, если вы задействуете обе руки, — сухо заметил он.

Йонас приподнял бровь, как будто не понял. Сейер заглянул в маленькую комнату, в которой находились сейф поменьше, две-три картины, прислоненные к стене, и множество ковров, стоящих у стены и сложенных на полу.

— Вот и все.

Он вызывающе посмотрел на полицейских. Помещение заливал яркий свет двух длинных ламп дневного света на потолке. Стены были пусты.

Сейер улыбнулся.

— Но он был здесь, не так ли? Чего он хотел?

— Здесь никого не было, кроме вас.

Сейер кивнул и вышел. Скарре с сомнением посмотрел на шефа, но последовал за ним.

— Если он появится, вы свяжетесь с нами? — сказал наконец Сейер. — Ему сейчас нелегко, после всего, что произошло. Ему требуется помощь.

— Разумеется.

Дверь сейфа снова закрылась.

* * *

На парковке Сейер указал Скарре на место водителя.

— Выезжай задним ходом, а потом заедем во двор тут, наверху. Видишь?

Скарре кивнул.

— Остановись тут. Мы подождем, пока он выедет, и двинемся за ним. Посмотрим, куда он направится.

Им не пришлось долго ждать. Прошло не больше пяти минут, и Йонас показался в дверях. Он закрыл дверь, включил сигнализацию, прошел мимо серого «Ситроена» и исчез у выезда с заднего двора. Пару минут его не было видно, потом он появился в старом «Транзите». Тот остановился у выезда на дорогу, включился левый поворотник. Сейер отчетливо слышал, как стучит мотор.

— Ну конечно, у него есть фургон, — сказал Скарре.

— Цилиндр барахлит. Стучит, как старый катер. Трогайся, но будь осторожен. Он поедет вниз, к перекрестку, не подъезжай слишком близко.

— Ты не видишь, он смотрит в зеркало заднего вида?

— Не смотрит. Пропусти эту «Вольво», Скарре, зеленую!

«Вольво» затормозила — она обязана была уступить дорогу, — но Скарре кивнул и помахал ей. Шофер поблагодарил его раскрытой ладонью.

— Он мигает правым поворотником. Перестраивайся в правый ряд! Черт, слишком мало машин, он нас заметит.

— Он нас не видит, идет как по рельсам. Куда, ты думаешь, он направляется?

— Возможно, на улицу Оскаргате. Он же собрался переезжать, верно? Теперь аккуратно, он тормозит. Следи за машиной пивоваренного завода, если она проедет перед тобой, мы можем его потерять!

— Легко сказать. Когда ты купишь машину попроворнее?

— Он снова тормозит. Держу пари, он поедет по улице Бёрресенс. Будем надеяться, что «Вольво» поедет этой же дорогой.

Йонас легко и элегантно вел большой автомобиль по городу. Он включил поворотник, сменил ряд, приблизился к Оскаргате; теперь полицейские ясно видели, что он постоянно смотрит в зеркало заднего вида.

— Он останавливается у желтого дома. Это номер пятнадцать. Стоп, Скарре!

— Прямо здесь?

— Глуши мотор. Здесь он выйдет.

Йонас выпрыгнул из машины, огляделся и перешел улицу широкими шагами. Сейер и Скарре уставились на дверь, возле которой он остановился и зазвенел ключом. В руках у него был только ящик с инструментами.

— Он зайдет в квартиру. Мы пока подождем. Когда он будет внутри, ты добежишь до его автомобиля. Я хочу, чтобы ты заглянул в заднее окно.

— Что, ты думаешь, у него там?

— Мне страшно даже представить. Все, можешь бежать. Давай, Скарре!

Скарре выскользнул из машины и побежал, согнувшись, как старик, скрываясь за припаркованными машинами, обежал фургон кругом, приставил ладони сбоку к глазам, чтобы лучше видеть. Через три секунды резко обернулся и, так же, пригнувшись, вернулся назад. Рухнул на сиденье и захлопнул дверцу.