Особо опасен - Мишель Мартинес

– Почему?

– Мы только-только присели. Можем мы пять минут поболтать о чем-нибудь другом?

– О чем, например?

– Ну, не знаю. Например, о том, что ты делаешь в свободное время, или какие предметы ты больше всего любила в школе, или когда ты первый раз поцеловалась.

– Мы же не на свидании.

– Да ладно. Почему бы нам не поболтать? Чего тебе это будет стоить?

«Возможно, это будет стоить гораздо больше, чем мы оба предполагаем», – подумала Мелани, глядя ему в глаза. Его присутствие и стремление быть к ней ближе опьяняли. В данный момент она так уязвима, а Дэн так пленителен. Неизвестно, куда это может их завести, но внутренний голос велел ей остановиться.

– Какая тебе разница, когда я первый раз поцеловалась? – спросила Мелани. Она хотела заставить его заткнуться, однако разговоры о поцелуях невольно на нее подействовали. Мелани не удержалась и бросила взгляд на его губы. Прелестные губы, сильные и чувственные.

– Хотел узнать о тебе побольше, вот и все, – ответил Дэн. Потом взял Мелани за левую руку и легонько провел пальцем по оставленной кольцами полоске: – Например, что стряслось вот с этим?

Мелани отдернула руку и схватила кружку, пытаясь не обращать внимания на бешено колотящееся сердце.

– Забыла утром надеть кольца. И что? – ответила она, опустив взгляд в кружку.

– Неужели? Повтори это, глядя мне в глаза.

Мелани подняла взгляд. Дэн смотрел на нее так испытующе, что у нее язык не повернулся соврать.

– Тебя это не касается, – нерешительно ответила она, ставя кружку на стол и забыв отхлебнуть.

– Мелани, я твой друг. По крайней мере хотел бы им быть. Сдается мне, что друг тебе не помешает.

Мелани молча вздохнула.

– Честное слово, я знаю, что ты чувствуешь, – продолжал он. – Я и сам не люблю болтать о личном. Мне тоже пришлось через кое-что пройти, и я никогда никому об этом не рассказывал. Но потом становится одиноко. Я не собираюсь выспрашивать, просто…

Он замолчал. В его глазах светилось искреннее участие – и что-то еще. Что-то похожее на боль. Мелани безумно захотелось ему довериться, рассказать обо всем. Не только о семейных проблемах, вообще обо всем, что она пережила начиная с раннего детства. Однако подобная исповедь – непозволительная роскошь. Они со Стивом собираются наладить отношения. Ей следует позаботиться о Майе.

Дэн наблюдал за сменой чувств на ее лице.

– Просто… мне бы не хотелось, чтобы ты без всякой нужды чувствовала себя одинокой. С тобой что-то творится. Расскажи. Полегчает.

Мелани казалось, что она пытается плыть против течения. Ей хотелось сдаться и позволить волнам унести ее. Помощь Дэна отнюдь не помешала бы.

– Мы с мужем… расстались и живем отдельно. Временно. Я имею в виду, мы еще можем снова сойтись.

– Почему? Что случилось? – поинтересовался Дэн.

– Ну… обычная история. Раньше виновата была секретарша, верно? Как их там сейчас называют, административный помощник?

– Он тебе изменил? – ошеломленно спросил Дэн.

Мелани пожала плечами, словно ответ был очевиден, однако изумление Дэна пришлось ей по душе.

– Идиот безмозглый! Да он вообще тебя не стоит! Я так и скажу ему прямо в лицо. Черт побери, да я из него котлету сделаю, если хочешь.

– Да нет, не надо. Хотя за предложение спасибо, – засмеялась она, качая головой.

Он наклонился к ней через стол и снова взял за руку. Их пальцы переплелись. Рассудок велел ей отдернуть руку, но рука не повиновалась.

– Послушай, – сказал Дэн, склоняясь еще ближе, – можно, я тебе кое-что скажу?

– Скажи, – выдохнула Мелани, боясь услышать его слова. События развивались слишком стремительно.

И вдруг мгновенную паузу разорвал трезвон сотового телефона в ее сумке.

– Не отвечай, – попросил Дэн, однако Мелани отдернула руку и потянулась за сумкой. Пока она вытаскивала телефон, тот затих. Мелани взглянула на высветившийся номер – звонил Стив.

– Черт, я совсем забыла! Я же договорилась встретиться с мужем. Погоди-ка, – сказала Мелани, проверяя автоответчик на мобильнике. Стив звонил из такси по дороге к психотерапевту, чтобы дать ей адрес. – Мне пора идти.

– Почему? – расстроился Дэн. – Подожди. Еще рано.

– Я же сказала, что мы расстались только временно. Мы пытаемся наладить отношения и идем сегодня на консультацию к психотерапевту.

– Хорошо, – стоически кивнул Дэн. – Понимаю. Давай я тебя отвезу.

– Не надо, – твердо отказалась она.

– Почему? Тебе куда ехать?

– На западную сторону, но дело не в этом. Не могу же я появиться у психотерапевта в сопровождении другого мужчины.

– Пока Хирург все еще на свободе, я ни за что не отпущу тебя одну.

– И все-таки лучше не надо.

– Надо. Я настаиваю. Я высажу тебя за углом, если тебе так хочется.

– Дэн, ну пожалуйста.

– Пойдем, чего зря терять время на бессмысленные препирательства.

Мелани так и не поняла, почему она оказалась в машине Дэна: то ли потому, что он настоял, то ли потому, что ей не хотелось отказываться.

– Куда едем? – спросил он.

– Уэст-Энд и Восемьдесят пятая улица. Психотерапевт принимает клиентов на дому.

– О Господи, небось какой-нибудь бывший хиппи. С длинными седыми космами и в балахоне.

Мелани захихикала:

– Она женщина. Вполне возможно, я ее еще не видела. Сегодня первый раз.

– Никогда не верил в этот бред про семейную психотерапию. Или вы сами как-нибудь между собой разберетесь, или все кончено.

– Вот как? А тебе откуда знать про семейные отношения?

– Да уж знаю, поверь мне. И весьма неприглядные вещи. Хотя, с другой стороны, может, я просто не на той женился. Может, ты тоже не за того вышла. – В свете фар встречной машины на лице Дэна стала видна мрачная решимость.

– Я не знала, что ты был женат, – заметила Мелани.

– Ну, такие вещи не выкладывают при первой же встрече.

– Так что у вас случилось?

Он молча смотрел на дорогу. Тишина сгущалась.

– Извини, – сказала Мелани. – Теперь я лезу в твои дела.

– Да нет, ничего. Я хотел тебе рассказать, но… Я же говорил, что не люблю трепаться о личном. Я до сих пор никому об этом не рассказывал.

– Никому не рассказывал о своем разводе? Совсем-совсем никому? – удивилась Мелани.

– Ни одной живой душе.

– А как давно вы разошлись?

– Четыре… нет, уже почти пять лет назад.