Лес Самоубийц - Джереми Бейтс

— Так значит, нас ты не хочешь оставлять, а Джона с Нилом — нормально?

— Что ты, черт побери, хочешь от меня, Мел?! — Я начал выходить из себя. — Я бы никого здесь не оставлял, если б мог, но это не выход. А если нам повезет и мы отсюда выберемся, то сможем вернуться к ним в течение пары часов.

— А если нет? Если мы заблудимся?

— Они умрут, — ответила Нина. — Нил, по крайней мере. Он уже на грани.

— Вот именно, — сказал я. — Нил на грани. Все равно, топчемся мы здесь или попытаемся выбраться и заблудимся к чертям. Он не жилец. Наш единственный шанс в том, что мы не заблудимся! Что мы отсюда выберемся и приведем помощь.

— Как мы найдем обратный путь? — спросила Нина.

— Оставим метки. Двое буду!' нести носилки, третий — ломать ветки или что-то в этом роде.

— Как мы поймем, в какую сторону идти? — сомневалась Мел.

— Я заберусь на дерево.

— Ты?!

— Это единственный вариант.

— Ты же высоты боишься!

— Мел, если не хочешь лезть сама, прекрати это обсуждать, у нас все равно нет…

Резкий звук прервал меня на полуслове. Нина от неожиданности даже подпрыгнула, а мы с Мел инстинктивно пригнулись, в любую минуту готовые бежать или защищаться.

— Что это, черт возьми, было? — прошептал я. Звук был такой, будто кто-то несколько раз быстро ударил по дереву бейсбольной битой.

Я сжал крепче копье, которое зачем-то таскал с собой.

Тук-тук-тук.

Я пошел в сторону звука, удивляясь сам себе. Что я творю? Это копье выглядит детской игрушкой. Что, если у этого человека при себе пистолет, мачете или арбалет…

Тук-тук-тук.

Я остановился и выдохнул с облегчением.

Метрах в шести над землей, на стволе старого кипариса примостился ярко-зеленый дятел. Он повернул ко мне свою серую головку, демонстрируя красный клюв и хохолок желтого цвета. Дятел внимательно оглядел меня и вернулся к дырке, которую проделывал в древесине.

— Это просто дятел! — Я показал на него рукой. Хотелось рассмеяться, но нервы были на пределе.

— Я его прикончу к чертям! — воскликнула Нина, выходя из-за сосны, за которой укрывалась. — Меня чуть удар не хватил!

Мел подобрала с земли ветку и бросила ее в сторону птицы. Ветка даже не задела дерева, на котором сидел дятел.

— Значит, тут все же есть жизнь. — сказала она.

— Есть. Я оленя видел, — подтвердил я.

— Когда?

— Утром, сразу, как только встал.

— А почему нам не сказал?

— Ну, все еще спали, а потом выяснилось, что Томо пропал… — Меня передернуло. К черту оленя. — Ладно. Смотрите, уже три часа дня. Мы теряем время. Надо выдвигаться.

— Мы не можем оставить никого на произвол судьбы! — упрямилась Нина.

— Господи, Нина, ты вообще слушаешь, что я говорю? Нет у нас выбора! Если мы останемся, сначала умрет Нил, потом Джон Скотт, а потом и мы. Да, и мы тоже! Ты думаешь, тебе сейчас фигово? Представь, каково тебе будет еще через сутки без еды и воды! И это в том случае, если мы не найдем тебя болтающейся на ветке.

Нина мгновенно побледнела, как лист бумаги.

Я помотал головой.

— Прости, Нина. Но с каждой минутой, что мы тратим на спор, уходит световой день. Да? Так что вопрос не в том, ночуем мы или нет. Вопрос в том, кого мы берем!

— Я предполагаю, ты хочешь оставить здесь Джона? — с вызовом спросила Мел.

— Я считаю, что состояние Нила хуже.

— Ты не хочешь взять Джона, потому что он тебе не нравится.

— Личные чувства тут ни при чем.

— Тогда я за Джона.

— А вот ты сейчас следуешь эмоциям.

— Ничуть.

— Тогда объяснишь свой выбор?

— Джон страдает от боли. Нил — нет. И мы не знаем, как обстоят дела с его ногой. Она до сих пор кровоточит. Если кровяное давление слишком упадет, он может впасть в кому или умереть от остановки сердца.

— Нина?

— Не буду я выбирать.

— Хватит жевать сопли, Нина! Джон или Нил?

Ее глаза наполнились слезами, я думал, что ответа мы не дождемся. Очень тихо она произнесла:

— Джон Скотт. Я думаю, нам надо нести Джона Скотта.

— Почему? — спросил я.

— Он моложе, — просто ответила она.

Мне хотелось переубедить их, объяснить, что мы рискуем жизнью Нила, но выбор был сделай.

Мел пошла к Джону Скотту, чтобы сообщить о нашем решении, а я отправился к Нилу.

Он был очень бледен и с трудом дышал.

— Нил, это я, Итан. Ты меня слышишь?

Он не ответил.

— Нил! Ты слышишь меня?

Он открыл глаза, сфокусировал на мне взгляд и снова прикрыл веки.

— Послушай, — сказал я, — Джон Скотт упал с дерева. Нога всмятку. Мы собираемся вытащить его отсюда, чтобы он не истек кровью. Потом мы тут же вернемся за тобой. Ты меня слышишь? Мы вернемся.

Нил не отвечал.

— Скоро стемнеет, — продолжил я, — но мы тебя вытащим. Только лежи спокойно под спальником. И никуда не уходи. Ты меня понял? Это самое важное. Никуда не уходи отсюда, чтобы мы смогли тебя отыскать.

Я не думал, что Нил сможет и три метра пройти в любом направлении, но я хотел убедиться в том, что он никуда не пропадет, если вдруг чудесным образом исцелится в наше отсутствие.

— Нил! Ты меня слышишь?

Ответа не последовало.

Я нащупал его руку под спальным мешком и легонько пожал ее.

— Скоро увидимся.

Я встал и вернулся к остальным. Кажется, у Мел с Джоном назрел спор.

— Что происходит? — спросил я.

— Джон бредит, — ответила Мел. — Он хочет, чтобы мы забрали Нила.

Я в недоумении воззрился на Джона Скотта.

— Ему хреновее, чем мне, — твердо сказал он. — Я смогу протянуть ночь в одиночестве.

— Не валяй дурака, Джон, — настаивала Мел. — Ты истечешь кровью, если…

— Это ты не валяй дурака, и валите отсюда скорее.

— Мы не собираемся…

— Ты слышишь, что я говорю?

— Джон!

— Это мой выбор, черт побери! — выкрикнул он со свирепой решимостью в голосе. — Мой, черт бы тебя побрал! Не твой. Все, тема закрыта!

Какое-то время Мел еще питала надежду переубедить Джона, наплевав на его альтруистический порыв и свободный выбор, но гремучая смесь эмоций в его взгляде — коктейль из решимости, боли и злости — заставила ее отступить.

— Эй, Итос! — Джон уставился на меня лихорадочно горящими глазами.

— Да?

— Ты правда собираешься залезть на дерево?

— Ага.

Он кивнул головой как бы в одобрение.

— Не оплошай…

30

Мы снова стояли под той же