По лезвию ножа - Маркус Сэйки

Избитое тело отказывалось подчиняться. Дэнни чувствовал каждое мучительно медленное движение. На краю бетонной плиты Нолан что-то презрительно пробормотал. Эван холодно рассмеялся в ответ, явно чувствуя себя хозяином положения. Вот он знакомым движением склонил голову к плечу, разминая шею, и подался вперед, не отрывая пистолета от лба детектива.

Дэнни держал на мушке Эвана, бывшего друга детства; сощурившись, хладнокровно прицелился ему в грудь, в самое сердце. Нужно выбросить все из головы, на время забыть о Карен, Томми, Дебби и Патрике; убедить себя, что Эван – всего лишь мишень.

Дэнни нажал на спусковой крючок.

Щелчок гулким эхом раскатился по пустому помещению.

Эван развернулся и, инстинктивно отпрянув от Нолана, выбросил руку вперед. Бессильно глядя в лицо смерти, Дэнни замер в ожидании толчка в грудь. Интересно, услышит ли он выстрел, прежде чем почувствует пулю?

Макганн рассмеялся:

– Вместо того чтобы запрещать мне играть с оружием, лучше бы сам научился с ним обращаться!

В телевизионных сериалах копы перед выстрелом отводят назад затвор на верхней части пистолета. Дэнни проделал то же самое, снова нажал на спусковой крючок: пистолет щелкнул.

– Он пустой! – улыбнулся Макганн, не сводя с Картера наведенного ствола. – Наш Грязный Гарри[29]увлекся, а я дождался, пока он расстреляет все патроны и соберется обойму менять.

Дэнни выпустил оружие из обессиленной руки. Пистолет с грохотом упал рядом с сумкой. Бросаться на Эвана бесполезно. Вокруг – открытое пространство. Спрятаться негде.

Ходов не осталось.

– Забавно, – усмехнулся Макганн. – Друзья встречаются вновь: парни из ирландского квартала в сборе!

– Только Патрика нет… – устало заметил Дэнни. На гнев сил у него не осталось.

– Лес рубят – щепки летят, – пожал плечами Эван. – Ловко у нас вышло! Полный набор: коп, преступник и ты, Дэнни, – не пойми кто. Ты за кого?

– Я… – изображая замешательство, протянул Картер и сделал шаг вперед. – Я просто обычный парень.

«Хорошо бы подобраться поближе – вдруг сумею броситься на Макганна?»

– Я рассержусь, – улыбнулся Эван. – Ты опять стараешься меня обыграть. Не получится. Ты выиграл в прошлый раз – теперь моя очередь.

Дэнни остановился, развел руки в стороны.

– Успокойся!

– «Успокойся», мать твою! – Пошарив во внутреннем кармане, Эван достал пачку «Винстона», вытряхнул из нее сигарету, щелкнул «Зиппо», закурил. Дуло пистолета не шелохнулось. – Раз уж мы здесь собрались, давай разберемся. Дэнни-бой, ты на чьей стороне?

– В смысле?

– Строишь из себя «порядочного», но получается не очень. Всего за неделю – драка, взлом, угон, похищение, да чуть человека в спину не застрелил! Признайся, – Макганн выпустил струйку дыма, – тебе понравилось?

Какой смысл лгать?

– Да.

Эван улыбнулся и, отступив на шаг, повернулся к Нолану:

– Шон, готовь наручники!

Голос детектива прозвучал спокойно, даже безучастно:

– Заткнись, бандюга!

Улыбку сменил звериный оскал. Макганн ударил Шона пистолетом по лицу. Голова детектива дернулась в сторону, на щеке появился кровоподтек, однако он не издал ни звука.

– Немного уважения, козел!

Утомленный мозг Дэнни наотрез отказывался работать. От передозировки адреналина тело налилось тяжестью. По-прежнему никаких шансов…

– Эй! – легко и беззаботно окликнул его Эван. – Забыл спросить, на крышу ты как попал?

– По колонне влез.

– В натуре?

– В натуре.

– Здорово! Наверняка первый раз за десять лет живым себя почувствовал.

Дэнни пожал плечами и огляделся. У него появилась идея. Маловероятно, но другого выхода нет.

– Совсем как детстве, помнишь? «Ссыкун»…

– Помню, конечно.

– Вот чего не хватает, да?

– Да, – протянул Дэнни, перенося вес тела на левую ногу. – Иногда не хватает. Только знаешь, Эван, устал я от этого. Больше играть не хочу.

Макганн смотрел так, будто пытался заглянуть в душу. Улыбка померкла, и он негромко сказал:

– Ты что, не понял? Игра бесконечна!

Поразительно, но на долю секунды Дэнни показалось: перед ним не закоренелый убийца и виновник его несчастий, а двенадцатилетний мальчишка с каштановыми кудрями, веснушками и дерзкой улыбкой, парящей в воздухе над унизительной бедностью, отцовскими побоями и несправедливой системой, из-за которой он здесь оказался. Улыбка парила, потому что без нее – никак.

– Пора. – Эван приставил пистолет к виску Дэнни. – Не дрейфь, все будет быстро. За старые заслуги.

Сердце стучало о ребра, во рту пересохло, язык превратился в пережаренный бифштекс. Круглый глаз пистолета смотрел на Дэнни, готовый подмигнуть в последний раз.

– Погоди! – Картер сосредоточился не на черном дуле, а на Эване. Пальцы мелко подрагивали. – Последняя просьба.

– Дэнни-бой, кредит исчерпан, – покачал головой Макганн.

– За старые заслуги?

– Чего еще?

– Прикончи его первым! – Не делая резких движений, Дэнни кивком показал на Нолана.

– Зачем? – прищурился Макганн.

Дэнни нерешительно моргнул.

– Потому что… ну, как в игре. Мне будет проще, если кто-то покажет пример.

Эван испытующе посмотрел на него холодным, темным взглядом.

– Никогда бы не поверил… Трус!

Дэнни отвел взгляд.

– Ладно, – пожал плечами Эван. – За старые заслуги.

Сделав два шага к хлопающей пластиковой обшивке, он повернулся к Нолану.

– Спокойной ночи, Шон! – проговорил он, держа пистолет у лба детектива.

Дэнни дернулся, правой рукой подхватил нейлоновую ручку сумки, метнулся вперед. Уперев левую ногу в пол, Картер замахнулся сумкой, вложив в рывок остаток сил.

Пятнадцать килограммов ударили Макганна в грудь. Отчаянно хватаясь за воздух, он полетел назад. Грянул выстрел. Эван упал спиной на пластиковую обшивку, и какой-то безумный миг она выдерживала его вес.

Затем она оторвалась от стены, и Эван Макганн полетел в ночную мглу.

Повисла тишина, прерываемая лишь громыханием брезента и бешеным стуком сердца Дэнни. Дрожащие ноги подкосились, он рухнул на пол. Столько боли вытерпел, сколько лишений перенес, и сейчас больше всего хотелось закрыть глаза и отключиться от происходящего.