Врата скорпиона - Ричард Кларк

Но на границе с Йеменом в области Худра произошли столкновения – местные подразделения остались верными губернатору, который был связан с Зубайром бен Тайером и его фракцией в шуре. Когда командующий базой в Дахране зачитал коммюнике об изменениях в составе шуры, два «F-15» поднялись в воздух и обстреляли летное поле. А верный бен Тайеру командир патрульного судна приказал комендорам послать несколько снарядов в армейские казармы у Джидды.

Но самые жаркие схватки разгорелись вблизи Эр-Рияда. У бен Тайера были верные люди в нескольких армейских подразделениях и полицейских частях, а его брат командовал расквартированным в двадцати милях к северу от столицы пехотным полком. Полк размещался на территории городка, некогда построенного американцами. Городок был обнесен прочными стенами, и его можно было с успехом оборонять.

– Получено подтверждение, что бен Тайер находится в Ванилле, – сообщил офицер в подземном командном пункте Абдуллы. – С ним большинство его сторонников из шуры. Он призывает совет собраться. Повстанцы держат оборону и уже подожгли ракетами два наших танка. Много убитых и раненых.

Абдулла потрепал бороду.

– Разбомби их! – посоветовал Халид. – Нечего нам терять своих людей. Взорви! Я отдам приказ поднять эскадрилью «торнадо», и все будет кончено.

– Нет! – закричал Абдулла. – Ты прав, Халид, не пристало нашим парням умирать. Но и им тоже. Мы братья. – Он подошел к другу и отдал приказ: – Отведи наших людей немного назад. Затем подними свои «торнадо», но пусть они сбросят бомбы за пределами стен. Глупые американцы называют это «нагнать страху и повергнуть в трепет». А потом убеди бен Тайера сдаться.

– Я отдам приказ провести бомбометание, шейх, но кто сумеет уговорить бен Тайера и его безумных приспешников из шуры сдаться?

– Я, – ответил министр безопасности. – Я поеду туда. – Он повернулся и направился к двери. – Халид, ты остаешься за старшего. Ахмед, будешь его заместителем. И еще: подготовь видеопленку с «вратами скорпиона» к тому времени, как я вернусь и начну звонить в китайское посольство. – Прежде чем ему кто-то успел возразить, Абдулла бен Рашид открыл дверь и покинул командный пункт.

Когда он подвел свой «рейнджровер» к передовому командному пункту напротив укрепления повстанцев, вдали уже кружили «торнадо».

– Чего они ждут? – спросил он руководившего атакой генерала Хаммада.

– Тебя, – улыбнулся тот и дал сигнал офицеру, стоявшему около оборудованного рацией «хаммера». Через две минуты три «торнадо» прошли на бреющим полете и сбросили бомбы перед и за укреплением. Но как только средний «торнадо» взмыл вверх, в него угодил «стингер». За самолетом протянулся черный шлейф, он исчез из вида, затем раздался взрыв и в воздух взметнулся столб дыма.

– Они убили пилота, – пробормотал Абдулла и решительно приказал: – Повтори все снова, Хаммад. Только на этот раз пусть не летают над укреплением. Распорядись сбросить бомбы с безопасного расстояния, и пусть они лягут внутри стен.

Через четыре минуты над городом появились два «F-15»; долетев до командного пункта, они будто встали на хвосты и унеслись в обратном направлении. Но во время их короткого набора высоты от каждого «игла» отделилось по большой бомбе. Бомбы описали дугу и исчезли за стенами укрепления. Абдулла потянул генерала Хаммада за «рейнджровер». Через секунду взрывная волна сотрясла автомобиль, а гул не стихал еще несколько минут.

Они подняли глаза – ворота укрепления и большая часть передней стены больше не существовали. В нескольких местах в укреплении разгорались пожары.

– Хаммад, ты говорил с полковником, братом бен Тайера? – спросил Абдулла. – Вызови его по рации и передай: если они не сдадутся, через четыре минуты укрепление будет стерто с лица земли. Выполняй!

Спустя пятнадцать минут генерал Хаммад показался из автомобиля связи.

– Все в порядке – они сдаются. А бен Тайера и остальных взяли под стражу.

– Отнеситесь к пленным с уважением, – предупредил генерала Абдулла. – Поехали, взглянем на них. – Министр безопасности и генерал влезли в «рейнджровер» и, объезжая обломки стены и горящие машины, покатили к укреплению. – Определим их под домашний арест на вилле Ас-Саудов на юге. До выборов. А потом как хотят: пусть или бегут из страны, или доказывают народу свою правоту. Может быть, победят.

Офицер проводил их к большой белой вилле посреди укрепления. Стекла в окнах были выбиты, в проемах косо висели шторы. Бывший временный президент страны и трое его сторонников из состава совета стояли у фонтана под охраной солдат. Первым заговорил министр безопасности:

– Зубайр бен Тайер, я беру вас под арест за сговор с иностранными агентами; вы намеревались без согласия шуры ввести в страну дополнительное количество иностранных войск и подвергнуть народ опасности, установив оружие массового уничтожения на земле двух священных мечетей.

Бен Тайер плюнул в его сторону.

– Это вас арестуют. За убийство сограждан и превышение власти в должности министра безопасности.

– Зубайр, мы с вами очень разные люди. Не исключено, что на выборах большинство мужчин и женщин пойдут за вами, но я в этом сильно сомневаюсь…

– Никаких женщин на выборах не будет! – оборвал его бывший президент и, что-то достав из-под халата, дернул другой рукой.

Время словно замерло, а затем раздался грохот, за ним еще и еще. Охранники ворвались на виллу и нашли на полу распростертые тела. Некоторые, в том числе генерал Хаммад, были ранены – сидели или привалились к фонтану. Девять человек погибли, включая четверых мятежных членов шуры, которых разорвало на куски взрывами четырех ручных гранат. Были убиты четыре солдата.

И Абдулла бен Рашид.

Кровь текла по лицу генерала Хаммада, глаза вылезли из орбит. Он едва сумел проговорить вбежавшему офицеру:

– Позвоните в центр. Свяжите меня с Ахмедом бен Рашидом.

Потайной кабинет сенатора Пола Робинсона, председателя специального сенатского комитета

Здание сената, Капитолийский холм

Вашингтон, округ Колумбия

– Позвоните президенту, – убеждал сенатора Рассел Макинтайр. – Объясните ему, что намерен сделать его министр обороны.

Вместо сенатора своему заместителю ответил Пол Рубенштейн:

– Он не может просто взять и позвонить, подозвать президента и поболтать один на один. Кроме того, президент сейчас в Чили, на встрече азиатско-тихоокеанских стран.

– А что, Чили перевели в Азию? – пошутил Робинсон. – Видите ли, Расти, последние события меня кое-чему научили. Я намерен сколотить коалицию и действовать от ее имени. Нельзя вступать в новое столетие, строя свою энергетическую политику на том, чтобы развязывать войны против стран, где еще остались запасы нефти. Развитие китайской экономики только усугубило трудности, но у нас к тому времени возникли собственные проблемы. Рынки трещат. Частный сектор не способен инвестировать в исследовательские работы по созданию альтернативного топлива. Значит, придется нам. Путем введения режима строгой экономии, налоговых льгот и беспрецедентной программы НИОКР.[90]Что же до того, что случится сегодня или завтра…