Ледовый Апокалипсис - Роберт Ладлэм

– За прошедшие пятьдесят лет лагерь мог сместиться вместе с ледником, – добавила Валентина, поправив винтовку на плече, – поэтому я предлагаю обращать особое внимание на скрытые под снегом поверхности, особенно – правильных, симметричных очертаний.

– Решено, – подвел итог Смит. – Еще вопросы будут? Тогда – в путь.

Держа автоматическую винтовку в руках, он возглавил их малочисленную процессию и первым двинулся по леднику.

Смит шел через седловину, двигаясь на север и под небольшим углом – туда, где начиналось жуткое нагромождение ледяных глыб, эдакий ледник Бирдмора[12]в миниатюре, искривившийся по направлению к узкой прибрежной полосе лицевой части острова. От этой точки Смит, Валентина и Смыслов согласно уговору рассредоточились и двинулись на расстоянии в двадцать ярдов друг от друга, внимательно осматривая поверхность основания Восточного пика, представлявшую собой мешанину льда и каменных обломков.

Валентина шла ближе других к склону и едва не обнюхивала его, напоминая в эти минуты ищейку, возбужденно идущую по следу. Смит двигался посередине, а Смыслов занимал крайний левый фланг. Помимо того, чтобы осматривать поверхность ледника, Смит наблюдал за тем, как работает Вэл, и одновременно обводил взглядом окрестности, высматривая потенциальную угрозу в виде опасных снежных карнизов, желоба лавин и затаившихся наблюдателей.

Кроме того, краем глаза он время от времени поглядывал на Григория Смыслова, пытаясь определить, не ищет ли русский что-нибудь еще, помимо останков советских летчиков. Чего он ждет? Что должно стать для него сигналом к действию и что это будет за действие?

Они миновали место катастрофы и преодолели сотню заключительных ярдов по склону, оказавшись на центральной гряде седловины. Смит остановился и снова стал осматривать раскинувшийся вокруг мир.

От промоин во льду снова поднималась дымка. Она окружала остров со всех сторон, тянулась к нему призрачными щупальцами, заволакивала линии горизонта, порождая в душе тоскливое ощущение полной уединенности. На мгновение седловина, на которой стоял Смит, показалась ему сказочным островком, плывущим в небе и зажатым между облаками и туманом. Вот только как долго будет продолжаться эта идиллия?

Впрочем, сейчас это не имело значения. Вскоре им предстоит прекратить поиски и отправиться обратно в лагерь. Если Вэл права, обнаружение лагеря пилотов заставит русских перейти к активным действиям и приступить к осуществлению того, что Смит уже привык называть «альтернативным планом». Может, говоря образно, лучше откусывать от яблока по кусочку, сохраняя Смыслова своим союзником? Сначала решить проблему с сибирской язвой, а уж потом переходить к конфронтации?

Смит повернулся, попытался шагнуть, но споткнулся и едва не упал, зацепившись за что-то ногой. Автоматически он опустил взгляд, чтобы посмотреть на препятствие. Поковырял ледяную корку носком полярного сапога, и из-под нее показался кусок провода с потрескавшейся от холода и времени черной изоляцией.

Смит колебался. Было бы так просто снова забросать этот провод снегом и продолжать двигаться вперед, делая вид, что ничего не произошло. Но именно незнание изначально лежало в основе этого кризиса, а сейчас занимать страусиную позицию было бы и вовсе неразумно.

Смит переложил оружие в левую руку, а правую, сжав в кулак, поднял над головой. Это был условный сигнал: «Все ко мне!»

* * *

– Да, эта штука из советских времен, – подтвердил Смыслов после того, как, присев на корточки, внимательно осмотрел провод. – Выпускная или буксируемая антенна. Такие выпускали из самолета для установления связи на дальнем расстоянии.

– Выкладывание изолированной выпускной антенны прямо на снег часто использовалось во время полярных экспедиций, – подтвердила Валентина.

– Но где же радиопередатчик? – спросил Смыслов, поднимаясь на ноги. – Где лагерь? Здесь ничего нет, только провод!

– Самый простой способ получить ответ на этот вопрос – пойти по проводу. – Смит показал в сторону подножья Восточного пика. – Во-он туда.

Антенна вмерзла в поверхность ледника, как нитка в ледяной кубик, но благодаря непрекращающимся ветрам ее, к счастью, не завалило снегом, и она покоилась на глубине всего нескольких дюймов. Раскапывая антенну по мере продвижения вперед, они выяснили, что она закручивается плавной дугой, повторяя изгиб ледника. В одном месте провод оказался оборванным, но другая его часть обнаружилась в нескольких футах дальше. К удивлению Смита и его спутников, этот отрезок вел к почти отвесной голой базальтовой стене, исчезая в спрессованном сугробе на уровне человеческого плеча.

– Что за черт?

Валентина Метрейс сбросила на снег рюкзак, винтовку и сняла с пояса длинный десантный нож. Опустившись на колени, она принялась рыть сугроб кинжалом, напоминая трудолюбивого барсука. Через несколько секунд к ней присоединились Смит и Смыслов. Вскоре стало ясно, что это – не просто слежавшийся снег. С каждой минутой копать становилось все труднее.

– Это не сугроб! – воскликнула Валентина. – Это – блоки прессованного снега!

Она была права. Кто-то использовал кубы спрессованного снега, чтобы возвести крепкую стену с навесом в углублении скалы. За многие десятки лет эти кубы превратились в ледяные булыжники, с которыми было сложно справиться даже закаленным лезвиям десантных кинжалов.

Однако никакой лед не может противостоять стали.

– Ткань… Здесь полог из ткани! Это пещера!!!

Снежная стена и занавес из старинной, вытащенной из старичка-бомбардировщика ткани провалились внутрь, и из образовавшегося черного провала на трех путников дохнуло запахом давно застоявшейся ледяной мглы.

Смит вытащил из рюкзака мощный электрический фонарь и направил его луч внутрь черного жерла пещеры. Открывшийся его взгляду тоннель был примерно шести футов в ширину и настолько низкий, что даже Валентине пришлось бы согнуться в три погибели, чтобы пройти по нему. На потолке впереди виднелись маленькие сталактиты.

– Лавовая труба, – констатировал Смит.

– А что еще ты ожидал найти на вулканическом острове? – откликнулась Валентина. – Ты лучше посмотри на пол.

Антенна и кабель – толстый, как шланг, – тянулись по направлению к какому-то предмету, очертания которого с трудом угадывались под похоронившим его сугробом, футах в десяти от Смита и его товарищей.

– Вот он! – Пригнув голову, она двинулась по тоннелю.

– Минуточку! – Смит отдал женщине ее винтовку, а затем взял собственную «SR-25». – Давайте не будем оставлять снаружи наши пожитки. Так, на всякий случай.

– Я позабочусь об этом, подполковник, – выпалил Смыслов.

– Хорошо. А мы пойдем внутрь и поглядим, есть ли там что-нибудь интересное.