Фабрика кроликов - Маршалл Кэрп

Сорокачетырехлетняя Джуди Кайзер представляла собой классический образчик заботливой мамаши. Она работала фан-драйзером в Миннеаполисе, на местной телестудии. Рассел, ее муж, совмещал должность священника с изучением истории Войны между Севером и Югом. Дети, одиннадцатилетний Лютер и четырнадцатилетняя Бекки, хорошо учились, в рамках юношеских программ занимались общественно полезным трудом и не употребляли наркотики. Словом, Кайзерам для полного соответствия стандартам Счастливой Американской Семьи не хватало только телекамер в доме, которые транслировали бы их совместные обеды и стрижку газона в самый что ни на есть прайм-тайм.

Судьба Джуди поистине была предрешена. Джуди не просто оказалась в неподходящем месте в неподходящее время – нет, Кайзеры планировали поехать в «Фэмилиленд» еще месяц назад, в весенние каникулы. Но Джуди, на свою беду, заболела гриппом. Они с Расселом решили, что ничего страшного не случится, если дети пропустят несколько дней в школе, – им очень не хотелось откладывать «Фэмилиленд» до следующих каникул.

Едва войдя в ресторан, Джуди прямиком направилась к туалету. Ее не было десять минут, и Бекки пошла посмотреть, все ли в порядке с мамой (всю оставшуюся жизнь труп Джуди в луже крови не пропустил ни одной ночи, чтобы не явиться дочери). Бекки открыла дверь – и закричала так, что отец и Лори Лам, менеджер ресторана, много лет проработавший в «Ламаар энтерпрайзис», бегом бросились в туалет.

Преподобный Кайзер на общественных началах водит карету «скорой помощи» – он сразу отличает мертвого от живого. Джуди однозначно была мертва. Кайзеру хватило ума не вытаскивать нож из груди убитой, но он опустился рядом с ней на колени, чем успешно избавил следствие от целого ряда улик. Пока мистер Лам вызывал Бадди Лонго, Кайзер успокаивал дочь, причем в голове у него почему-то проносились эпизоды из «Красной жары».

Первые двое секьюрити явились через тридцать секунд. Они приняли несколько идиотских решений, но не по причине врожденного идиотизма – просто их натаскали охранять имидж компании, а не место преступления.

Сотрудники «Ламаар энтерпрайзис» удавиться готовы за имидж компании. Даже желтая лента, которую им все-таки пришлось задействовать, протянулась вдоль задней стены, поближе к служебным помещениям – так чтобы не портить настроение отдыхающим, сообразившим пообедать в других ресторанах.

Мы с Терри осмотрели труп. Миссис Кайзер была белая, как рыбье брюхо, особенно на фоне собственной крови, которой натекло целое озеро. В груди у нее торчал нож. Наклонившись пониже, я заметил, что нож воткнули не просто так – им к трупу пришпилили пластиковый пакет. В пакете виднелся конверт. На конверте была надпись, но из-за крови прочесть ее не представлялось возможным. В самом конверте находился… Правильно, флипбук.

– Брайан, вы видели орудие убийства? – спросил я полушепотом.

– Видел. Это нож для конвертов с мультяшкой на рукоятке. Наверняка такие продаются в наших киосках. Мои люди уже проверяют.

– Вы к чему-нибудь прикасались?

– Я – нет. Но у девочки, у мужа, у менеджера ресторана и у одного из наших парней на туфлях кровь. Кайзер говорит, что прикасался к лицу убитой и проверял пульс, но клянется, что ножа не трогал.

– Заприте туалет. Подождем экспертов из лаборатории, – скомандовал я. – Свидетели есть? И не вздумайте опять дерьмо затаптывать, а то за третьим убийством последует четвертое, за четвертым – пятое, и бог знает какое по счету будет последним.

Мы уселись за стол в центре комнаты, и Брайан подал знак. Подошли двое, мужчина и женщина. Мужчине, казалось, слегка за тридцать; в меру мускулистый, коротко стриженный, в простой футболке и джинсах, он легко растворялся в толпе туристов. Так вот ты какой, замаскированный секьюрити. У женщины было невинное детское личико; в подходящем парике и с соответствующим гримом она сошла бы за пятнадцатилетнюю девочку. В настоящий момент женщина играла роль жены и ровесницы своего коллеги.

– Это наши лучшие сотрудники, – сказал Брайан. – Мы усилили охрану, но эти ребята у нас уже давным-давно работают. Знакомьтесь: Карен Джилл.

Женщина слегка наклонила голову. Великолепная улыбка; просто-таки неотразимая улыбка. Молодой человек опередил Брайана.

– Кеннет Дол. Фамилия так и пишется, в три буквы. Ужасный случай. Просто кошмарный.

– Детектив Биггз, – представил я. – А я детектив Ломакс. Рады познакомиться, Кен.

– Я предпочитаю, чтобы меня называли Кеннетом, – напрягся секьюрити.

– Кеннетом так Кеннетом. – Я избегал смотреть на Терри – он наверняка скривился, а мне ни к чему становиться адресатом его ухмылки. – Итак, Кеннет, расскажите нам, что случилось.

– Мы как раз проходили мимо Арктической Экспедиции, когда услышали «Бадди Лонго». – Кеннет замолк, и в глазах его отразился вопрос.

– Продолжайте, мы знаем, кто такой Бадди.

– Нам нельзя рассекречиваться, поэтому мы не побежали, а пошли к месту происшествия. Мы очень быстро шли – как здорово проголодавшиеся туристы. Карен и Лори – это здешний менеджер – зашли в женский туалет. Я подошел к мужу и ребенку погибшей.

– Мы ни словом не упомянули о гибели женщины, – подхватила эстафету Карен. – Я велела Лори замкнуть кухню и опустить электронные воротца.

– Чтобы посетители не могли выйти?

– Нет, чтобы новые посетители не могли войти. Мы не имеем права препятствовать выходу гостей. Иначе получится, что мы их заперли.

– О чем вы говорите? – процедил Терри. – Речь идет о месте преступления. Вы не только имеете право – вы обязаны никого не выпускать.

– Джентльмены, – вмешался Брайан, – мы учим наших сотрудников строить взаимосвязи, а не гостей.

– Это как?

– Наши сотрудники должны контролировать сложные ситуации, но не удерживать насильно ни в чем не повинных людей.

– Да что вы! – не выдержал Терри. – А откуда, мать вашу, вам известно, кто неповинный, а кто повинный?

– Думаю, в данном случае наши сотрудники расценили ситуацию как неблагоприятную и справедливо решили, что убийца вряд ли уселся доедать свой обед, а значит, задерживать остальных посетителей бессмысленно.