Плотский грех - Колин Маккалоу

– Я не понимаю, как вы обнаружили, что происходит, когда мы жили по соседству и ничего не подозревали, – удивлялся Ра.

– Вчера в шесть часов утра манекенщица, которая представляет ваши свадебные платья, увидела его собаку, Педро, и вы рассказали об этом Делии, мистер Ингэм. Делия поняла важность присутствия собаки. А дальше все просто, – сказал Кармайн. – Пес чуял присутствие хозяина. То есть Кейс был все еще жив, а это означало, что дорога прямиком лежала к судье Твайтесу. Тот не станет выписывать ордер на обыск, если не увидит подлинной необходимости. Но сегодня он такую необходимость увидел.

– Что случилось с собакой? – спросил Руфус.

– Педро в Холломанской больнице, в отделении для животных, там за ним хорошо ухаживают. Его уже несколько раз приносили повидаться с хозяином, – ответил Эйб. – Строго говоря, собакам запрещается навещать пациентов-людей, но правила были несколько смягчены для Педро, которого регулярно подвергают дезинфекции.

– Бедный Педро! – вздохнула Делия. – Собаки ненавидят купаться, если они не водные ретриверы.

Кармайн уже был сыт по горло.

– Ну что, мы готовы к записи?

– Готовы, – послышалось от пульта управления.

– Тогда приступаем. Мистер Танаис, ваше полное имя и другие имена, под которыми вы известны? Пожалуйста, произнесите их по буквам.

– Мое профессиональное имя Ра Танаис, – он произнес его по буквам, – а имя, данное мне при рождении, Герберт Рамсботтом. – Он произнес по буквам и его. – Я родился второго ноября тысяча девятьсот девятого года, в Басквош-мэнор.

– У вас есть сестра?

– Да, у меня есть сестра, Иви Рамсботтом. Она родилась в Басквоше пятого декабря тысяча девятьсот десятого года.

– Один момент, будьте добры, – вмешалась Делия. – В десятом? Вы сказали в десятом?

– Этого не может быть, сэр, – вставил Кармайн. – Тысяча девятьсот десятый год означает, что леди почти шестьдесят лет.

– Да, Иви почти шестьдесят. Она вообще молодо выглядит, но, кроме того, сделала ряд подтяжек кожи лица и других видов пластической хирургии.

– В таком случае вы солгали мне, когда мы разговаривали несколько дней назад. Вы сказали, что она родилась в двадцатом – в том году, когда умер Антонио Третий.

Ра пожал плечами:

– Иногда нужда заставляет, капитан. Вам придется поверить нам на слово, какую бы дату мы ни назвали, потому что Айвор Рамсботтом не регистрировал рождение Иви. Она не является гражданкой страны.

– Вы лгали, когда описывали вашу с Иви мать как недалекого человека?

– Нет, так оно и было. У нашего отца были, – Ра прерывисто вдохнул, – своеобразные вкусы, капитан. Так случилось, что я сообщил вам и другую фальшивую дату. Айвор был нанят в качестве шофера не в тысяча девятьсот девятом году, а в девятьсот третьем. К девятому он уже полностью заправлял всем, включая Антонио Третьего. Неподвластны Айвору были только его деньги. Их ему так и не удалось прибрать к рукам. – Ра беспокойно поерзал на стуле, затем повернулся, чтобы посмотреть на Руфуса. – Рассказывай ты, Руфус. Я… устал.

– Сама Иви могла бы рассказать больше, – ровным голосом произнес Руфус, положив руку на руку Ра, – но она не станет. Не сейчас, бедняжка. Из нас троих она определенно пострадала больше всех. Айвор начал сексуально растлевать ее, когда ей было шесть лет, и к тому времени, как у нее начался первый месячный цикл, она была изнасилована уже раз сто или больше. Айвор был чудовищем, который чудовищем не выглядел. Он выглядел как ангел, спустившийся с небес на землю.

– Айвор и был Не Известным?

– Да. Это его портрет, разве что у Айвора были голубые глаза, а мы думали, что у человека на портрете глаза черные. Поэтому мы дали ему другое имя – Никто.

– У него была связь с доктором Нелл Карантонио? – осведомился Кармайн.

– А с кем у него не было связи? Да, он был ее любовником и хотел на ней жениться, чтобы прибрать к рукам ее деньги. Она отказалась.

– А он знал, что существуют законы о двоеженстве? – спросил Лиам. – Или же мать его детей была уже мертва к тому времени?

– Нет, она была еще жива, когда исчезла доктор Нелл.

– Он был женат на вашей матери, мистер Танаис? – поинтересовалась Делия.

– Имелось свидетельство о браке, где говорилось, что он женился на Уте Линдстром в Висконсине в девятьсот десятом году, – сказал Ра. – Иви сказала нам, что ему пришлось на ней жениться, – она была беременна.

– У Ра есть это свидетельство, – добавил Руфус, – хотя Иви никогда не понимала, почему он не убил Уту и не причинял ей вреда. Насколько мы с Ра могли судить, Айвору просто нравилось терзать и убивать тех, кто встречался ему в жизни.

– Включая доктора Нелл? – уточнил Кармайн.

– О да! – содрогнулся Руфус. – Это было чудовищно. Она панически боялась тесных, замкнутых пространств и смерти от утопления.

– Что с ней произошло, Руфус?

– Однажды ночью Айвор запер ее в плотно закрывающемся дорожном сундуке, обвязал тяжелыми цепями, погрузил в лодку и выгреб за пределы бухты. Затем столкнул сундук в воду. Тот камнем пошел на дно, – прошептал Руфус, бледный, как смерть. – Она была на седьмом месяце беременности, но ни в какую не желала за него выходить.

– Когда он познакомился с Фенеллой? – спросил Кармайн.

– Она была ребенком, – сказал Ра, такой же мертвенно-бледный. – Вы не знаете нашей худшей тайны, но мы должны ее рассказать. Мы только просим, чтобы наш секрет не стал достоянием широкой публики – это никому не принесет пользы. Мы с Руфусом сводные братья. Айвор Рэмсботом зачал нас обоих примерно в одно и то же время, поскольку мы родились с интервалом в один час. Никто не знает, каково жить с телом, в котором половина хромосом принадлежит дьяволу, пропитанному жестокостью и убийством. Но мы-то знаем, каково это. Каждое утро мы в первую очередь вспоминаем, что наш отец был Калигулой. И мы несем на своих плечах бремя этого знания, отчаянно стараясь доказать, что хромосомы еще не делают человека, что наши матери передали нам истинно хорошие качества. Ни за что в мире не выдали бы мы Иви, если бы знали об этом. Хотя бы потому, что как никто понимаем, какой была ее жизнь. – Ра выпрямился на стуле, взгляд его был суров и решителен. – Мы не извиняемся за то, что ввели вас в заблуждение. Иногда семейные узы побеждают.

– Но вы запретили себе иметь потомство, – вспомнил Кармайн.

– Простерилизовались, как только это стало доступно, просто чтобы быть полностью уверенными, – сказал Руфус.

– Что случилось с Айвором? – поинтересовался Лиам.

– Иви убила его в тридцать четвертом году, когда стало очевидно, что он берет Фенеллу измором. Оглядываясь назад, мы также предполагаем, что она сложила два и два и поняла, что Айвор скоро начнет растлевать нас с Ра, – ответил Руфус. – Так что мы в долгу перед Иви и за это. Какие бы преступления она ни совершила, в душе она хороший человек.